Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Манеж как лифт в прошлое - 3

От Долгорукого до Тохтамыша

Территория нынешней Манежной площади входила, как известно, в Занеглименье, т.е. лежала за рекой Неглинной. Освоение этой местности началось почти одновременно с возникновением детинца на Боровицком холме. Так, раскопки показали, что ещё до монгольского разорения на правом берегу реки Неглинной в XII - XIII вв. – т.е. во времена основания «града Москова» - находилось большое поселение. Здесь были найдены обломки амфоры типа «трапезунд» и стеклянных сосудов киевского производства, пластинчатый широкосерединный перстень, шиферные пряслица, стеклянные и металлические браслеты, подвески, перстни, бусины из горного хрусталя и янтаря и др.
Это поселение пережило века: застройка на правом берегу Неглинной существовала до 1493 г., когда в противопожарных целях вокруг Кремля был создан плацдарм шириной в 109 сажён. Важнейшим результатом исследований явилось обнаружение поселения, относящегося к эпохе до Батыева нашествия 1238 г. При исследованиях самого нижнего горизонта напластований Манежа, на 6 - 7 метровой глубине, отмечены и находки раннего периода истории города. Обнаруженные в материковых впадинах обломки стеклянных браслетов, шиферные пряслица, грубая, так называемая «серая» керамика, датируются XII — XIII веками.
Здесь, несомненно, стоял ранний посад, а значит пределы Москвы тогда были гораздо шире, чем москвоведы предполагали до сих пор. Это существенно меняет наши представления о размерах Москвы 850 лет назад, когда впервые появилось упоминание о ней. Получается, что к моменту исторической встречи двух князей в «Москове» у стен детинца уже существовала застройка, строили дома на берегу р.Неглинной, здесь пахали землю, пасли скот, развивали ремесла и торговлю. Расположенная в непосредственной близости с градом застройка вдоль реки Неглинной была фоном, подчеркивающим величественность его стен.
Стеклянные браслеты — хорошо известное археологам украшение древнерусских горожанок. Их производство прекратилось после ордынского нашествия.
Неожиданным сюрпризом для исследователей оказалось обнаружение в материке более четырех десятков захоронений. В погребальном инвентаре встречены украшения, характерные для восточных славян: перстнеобразные колечки, которые гирляндами свисали у висков – так называемые височные кольца, характерный этнический признак именно славянских племён. На руках расчищены сложно-витые проволочные браслеты и решетчатые перстни, аналогичные находкам в курганах вятичей, в области груди одной из женщин оказалась серебряная витая гривна.
Любопытно, что в то же захоронение положили и медный пинцет; по-видимому, это была излюбленная вещь, которую и тогда русские женщины использовали для косметических целей. Какая же всё-таки преемственность в эстетике и понимании красоты этим демонстрируется! Кстати, по форме пинцет ненамного отличается от современных предметов такого рода.
Этот некрополь является древнейшим из известных за пределами Кремля. Но если здесь было кладбище, значит в это время тут стоял и храм, о существовании которого не сохранилось никаких письменных известий. Хотя предполагать его наличие можно с уверенностью: плох был тот посад, где не было своей церкви.
Впрочем, Лаврентьевская летопись в рассказе о нашествии Батыевой Орды на Москву в 1238 году горестно отмечала, что «... град и церкви святые огневи предаша, а монастыри и села пожгоша». Возможно, в этом числе был и храм на Манеже. Явно деревянный, потому и следов по себе не оставивший.
О том, каково пришлось Москве и её жителям во время Батыева нашествия, говорят не только известные летописные строки: «И той же зимы взяша Москву Татарове, и воеводу убиша… а князя Володимера яша руками… а люди избиша от старца и до сущаго младенца…».
Вот как это выглядело на практике. Археологами был обнаружен бревенчатый сруб-погреб, полностью выгоревший внутри, несмотря на то что действительно был спрятан под землю - углублён в материк приблизительно до 1,0 м. Чтобы выгорел погреб, дом сверху не просто должен был сгореть в жарком пламени, - пожар должен быть тотальным. Таким, когда его некому тушить.
В погребе оказалось много горелого зерна, разнообразные керамические сосуды ёмкостью не менее 20-30 литров. То есть дом был не из бедных. Об этом же говорят и другие находки: перекрестье сабли с гравировкой, стальной напильник, долото, дверное кольцо. Весь комплекс относится ко времени не позднее первой половины XIII в. Видимо, это была открыта одна из хозяйственных построек усадьбы XII – XIII вв. Возможно, кузнечная мастерская.
