Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Манеж как лифт в прошлое - 3

От Долгорукого до Тохтамыша

Территория нынешней Манежной площади входила, как известно, в Занеглименье, т.е. лежала за рекой Неглинной. Освоение этой местности началось почти одновременно с возникновением детинца на Боровицком холме. Так, раскопки показали, что ещё до монгольского разорения на правом берегу реки Неглинной в XII - XIII вв. – т.е. во времена основания «града Москова» - находилось большое поселение. Здесь были найдены обломки амфоры типа «трапезунд» и стеклянных сосудов киевского производства, пластинчатый широкосерединный перстень, шиферные пряслица, стеклянные и металлические браслеты, подвески, перстни, бусины из горного хрусталя и янтаря и др.
Это поселение пережило века: застройка на правом берегу Неглинной существовала до 1493 г., когда в противопожарных целях вокруг Кремля был создан плацдарм шириной в 109 сажён. Важнейшим результатом исследований явилось обнаружение поселения, относящегося к эпохе до Батыева нашествия 1238 г. При исследованиях самого нижнего горизонта напластований Манежа, на 6 - 7 метровой глубине, отмечены и находки раннего периода истории города. Обнаруженные в материковых впадинах обломки стеклянных браслетов, шиферные пряслица, грубая, так называемая «серая» керамика, датируются XII — XIII веками.
Здесь, несомненно, стоял ранний посад, а значит пределы Москвы тогда были гораздо шире, чем москвоведы предполагали до сих пор. Это существенно меняет наши представления о размерах Москвы 850 лет назад, когда впервые появилось упоминание о ней. Получается, что к моменту исторической встречи двух князей в «Москове» у стен детинца уже существовала застройка, строили дома на берегу р.Неглинной, здесь пахали землю, пасли скот, развивали ремесла и торговлю. Расположенная в непосредственной близости с градом застройка вдоль реки Неглинной была фоном, подчеркивающим величественность его стен.
Стеклянные браслеты — хорошо известное археологам украшение древнерусских горожанок. Их производство прекратилось после ордынского нашествия.
Неожиданным сюрпризом для исследователей оказалось обнаружение в материке более четырех десятков захоронений. В погребальном инвентаре встречены украшения, характерные для восточных славян: перстнеобразные колечки, которые гирляндами свисали у висков – так называемые височные кольца, характерный этнический признак именно славянских племён. На руках расчищены сложно-витые проволочные браслеты и решетчатые перстни, аналогичные находкам в курганах вятичей, в области груди одной из женщин оказалась серебряная витая гривна.
Любопытно, что в то же захоронение положили и медный пинцет; по-видимому, это была излюбленная вещь, которую и тогда русские женщины использовали для косметических целей. Какая же всё-таки преемственность в эстетике и понимании красоты этим демонстрируется! Кстати, по форме пинцет ненамного отличается от современных предметов такого рода.
Этот некрополь является древнейшим из известных за пределами Кремля. Но если здесь было кладбище, значит в это время тут стоял и храм, о существовании которого не сохранилось никаких письменных известий. Хотя предполагать его наличие можно с уверенностью: плох был тот посад, где не было своей церкви.
Впрочем, Лаврентьевская летопись в рассказе о нашествии Батыевой Орды на Москву в 1238 году горестно отмечала, что «... град и церкви святые огневи предаша, а монастыри и села пожгоша». Возможно, в этом числе был и храм на Манеже. Явно деревянный, потому и следов по себе не оставивший.
О том, каково пришлось Москве и её жителям во время Батыева нашествия, говорят не только известные летописные строки: «И той же зимы взяша Москву Татарове, и воеводу убиша… а князя Володимера яша руками… а люди избиша от старца и до сущаго младенца…».
Вот как это выглядело на практике. Археологами был обнаружен бревенчатый сруб-погреб, полностью выгоревший внутри, несмотря на то что действительно был спрятан под землю - углублён в материк приблизительно до 1,0 м. Чтобы выгорел погреб, дом сверху не просто должен был сгореть в жарком пламени, - пожар должен быть тотальным. Таким, когда его некому тушить.
В погребе оказалось много горелого зерна, разнообразные керамические сосуды ёмкостью не менее 20-30 литров. То есть дом был не из бедных. Об этом же говорят и другие находки: перекрестье сабли с гравировкой, стальной напильник, долото, дверное кольцо. Весь комплекс относится ко времени не позднее первой половины XIII в. Видимо, это была открыта одна из хозяйственных построек усадьбы XII – XIII вв. Возможно, кузнечная мастерская.
