Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Освобождение Европы

1. Историческая справка
26 марта 1944 года войска 2-го Украинского фронта под командованием маршала И.С. Конева вышли на государственную границу СССР с Румынией. Осенью 1944 г. государственная граница СССР была восстановлена на всем ее протяжении. Красная Армия вступила на территорию Европы.
Советским войскам пришлось сражаться на территории многих стран Европы, захваченных немцами, – от Норвегии до Австрии. Больше всего (600 тысяч) советских солдат и офицеров погибло и похоронено на территории современной Польши, более 140 тысяч – в Чехии и Словакии, 26 тысяч – в Австрии.

2. Освобождение Европы
Летом 1944 г. началось освобождение Европы от нацистского господства.
Продолжая наступление, начатое в ходе операции "Багратион", войска 1-го Белорусского фронта подошли к Варшаве. Южнее, к югу от Карпат, войска 2-го Украинского фронта стояли на пороге Румынии.
К этому времени в составе Красной Армии была 461 дивизия, 21 танковый и механизированный корпус – в общей сложности 6,6 млн. военнослужащих, 98,1 тыс. орудий и миномётов, 7,1 тыс. танков, около 12,9 тыс. боевых самолётов. У немцев и их союзников на Восточном фронте находилось примерно 240 дивизий, в которых было 4,3 млн военнослужащих, 59 тыс. орудий и миномётов, 7,8 тыс. танков и штурмовых орудий и 3,2 тыс. боевых самолётов. О победе над Россией в Германии уже не мечтали, но стремились дотянуть войну до того, чтобы антигитлеровская коалиция как минимум треснула, если не развалилась совсем. И причиной этого должны были стать споры о судьбе Европы: Гитлер прекрасно видел, что едва ли не самым важным стремлением английского лидера У.Черчилля было – после достижения победы над Германией - остановить советские войска на границе СССР. Мавр сделал своё дело, и это дело Европы не касается…

3. Тег «Европа 1944 года»
Европа же в середине 1944 года представляла собою сложный конгломерат различных сил и политических воль, связанных со всеми крупными политическими игроками и сопротивляющихся им.
В Польше таких сил было несколько. Антигерманское направление представляли Армия Крайова, подчинявшаяся довоенному польскому эмигрантскому правительству, с которым не желало иметь дел советское руководство, Армия (Гвардия) Людова, военная организация Польской рабочей партии, Польский Комитет национального освобождения (Люблинский комитет), созданный 21 июля и представлявший патриотические просоветские элементы, а также реальная вооружённая сила - сформированные в СССР части Войска Польского, входившие в состав 1-го Белорусского фронта. При этом Армия Крайова не только не была в восторге от перспективы вступления в Польшу советских освободителей, но и делала всё возможное, чтобы самостоятельно установить свой контроль над страной. По принципу «Придут русские, а мы уже тут!» Для полноты картины остаётся только добавить, что политическим идеалом этой силы было восстановление Польши в границах 1772 года, а как минимум – в границах довоенных.
В этой связи был введён в действие план «Буря», согласно которому АК должна была пользоваться дезорганизацией немецких войск в результате советских ударов и очищать от них важные города, устанавливая над ними политический контроль лондонского эмигрантского правительства. Во исполнение этого плана соединения Армии Крайовой делали попытки выбить немцев из Вильнюса и Львова, но захватить эти города им не удалось. Таким образом, хитрецы из лондонского правительства хотели перехватить власть над Польшей за счёт русской крови.
Понятно, что такая политика не вызвала прилива восторга в советском руководстве. И когда к августу 1944 г. измотанные и хотя и победоносные, но порядком потрёпанные войска 1-го Белорусского фронта вышли к Висле, в Кремле никто не испытывал непреодолимого желания положить ещё пару своих армий, чтобы через «не могу» выручить попавших в собственную ловушку организаторов Варшавского восстания. Войску Польскому такую возможность предоставили, но попытка прорыва успехом не увенчалась.
Далее к югу лежала союзная Гитлеру Словакия и покорная ему Чехия, обеспечивающая значительную долю военного производства и ремонтных мощностей Германии. По некоторым данным, эта доля составляла от четверти до трети оборонной промышленности Рейха. Сюда советские войска пробивались через карпатские перевалы, но успеха не имели практически до конца войны.
Ещё дальше была Венгрия, один из наиболее верных – и в первую очередь идейных! - союзников Германии. Дальше была Румыния, за счёт территорий которой была вознаграждена за верность Рейху Венгрия, и которая, в свою очередь, получила вознаграждение за счёт обширных территорий СССР. О чём теперь ей предстояло интенсивно жалеть, ибо два советских фронта уже изготовились к прыжку на Бухарест…
Южнее была Болгария, в каждой войне встающая на сторону врагов своих «братушек»-освободителей. Но с ней проблем не ожидалось – её отсталую маломощную армию можно было в расчёт практически не брать. Кроме того, здесь снова, наконец, начиналась территория, где действовали союзные Москве партизаны Народно-освободительной повстанческой армии (НОПА), подчинявшейся левому Отечественному фронту. Сила слабая - 6 тыс. чел., - но пригодная для перехвата власти в момент прихода советских войск.
Зато рядом с громадным аппетитом пережёвывала немецкие дивизии наиболее мощная на Балканах сила - коммунистические партизаны Иосипа Броз Тито, образовавшие Народно-освободительную армию Югославии (НОАЮ). И это действительно армия: 9 корпусов, 27 дивизий, 99 бригад и 99 партизанских отрядов общей численностью 320 тыс. человек, контролирующих примерно половина территории страны.
Крупные освобождённые районы наличествовал к этому времени также в Албании, где действовала Народно-освободительная армия Албании (НОАА) в количестве около 20 тыс. чел. и в Греции – где Народно-освободительная армия Греции (ЭЛАС) достигала численности 35-40 тыс. чел.