Словом, летопись права: Москва уничтожена был полностью… Восстановившись позднее, к 1340 г., при великом князе Иване Калите, Кремль обрёл дубовые стены по левобережью Неглинной, доходившие до расположения нынешней Средней Арсенальной башни. Визуально застройка Занеглименья и застройка на месте будущей Красной площади составляли как бы единое целое.
В 1365 г. от «Всехсвятского» пожара пострадала вся Москва, в том числе погорел дубовый Кремль и Занеглименский посад. Наконец, к 1368 г. Дмитрий Донской выстроил кремлёвские укрепления в белом камне, хотя возможно, вдоль Неглинной стена в то время и оставалась деревянной.
Через Занеглименье тогда пролегали древнейшие торговые дороги на Смоленск, Волок-Ламский, Тверь. К ним постоянно тяготела деревянная застройка — жилая и торговая. Трассы этих дорог сформировали в дальнейшем современные улицы Воздвиженку, Б.Никитскую и Тверскую.
Древние дороги не раз меняли свое направление через территорию будущей Манежной площади, приближаясь к кремлёвским стенам, особенно это относится к направлению трассы от Троицких ворот Кремля к Тверской, сформировавшей Моховую улицу. Связано это с освоением заболоченного правого берега р.Неглинной и долины ручья Успенского вражка.
Проведённые археологические раскопки вскрыли слои XIII - XIV вв. в районе Тверской улицы у Воскресенского моста через р.Неглинную. Особенно густой застройка была именно у этого, тогда ещё деревянного моста (а до этого — брода). Одна из главных улиц Москвы и близость Великого посада (Китай-города), обусловили оживлённость этого места. Поэтому понятно, что к концу XIV в. Занеглименский посад развивался особенно быстро. Здесь бурно шло жилищное строительство. В том числе появлялись и усадьбы богатых горожан. В раскопах Подманежья выявлены глубокие бревенчатые погреба XIV - XV веков, другие следы застройки посада великокняжеского времени исторического Занеглименья, оставившего находки разнообразной хозяйственной утвари, украшений, ремесленных инструментов.
Сооружения этого горизонта датированы не только по стратиграфии и комплексам керамики, но и по монетам. В числе редчайших нумизматических находок — серебряная «денга», чеканенная в конце XIV — самом начале XV века князем Владимиром Андреевичем Храбрым, героем Куликовской битвы. Одновременно с Дмитрием Донским он создал собственную «валюту» в своём уделе в Серпухове, что, в общем, свидетельствует о довольно широкой его автономии. И в целом это одна из немногих русских монет того времени.
Наряду с этим отечественным уникумом обнаружен западноевропейский «артиг», валюта Ливонского ордена, чеканенная в Ревеле (Таллине). До появления в Новгороде Великом около 1410 года собственной монеты - «денги», - подобные платёжные средства находились там в обращении и именовались «артуги». Можно, пожалуй, предположить, что и в Москву монета попала не с рыцарем-крестоносцем, а с новгородским гостем-купцом. Тем более, что здесь же начиналась Волоцкая дорога, шедшая в Новгород через Волок на Ламе. В Москве за многие десятилетия археологических исследований такая монета найдена впервые.
С одной из таких богатых усадеб связана загадочная история, на которую навела сенсационная находка…
В 1382 году Москва была полностью уничтожена при внезапном нападении на неё хана Тохтамыша в 1382 году. Так описывает летопись «Тохтамышево разорение»: «... и бысть оттоле огнь, а отселе меч, овии, от огня бежачи, мечем помроша, а друзии от меча бежачи, огнем згореша».
Одним из оказавшихся в руках археологов символов «тохтамышева разорения» на Манеже и может служить необычная находка, о которой шла речь выше: стальной меч. Он был обнаружен в материковой яме под слоем угля вместе с керамикой конца XIV века. Предположительно, оружие было укрыто на сгоревшей феодальной усадьбе. Побывавший в огне меч, имеющий длину 94 см, тем не менее отлично сохранил и клинок, и рукоять, увенчанную металлической шишкой.
Изображения подобных мечей многочисленны в иллюстрациях Никоновской летописи, но прежде на территории Москвы изредка встречались только части этого боевого оружия.