Словом, летопись права: Москва уничтожена был полностью… Восстановившись позднее, к 1340 г., при великом князе Иване Калите, Кремль обрёл дубовые стены по левобережью Неглинной, доходившие до расположения нынешней Средней Арсенальной башни. Визуально застройка Занеглименья и застройка на месте будущей Красной площади составляли как бы единое целое.
В 1365 г. от «Всехсвятского» пожара пострадала вся Москва, в том числе погорел дубовый Кремль и Занеглименский посад. Наконец, к 1368 г. Дмитрий Донской выстроил кремлёвские укрепления в белом камне, хотя возможно, вдоль Неглинной стена в то время и оставалась деревянной.
Через Занеглименье тогда пролегали древнейшие торговые дороги на Смоленск, Волок-Ламский, Тверь. К ним постоянно тяготела деревянная застройка — жилая и торговая. Трассы этих дорог сформировали в дальнейшем современные улицы Воздвиженку, Б.Никитскую и Тверскую.
Древние дороги не раз меняли свое направление через территорию будущей Манежной площади, приближаясь к кремлёвским стенам, особенно это относится к направлению трассы от Троицких ворот Кремля к Тверской, сформировавшей Моховую улицу. Связано это с освоением заболоченного правого берега р.Неглинной и долины ручья Успенского вражка.
Проведённые археологические раскопки вскрыли слои XIII - XIV вв. в районе Тверской улицы у Воскресенского моста через р.Неглинную. Особенно густой застройка была именно у этого, тогда ещё деревянного моста (а до этого — брода). Одна из главных улиц Москвы и близость Великого посада (Китай-города), обусловили оживлённость этого места. Поэтому понятно, что к концу XIV в. Занеглименский посад развивался особенно быстро. Здесь бурно шло жилищное строительство. В том числе появлялись и усадьбы богатых горожан. В раскопах Подманежья выявлены глубокие бревенчатые погреба XIV - XV веков, другие следы застройки посада великокняжеского времени исторического Занеглименья, оставившего находки разнообразной хозяйственной утвари, украшений, ремесленных инструментов.
Сооружения этого горизонта датированы не только по стратиграфии и комплексам керамики, но и по монетам. В числе редчайших нумизматических находок — серебряная «денга», чеканенная в конце XIV — самом начале XV века князем Владимиром Андреевичем Храбрым, героем Куликовской битвы. Одновременно с Дмитрием Донским он создал собственную «валюту» в своём уделе в Серпухове, что, в общем, свидетельствует о довольно широкой его автономии. И в целом это одна из немногих русских монет того времени.
Наряду с этим отечественным уникумом обнаружен западноевропейский «артиг», валюта Ливонского ордена, чеканенная в Ревеле (Таллине). До появления в Новгороде Великом около 1410 года собственной монеты - «денги», - подобные платёжные средства находились там в обращении и именовались «артуги». Можно, пожалуй, предположить, что и в Москву монета попала не с рыцарем-крестоносцем, а с новгородским гостем-купцом. Тем более, что здесь же начиналась Волоцкая дорога, шедшая в Новгород через Волок на Ламе. В Москве за многие десятилетия археологических исследований такая монета найдена впервые.
С одной из таких богатых усадеб связана загадочная история, на которую навела сенсационная находка…
В 1382 году Москва была полностью уничтожена при внезапном нападении на неё хана Тохтамыша в 1382 году. Так описывает летопись «Тохтамышево разорение»: «... и бысть оттоле огнь, а отселе меч, овии, от огня бежачи, мечем помроша, а друзии от меча бежачи, огнем згореша».
Одним из оказавшихся в руках археологов символов «тохтамышева разорения» на Манеже и может служить необычная находка, о которой шла речь выше: стальной меч. Он был обнаружен в материковой яме под слоем угля вместе с керамикой конца XIV века. Предположительно, оружие было укрыто на сгоревшей феодальной усадьбе. Побывавший в огне меч, имеющий длину 94 см, тем не менее отлично сохранил и клинок, и рукоять, увенчанную металлической шишкой.
Изображения подобных мечей многочисленны в иллюстрациях Никоновской летописи, но прежде на территории Москвы изредка встречались только части этого боевого оружия.