4. Тег «Освободительный поход»
Так что направление первого удара, пока войска Рокоссовского в Польше залечивают раны и концентрируются для дальнейшего наступления, было очевидным: через Румынию на Балканы, отрезая Германию от нефтяных месторождений и оккупационных корпусов в Греции и Югославии.
23 августа началась Ясско-Кишинёвская операция. В тот же день Румыния рассыпалась. Король Михай торопливо арестовал диктатора И.Антонеску и объявил войну Германии. Но было поздно: власть пришлось поделить с левыми просоветскими силами, а войну недавнему союзнику объявить не только на словах, но и реально отправить их воевать с немцами. Впрочем, при их весьма к 1944 году условной боеспособности большой помощи советское командование не получило, но хоть можно было не отвлекать много сил на зачистку территории от остатков буквально раздробленных германских войск.
Устрашённая приближающейся с жерлами советских орудий перспективой Венгрия также попыталась выбросить белый флаг. Венгерский диктатор адмирал Хорти уже направил в Москву делегацию для подписания перемирия, которое 11 сентября было оформлено. Однако здесь вмешался Гитлер и оккупировал территорию Венгрии своими войсками.
В августе же началось восстание в Словакии, где многие районы отложились от марионеточного прогерманского правительства. С 1 сентября о принятии на себя верховной власти заявил Словацкий национальный совет. В ответ правительство призвало на помощь немецкие войска. Словаки обратились за помощью к Москве. Советские войска начали наступление 8 сентября, но пробиться через перевалы не смогли. Или не пожелали заплатить за это слишком большой кровью. Как бы то ни было, русские смоли выйти на границу Словакии только 6 октября, когда восстание было уже подавлено.
Болгария, чтобы не искушать судьбу, пошла по стопам Румынии. После того как 8 сентября советские войска перешли границу, вспыхнуло восстание в Софии. К власти пришло правительство Отечественного фронта, которое объявило войну Германии и тоже повернуло войска против гитлеровцев. Вместе с советскими частями болгарская армия вошла в Македонию. Но, к сожалению, как и румыны, реальной боеспособности уставшим советским войскам болгары не добавили, и немцам удалось 3 ноября выскользнуть из материковой Греции. Соединившись в Югославии с тамошними германскими дивизиями, они дорогой ценой заставили заплатить за освобождение Белграда…
Ещё более дорогую цену пришлось отдать за очищении от фашистов Венгрии. Лишь в декабре удалось окружить Будапешт, в котором на стороне Германии продолжала сражаться венгерская армия. Взять город удалось только 13 февраля 1945 г., и при штурме пало больше 80 тыс. советских воинов. Правда, уничтожено и пленено было 188 тыс. немецких и венгерских солдат.
Месяцем ранее, в январе 1945 года началось наступление, окончательно освободившее Польшу. На фашистов обрушились 2 млн. 204 тыс. солдат при 7 тыс. танков и 5 тыс. самолётов. Сопротивление немцев было сломлено быстро, уже к 30 января русские вышли к Одеру, оказавшись в 60 км от вражеской столицы. Но здесь пришлось остановиться: на севере над правым флангом нависала мощная сила – германские группировки от Кёнигсберга до Померании. И как ни хотелось сходу взять Берлин, необходимо было ликвидировать эту угрозу.