В те времена меч был характерной частью вооружения всадника-феодала, именуемого в древнерусских документах «меченошей» или «мечником». Владельцем находки мог быть дружинник великого князя, который после одного из самых трагических событий в истории Москвы XIV века так и не смог вернуться за своим оружие.
Можно ли предположить, как это произошло?
Вообще говоря, оставлять меч в доме, идя на битву, было бы, мягко говоря, не логично. Но мы знаем, что Тохтамыш появился под стенами Москвы внезапно, когда его никто не ждал и не опасался. Ведь только что, два года назад, московское войско было фактически союзником татарского хана, разгромив на Куликовом поле его врага Мамая. Кроме того, ордынские войска подошли к границам Московского княжества крайне скрытно, так что об этом никто не смог или не успел сообщить.
Татар обнаружили только тогда, когда они перешли границу Московского государства у Коломны. Для принятия серьёзных оборонительных мер было уже поздно. В том смысле, что собрать войска, продумать план противодействия, развернуть ополчение времени уже не оставалось. Поэтому стратегия была одна: рассчитывая на то, что недавно, в 1367 году, выстроенный Московский Кремль выдержит осаду, собрать рати, а дальше действовать по обстановке.
С этой ли целью, ещё ли по каким причинам, но великий князь Дмитрий Донской Москву оставил, его двоюродный брат и основной полководец того времени Владимир Андреевич Храбрый – тоже, а впоследствии из столицы уехали и жена Дмитрия великая княгиня Евдокия, и прибывший из Византии митрополит Киприан. Возможно, с кем-то из них отбыл и обитатель того поместья в Занеглименье, где сгорел ставший сегодня знаменитым меч.
Странно, однако, что он не взял с собою оружия.
Впрочем, это странно и в том случае, если он остался в Москве. Несмотря на разыгравшуюся здесь панику, час-другой, чтобы забежать домой за самой необходимой на войне вещью, у него были. Да просто слугу послать – ведь само владение мечом означало в те времена не просто состоятельность, а богатство.
Вероятнее всего, наш герой оказался либо среди зачинщиков бунта, который подавил оставшийся в Москве князь Остей, и пострадал при этом, либо среди тех бояр, которым тот же князь запретил покидать город, дабы тот вообще не остался без «лутших людей». Вот и пришлось, видимо, хозяину меча печально наблюдать со стены города, как его оружие вместе с его домом гибнет в огне зажжённых по приказу Остея посадов.
Что было потом, известно. Передовые татарские отряды подошли к Кремлю 23 августа 1382 г., в полдень. Объехав несколько раз Кремль и не обнаружив никаких возможностей открытого приступа, ордынцы ускакали.
В Кремле народ расценил это как победу: были вскрыты погреба бежавших из Кремля накануне воевод, князей, бояр и из них взяты запасы мёда, вин и пива. Началось всеобщее пьянство осаждённых, длившееся всю ночь с 23 на 24 августа.
Утром 24 августа к Кремлю подошли главные силы ордынской армии во главе с Тохтамышем. Но все их попытки взять крепость штурмом не удались. Тогда 26 августа к Кремлю подъехала делегация ордынских мурз в сопровождении двух суздальских князей - братьев жены Дмитрия Донского. Они объяснили, что Тохтамыш решил снять осаду Кремля. Он-де желает вступить в мирные переговоры с жителями и для этого просит впустить его в город.
Лишний раз гневить «царя», как называли тогда ордынских ханов на Руси, охотников не нашлось: великого князя всё равно нет, а татары чем раньше уйдут, тем лучше. Но и в город их пока не пускали. Взамен этого на встречу с Тохтамышем направилась представительная делегация в составе князя Остея, духовенства и представительных горожан,
Однако когда ворота (Фроловские, ныне Спасские) были открыты, ордынцы вероломно напали на делегацию, ворвались в город и разграбили и разорили его дотла. Вот тогда мог погибнуть и владелец усадьбы в Занеглименье, явно принадлежавший к верхним слоям московского общества.
Всего же во время грабежа и разорения было убито 24 тыс. москвичей. И малым утешением им было то, что под Волоколамском передовые части татар были истреблены войском князя Владимира Андреевича, после чего Тохтамыш собрал свои рассеянные отряды и помчался прочь так же скоро, как и явился… 
Tags: История Манежной площади
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 36 comments