В те времена меч был характерной частью вооружения всадника-феодала, именуемого в древнерусских документах «меченошей» или «мечником». Владельцем находки мог быть дружинник великого князя, который после одного из самых трагических событий в истории Москвы XIV века так и не смог вернуться за своим оружие.
Можно ли предположить, как это произошло?
Вообще говоря, оставлять меч в доме, идя на битву, было бы, мягко говоря, не логично. Но мы знаем, что Тохтамыш появился под стенами Москвы внезапно, когда его никто не ждал и не опасался. Ведь только что, два года назад, московское войско было фактически союзником татарского хана, разгромив на Куликовом поле его врага Мамая. Кроме того, ордынские войска подошли к границам Московского княжества крайне скрытно, так что об этом никто не смог или не успел сообщить.
Татар обнаружили только тогда, когда они перешли границу Московского государства у Коломны. Для принятия серьёзных оборонительных мер было уже поздно. В том смысле, что собрать войска, продумать план противодействия, развернуть ополчение времени уже не оставалось. Поэтому стратегия была одна: рассчитывая на то, что недавно, в 1367 году, выстроенный Московский Кремль выдержит осаду, собрать рати, а дальше действовать по обстановке.
С этой ли целью, ещё ли по каким причинам, но великий князь Дмитрий Донской Москву оставил, его двоюродный брат и основной полководец того времени Владимир Андреевич Храбрый – тоже, а впоследствии из столицы уехали и жена Дмитрия великая княгиня Евдокия, и прибывший из Византии митрополит Киприан. Возможно, с кем-то из них отбыл и обитатель того поместья в Занеглименье, где сгорел ставший сегодня знаменитым меч.
Странно, однако, что он не взял с собою оружия.
Впрочем, это странно и в том случае, если он остался в Москве. Несмотря на разыгравшуюся здесь панику, час-другой, чтобы забежать домой за самой необходимой на войне вещью, у него были. Да просто слугу послать – ведь само владение мечом означало в те времена не просто состоятельность, а богатство.
Вероятнее всего, наш герой оказался либо среди зачинщиков бунта, который подавил оставшийся в Москве князь Остей, и пострадал при этом, либо среди тех бояр, которым тот же князь запретил покидать город, дабы тот вообще не остался без «лутших людей». Вот и пришлось, видимо, хозяину меча печально наблюдать со стены города, как его оружие вместе с его домом гибнет в огне зажжённых по приказу Остея посадов.
Что было потом, известно. Передовые татарские отряды подошли к Кремлю 23 августа 1382 г., в полдень. Объехав несколько раз Кремль и не обнаружив никаких возможностей открытого приступа, ордынцы ускакали.
В Кремле народ расценил это как победу: были вскрыты погреба бежавших из Кремля накануне воевод, князей, бояр и из них взяты запасы мёда, вин и пива. Началось всеобщее пьянство осаждённых, длившееся всю ночь с 23 на 24 августа.
Утром 24 августа к Кремлю подошли главные силы ордынской армии во главе с Тохтамышем. Но все их попытки взять крепость штурмом не удались. Тогда 26 августа к Кремлю подъехала делегация ордынских мурз в сопровождении двух суздальских князей - братьев жены Дмитрия Донского. Они объяснили, что Тохтамыш решил снять осаду Кремля. Он-де желает вступить в мирные переговоры с жителями и для этого просит впустить его в город.
Лишний раз гневить «царя», как называли тогда ордынских ханов на Руси, охотников не нашлось: великого князя всё равно нет, а татары чем раньше уйдут, тем лучше. Но и в город их пока не пускали. Взамен этого на встречу с Тохтамышем направилась представительная делегация в составе князя Остея, духовенства и представительных горожан,
Однако когда ворота (Фроловские, ныне Спасские) были открыты, ордынцы вероломно напали на делегацию, ворвались в город и разграбили и разорили его дотла. Вот тогда мог погибнуть и владелец усадьбы в Занеглименье, явно принадлежавший к верхним слоям московского общества.
Всего же во время грабежа и разорения было убито 24 тыс. москвичей. И малым утешением им было то, что под Волоколамском передовые части татар были истреблены войском князя Владимира Андреевича, после чего Тохтамыш собрал свои рассеянные отряды и помчался прочь так же скоро, как и явился… 
Tags: История Манежной площади
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 36 comments