5. Тег «Штурм Кёнигсберга»

Восточную Пруссию – гнездо прусских помещиков и элитной прусской военщины – гитлеровцы превратили в сплошной укрепрайон. Оборона была плотная, насыщенная прочными железобетонными оборонительными сооружениями. Подступы к ним были прикрыты фортификационными укреплениями в виде окружавших город фортов, старых и заново отстроенных дотов и дзотов, отсечных позиций, минных полей и т.д. Практически все каменные строения в городах и сёлах были также оборудованы под долговременные огневые точки. Словом, это была не территория, а сплошной укрепрайон, опорный пункт, узел сопротивления площадью 350 тыс.кв.км. Так что не удивительно, что Восточно-Прусская наступательная операция длилась с 13 января по 25 апреля 1945 г. и забрала у Советского Союза больше 126 тысяч его сынов…
В общей сложности только в Кёнигсберге оборонялось 130 тыс. человек при 4 тыс. орудий и миномётов, со 108 танками и штурмовыми орудиями, 170 самолётами. При этом стены некоторых зданий не пробивались даже 76-мм снарядами, и каждый дом, как уже сказано, был долговременной огневой точкой.
Тем не менее, советские войска шаг за шагом очистили территорию Восточной Пруссии от противника. Отступать тому было некуда, он был прижат к берегу моря. А поскольку вслед за войсками в отступление уходили и страшащиеся кто «большевистских зверств», кто «законного мщения» гражданские, то немецкие войска, защищая нередко своих близких, дрались яростно, отчаянно, ожесточённо. Тем не менее кольцо вокруг них сжималось неумолимо.
Штурм самого Кёнигсберга начался 7 апреля. В чём-то он может считаться образцовым. Не как раньше – на сей раз воевать отправляли не солдат в серых шинелях, а бомбы, мины и снаряды. За организацию артиллерийской и авиационной поддержки войск, беспрецедентной по предшествовавшему опыту войны, начальник ВВС маршал авиации А.А.Новиков получил звание Героя Советского Союза. На немцев обрушился огонь всех калибров, в воздухе постоянно висела армада из 2500 самолетов – конечно, не всех одновременно, но многих, очень многих…
Лишь на перемолотые огнём и металлом развалины пошли пехотные подразделения. И город пал на удивление быстро: уже 9 апреля командовавший войсками противника генерал Отто Лаш подписал капитуляцию. В плен попали почти 100 тыс. немецких солдат и офицеров, 42 тыс. были убиты.

