Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Русские - повелители славян. Вступление. Подлинная история прихода русов на будущую Русь

Установление истины

Хрёрекр в задумчивости пососал концы своих усов. Слова старика звучали как песня. Наконец-то и эти спесивые словене признали, что сила – а значит, и право – на стороне русингов. Да и вообще в предложении Гостомысла было много привлекательного. А главное – вот он, Альдейгьюборг. Сам в руки просится.
Это, пожалуй, пахнет удачей… Вон Тюргисл-то в Ирландии себе конунгство оторвал. Дядя Хастейн – графство во Франках. Даже эта скотина Волосатые Штаны – и тот то у франков, то у англов что-то оттяпывал… А он, Хрёрекр, чем хуже?
Но что-то не вязалось…
– А чего это вы ко мне пришли? – подозрительно спросил он послов. – Это же из-за меня ваши проблемы начались? С чего это Гу… Гос… в общем, понимаешь… – с чего это ты меня так залюбил?
Старик открыл было рот. Но Хрёрекр становился слишком разговорчивым, когда пива было чересчур. Как сейчас. Он этот свой недостаток знал, но упрямо и даже с вызовом продолжил:
– И если уж на то пошло – чего ты в Готланд не отправился? Вы же их тогда погнали. Вот у них бы и просили прощения…
Гостомысл вскинулся:
– Не за что нам у них прощения просить! Сам знаешь, княже, народишко у нас терпеливый. Но как вожжа под хвост попадет – так и богов вон понесёт! У нас там одного боярина знаешь как потрошили? Собственные глаза заставили в землю закапывать…
– Ты мне тут байки не трави! – рявкнул Хрёрекр. – Нашёл тоже отговорку! Ты давай без увёрток – отчего к готам не пошёл?
Старик ссутулился и мрачно буркнул:
– Прощупывали мы у них почву… Через третью сторону…
– И?..
– Ты же знаешь готов, Рюрик. Они сразу неприемлемые условия выдвинули. Сказали, что мы им должны компенсировать все убытки. А ещё оплатить всю недополученную прибыль, все их военные затраты…
– За то, что они нас сами в море не пускали, – желчно вставил ещё один словенин, важный и толстый.
Гостомысл покосился на него.
– А ещё они потребовали репарации, виру за всякого убитого и свободы отмщения каждому кровнику, – добавил он сумрачно.
– Это в какой же правде видано, – вновь высунулся второй посол, – чтобы после виры ещё и кровничать! Международное право для них – тьфу!
Хм, подумал Хрёрекр, типично для готландцев. Но и словенская комбинация предстала перед ним в полной своей циничной наглости.
– И теперь вы, значит, приволоклись сюда, чтобы меня с готландцами стравить! Дескать, у нас силёнок не хватило, а вы давайте-ка с Хрёрекром поговорите! Так, что ли? – попытался он остро взглянуть на Гостомысла.
Как уж там удался острый взгляд после всего выпитого, неизвестно, но старик, против ожидания, не заюлил:
– А и так! – отрезал он. – Чего ж такого-то? У нас все знают, что если кто и может готам окорот дать, так это самый первый конунг из всех русов свейских – ты, Рюрик!
Это было бесхитростно до грубости, но Хрёрекр против воли не мог не ощутить прилива гордости. Льстит, подлец, но как приятно льстит, Локи его забери! А впрочем, что ж он, Хрёрекр, – разве не из первых он норманнских конунгов, действительно? А то и самый первый. У Рагнара этого только удача была хорошая, а сам он глуповат. Только скальды воют: «Ах, Волосатые Штаны, ах, его сыновья!» А сам Парижа злосчастного взять не мог!
– Я не только русинг, я ещё и викинг, – попытался он остаться хмурым.
– И викинг, и викинг, – так согласно закивали головами словене, что Хрёрекр не мог не распорядиться налить им пива.
– Только ты, Рюрик, не гневайся, – степенно продолжил Гостомысл, отхлебнув немного. – Но, объективно говоря, русином-то быть выгоднее. Викинг – он ведь чего? Сегодня живой, штурмует какой-нибудь Йорвик… а завтра ему со стены смолы на голову нальют. И ни тебе Йорвика, ни добычи, ни жизни. А русин – он себе на корабль сел, товару нагрузил, с выгодой продал, по пути у кого-нибудь чего-нито отнял… И ходит весь в шелку, серебре и девках! А уж мы тебе рухляди-то меховой подбрасывать будем, сколько увезёшь. И торговать с хазарами да булгарами некому, кроме тебя, будет. Ты ж всем другим русинам на самое горлышко торговлишки сядешь! А самому все пути на полдень открыты будут! Кривичей только прижмёшь, да и…
Ай, старик, ай же и язва, мысленно ахнул Хрёрекр. Во как завернул! Торгуй, дескать с хазарами, только от готландцев нас защити да и кривичей примучь!
Но что-то очень важное в его предложении было… Что?
Так, пива хватит… А!
Контроль на входе в Аустрвег. Да, в этом не просто «что-то». В этом – всё! Это ж одного серебра сколько через альдейгьюборгские ворота течёт! Если их собою подпереть, то на одних только таможенных пошлинах можно пол-Готланда купить!
Что готландцы в таком варианте сделают? Воевать станут? С ним? Не, не будут они с ним воевать.
Данов натравят? Нет, не рискнут – ни одни, ни другие. Тем более, что у данов во Франкии и Англии большие дела.
Подкупят уппсальских ребят, которые мнят себя общешведскими королями? Ха, сидя в Альдейгьюборге, Хрёрекр сам будет королём. Сунься-ка к нему, если он во главе словен станет!
Как ни крути, остаётся готландцам одно, если он твёрдо сядет в Альдейгьюборге. Идти к нему, Хрёрекру, на поклон. Или искать обходные пути. А путей этих всего один. По Двине вверх. А там либо к Кенугарду и там в Миклагард, либо в другую сторону и через Милиниски на Волгу. Или по Неману? Ну, там опять же в Днепр придёшь...
Он почесал в затылке. Да, тут без кривичей не обойтись. Это их земли и их волоки. Так что, дабы не дать пути готландцам, примучить кривичей по любому придётся. Иначе рискуешь оказаться в той же яме, где ныне словене трепыхаются – в осаде со всех сторон.
Гостомысл, видя, что ярл задумался, добавил ещё:
– Ты, Рюрик, насчёт кривичей особо не думай… Вон с нами один из бояр их, Гинтарас. Он скажет.
Кривич – ага, то-то он глазками посверкивал, когда Гостомысл при нём его народ так нелестно крыл! – что-то сказал. По-своему или по-словенски, Хрёрекр не разобрал.
– Он по-русски плохо говорит, – пояснил Гостомысл. – Но он подтверждает. Что из кривичей тоже многие уже поняли, что нельзя с братским словенским народом такую враждебную политику проводить. Хоть они на транзитных путях и сидят, а тоже ведь убытки несут. Вот у них в руководстве и нашлись тоже разумные силы, считающие, что лучше развивать добрососедство. Он говорит, что суверенитетом наелись и хотят тоже под русскую руку стать. Так что кривичи воевать не будут.
У нас тут и чудин есть, Апубексарь. Тоже тебя просит, – добавил старик.
Апу… как его там дальше, согласно покивал. Этот, небось, русский язык хорошо знает – чай, на их, чудской, земле фактически ту войну с данами вели.
И все же Уппсала Хрёрекра беспокоила. Не хотелось бы их во врагах иметь. Даже напротив: тут, в Свеарике, тоже надо бы союзников оставить. Да и в данах, пожалуй. Тогда Готланд сам, в случае чего, в осаде окажется…
– И что, – спросил Хрёрекр, – вы мне предлагаете поверить, что ни с кем, кроме готов, не разговаривали на эту тему?
Гостомысл поколебался, потом покорно подтвердил:
– Да, ярл, были мы в Уппсале. Но не договорились ни о чем. Не обижайся, но честно скажу: не понравилось нам там. Жестокий они народ. Пленных на дубу вешают. Нет, чтобы по-человечески жертву принести: ножиком по горлу – и к богам. А у них как-то негуманно всё – висят люди, как жёлуди. Дети же смотрят…
Он издевается, что ли, надо мной, поражённо подумал Хрёрекр. Тоже мне богослов выискался, в Хель его!..
– Так что там насчёт Уппсалы? – сдерживаясь, повторил он и оглянулся на своих. Пусть видят, учатся: хоть в голове шумит, а дела он не упустит. И хитрая словенская лиса ему зубы не заговорит.
Старик помялся.
– Говорили мы с конунгом, – промямлил он. – С хельгами-волхвами тоже. Они сказали, что у них и без того много дел в Сконе с данами. А поворачиваться к ним спиной и принимать на себя ответственность за толпы голодных словен они не собираются. Дескать, добровольцам в вик пойти они запрещать не будут, а самим-де у нас делать нечего. Меха они и без нас у суми-карелы возьмут. А ради торговли с хазарами они осложнений с готландцами иметь не хотят. Те-де им деньгами против данов помогают…
Да, уппсальские конунги всегда отличались непроходимой тупостью. Старик не врал: такой ответ могли дать только этот нынешний дурень, лишь позорящий славное имя Инглингов. Но главное, что запрета они не дали, добровольцам мешать не будут. Осталось только экспедицию в Гарды назвать добровольческой акцией, и порядок.
Или миротворческой, может быть? Хотя… Зачем она ему, слава пацифиста?
В викинги народ ныне охотно собирается. А ежели с помощью старика среди словен действительно сопротивления не будет, то и с десятком драккаров вполне можно будет конунгство отхватить.
Да, но не меньше, чем конунгство! Я твою игру, старый, насквозь вижу, довольно думал Хрёрекр. Ты хочешь меня в качестве герцога нанять, чтобы я, как Вадим этот глупый, за тебя по округе с мечом носился. А ты бы в это время со своими противниками полевые работы вёл, глаза сеял...
Нет уж! Наши с тобой дорожки только до ворот Альдейгьюборга сходятся. А дальше – у кого меч, у того и власть!
Ярл вообще замечал за собой, что в голове рождаются весьма остроумные комбинации, когда выпьет. До которых трезвый бы и не додумался. Так что сейчас надо было переговоры сворачивать. Пора посидеть, помозговать со своими. И было вовсе не нужно показывать словенам, что он уже в целом к решению пришёл. Пускай поживут недельку, ощутят, что тут серьёзные люди к серьёзным решениям серьёзно подходят.
Хрёрекр встал. Как положено по протоколу, распорядился разместить послов, дать им еды, пива и женщин. Но на вопросительные взгляды Гостомысла намеренно не реагировал.
– Завтра продолжим, господа послы. А то мы уже долго работаем, пора и отдохнуть. Барышни вас проводят…
Tags: Русские - повелители славян
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 9 comments