Я был там…

Из книги воспоминаний унтер-офицера Вилли Хенса

Конец …

…Первая рота воздушной связи особого назначения построилась по периметру Аугуст-Виктория-штрассе. Фельдфебель как раз читал нотацию о необходимости более серьёзного отношения к службе, когда эта лекция была резко прервана взрывами гранат в непосредственной близости.
Не нуждаясь в приказе, рота бросилась в укрытия, совершенно не соблюдая порядка. Команду «Разойдись» тоже уже никто не давал. Каждый пытался как можно скорее добраться до своего убежища. Относительно недолгое время спустя отдельные группы встретились в бомбоубежищах под домами, имея при себе свое снаряжение и вещи.
Оптимисты, которые сперва все еще верили, что это всего лишь обманный маневр противника, быстро присоединились к общему мнению, что это означает начало последней битвы за Кёнигсберг.
Кёнигсберг вскоре стал походить на шабаш ведьм. Грохот, треск, рев гранат и авиабомб, крики, завывания, огонь, беда и смерть. И это час за часом с неослабевающей силой.
Жизнь на улицах вымерла. Еще стоявшие дома рушились. Руины то и дело вспахивались взрывами. Дым от взрывчатки перемешался с дымом от горящих останков зданий. Кирпичи, балки и домашнюю утварь взметало в воздух и раскидывало по улицам. Вскоре уже не осталось транспортных средств, на которых можно было бы ехать. Да и зачем? Улицы стали непроходимыми для транспорта, людей и лошадей. Горящие машины дополнительно отравляли воздух. Черные облака дыма затмевали небо. Едкий дым горящей резины, кожи, тканей и горящих трупов животных отравляли воздух и давали людям в подвалах возможность дышать лишь сквозь кашель. Но еще более обезнадеживающим для Фридхельма был вид запряженных подразделений снабжения, транспорт и упряжки которых стояли возле Обертайха. Картины ужаса. Тут и там еще живая лошадь, запряженная вместе со своим мертвым или тяжело раненым товарищем по упряжке, который лежал рядом, вздувшийся или хрипящий. Фридхельм помнит эти колонны, покрытые мусором и пылью, частично погребенные под развалинами домов.
Огонь вражеской артиллерии из более чем тысячи орудий заставляет солдат и гражданское население скрыться в бомбоубежищах.
Что происходило в головах запуганных людей? Солдаты сидели рядом с женщинами, детьми и стариками из восточной Пруссии, рядом с добровольными сельскими помощниками, иностранными рабочими из России и Польши, военнопленными французами. Фридхельм пришел к заключению, что отношения между столь разными группами между собой не были враждебными. Но мирные жители в основном сидели тихо и молчаливо. Каждый чувствовал, что боевые действия в городе уже не могут продолжаться долго. Все активные и пассивные участники событий в тот момент единодушно считали бой бессмысленным.
Огонь артиллерии гремит вот уже несколько дней, а бомбардировщики и штурмовики без помех сбрасывают на город свой смертоносный груз, либо бесцельно стреляют из своих бортовых орудий по развалинам. Гул гранатометов, треск автоматического оружия, пистолетов и гранатометов создает адский шум. В те часы уже об организованной обороне не идет и речи. Круговая оборона всегда представляет собой бешеный бой и стрельбу по всем направлениями в ситуации, которая кажется безвыходной.
С наступлением ночи боевой шум становился заметно тише. Помимо немногочисленных артиллерийских залпов иногда по близости взрывались ручные гранаты, либо были слышны выстрелы из автоматов. Сквозь приямки можно было видеть одиночные отблески сигнальных боеприпасов.
В подвальных проходах восточные каторжники уже демонстративно рассаживались вместе. Взгляды, которыми они теперь окидывали немцев, уже не были больше приветливыми, а полны ненависти.
Ранним утром Фридхельма резко разбудили громкие крики на чужом языке, который звучал жестоко.
Грубые слова: «Давай, бистра!» не предвещали ничего хорошего. Но им было суждено сопровождать его путь на протяжении последующих лет. Лишь позднее он узнал их значение. Их смысловой перевод гласит: «Давайте, вперед, торопитесь!»
Серые колонны из женщин, детей и стариков, чаще - или уже - без какого то ни было багажа, стояли бесцельно и безнадежно на переполненных улицах. И снова Фридхельму стало стыдно за эти колонны горя. Стыдно потому, что они, солдаты, не имели возможности защитить этих людей. Он пошел на войну якобы для того, чтобы помочь защитить свободу своих соотечественников. И каким было окончание этого военного похода за свободу и за мир? Ни свободы, ни мира! Только горе и беда, куда ни погляди.
Но о человеческом достоинстве в третьем рейхе ведь никогда и речи не было!
Фридхельм сложил свой ранец и свою полевую сумку, и нерешительно, вместе с остальными, вышел из подвала развалин. Начинался путь в плен...
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments