Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Русские - покорители славян. Глава 4. Кто такие русы? 4.1.2. Археологические источники. 7

Кстати, о погребальных обрядах. К определённо норманнским относят –

- сожжения в ладье, сожжения с захоронением в урне, поставленной на глиняную или каменную вымостку, сожжения под курганом, окружённым кольцевидной каменной кладкой, сожжения с кострищем треугольной формы.

Тот же Клейн:

Ещё прочнее связаны с этносом были в это время погребальные обряды. Для норманнов были характерны погребения в ладье, выкладка камнями ладьи на земле, камерные могилы в виде срубов. Славяне же хоронили покойников иначе - под длинными курганами, а то и вовсе без насыпи. Если урну с прахом покойника ставили на земле или «на столпе» - это славянин, если на треугольной каменной или глиняной вымостке - это скандинав.

Кроме того, к другого рода, но также к скандинавским захоронениям относят погребения в камерах – то есть срубах, опущенных в погребальную яму и образующих нечто вроде домика. По их поводу иногда спорят, но самое количество в Скандинавии указывает на местное происхождение. Например, в Бирке по обряду погребения в камерных могилах захоронены более 100 человек. Это около 10% от раскопанных могильников. Причём по всем признакам люди эти принадлежали к слою военно-торговой знати. И было бы это не в Бирке, а под, скажем, Черниговом, мы бы, не чинясь, отнесли этих людей к русам.
Но, к сожалению, отмечают современные историки, -

- на территории Восточной Европы проблема камерных погребений (или «срубных гробниц») была тесно связана с так называемой «норманской проблемой». Политизированность этой темы не давала советским исследователям возможности обобщить интересный материал. Значительная часть камерных погребений по различным причинам осталась неизвестной как отечественным, так и зарубежным исследователям.

Но теперь есть возможность остановиться на них поподробнее, ибо далее мы будем постоянно встречать этот вид захоронений в связи с интересующей нас истрией руссов.
Первые в России камерные погребения эпохи викингов были открыты в Киеве в 1870-х годах. Затем последовали находки в Гнёздове, где к настоящему дню описано 31 погребение. Важно, что почти все достоверные находки древнерусских погребальных камер связаны –

- с некрополями раннегородских поселений, торгово-ремесленными центрами эпохи викингов (Киев, Псков, Старая Ладога, Тимерево, Чернигов, Шестовицы). Пока единственным исключением является погребение в деревне Гущино под Черниговом, которое в X в. находилось в нескольких километрах от подобного поселения.

Как уже указывалось, подобных погребений немало в Скандинавии. Но! – что важно – там камеры сооружались как на некрополях раннегородских центров, так и на сельских кладбищах. На Руси же никаких захронений вне городских поселений нет. И это, по мнению учёных, больше всего свидетельствует о том, что данный обряд для здешних славянских, балтских и финских мест – привнесённый. Причём совершенно понятно, откуда – из Скандинавии.
Лишь когда носители этого культа прижились на Руси – в XI веке, - их единичные погребения в камерах фиксируются. Но в единичном количестве и на раннехристианских некрополях. А главное - только на Северо-Западе, то есть опять-таки там, где жили и правили скандинавы, когда великий князь Ярослав отдал Ладогу в вено своей жене Ингигерде, а та отдала её с окружающей местностью в лен своему двоюродному брату ярлу Рагнвальду Ульфсону. После его смерти в 1030 году ярлство получает его сын Эйлив (по другим версиям – Ульф, а в одной из летописей назван – Улеп).
И есть ещё одна особенность, которую мы позднее встретим в Плакунских погребениях:

Как особые и немногочисленные виды камер следует отметить погребение с гробовищем внутри камеры и камеры с внутренней перегородкой. В настоящий момент не совсем ясно происхождение таких погребений (влияние на них христианской обрядности), но вполне вероятно, что в этих случаях нами зафиксированы следы южноскандинавских погребальных традиций.


Не менее характерен другой вид погребений - погребения в камерах с конём:

Верховой конь в могильной яме рядом с умершим хозяином - один из важных показателей камерных могил.


В шведской Бирке таких – 20 могил. В Дании – 72. Во всех погребениях конь был найден в ногах умершего, иногда на невысокой земляной ступеньке или между стенками ямы и камеры. Мы ещё увидим подобное захоронение на территории Руси – вот только лежать в ней будет если и скандинав, то с очень многими элементами, привнесёнными – точнее, присвоенными – из местных традиций.

Всего в Гнёздове, Киеве, Шестовице, Чернигове, Тимерёве и Старой Ладоге найдено 20 камерных погребений с конём. Все эти погребения можно условно разделить на три группы по способу положения коня в могиле: погребение коня в ногах человека, погребение коня сбоку от человека и погребение коня без признаков человеческих останков. Камеры с конём, положенным в ногах погребённого, обнаружены в 10 случаях. Все эти погребения являются одними из самых больших и богатых камер и все, кроме двух, связаны с парными погребениями мужчины-воина и женщины.


По дендродатам и по найденным в могилах удалось определить время, когда делались подобные захоронения.

Самым ранним захоронением оказывается погребение в кургане 11 могильника Плакун, датированное 890-ми годами. Одними из самых поздних, вероятно, могут являться гнёздовские камеры Ц-306 - 979 г. и Дн-4 - 975 г.

К числу «поздних» камер примыкает погребение 42 из Шестовицкого некрополя. R этом комплексе меч типа W соседствовал с пряжкой в стиле Борре и костяной накладкой, орнаментированной в стиле Маммен. Последний начинает распространяться не ранее середины X в., следовательно, эта камера могла появиться только во второй половине X в.

Можно заключить, что в восточноевропейских раннегородских могильниках камеры появляются на рубеже ІХ-Х вв. и существуют по меньшей мере до конца 970 - начала 980-х годов.


Но важнее всего вот что:

В Восточной Европе обряд погребения в деревянных камерах с «пышным» инвентарём не имеет прямых аналогий в предшествующее время. Он появляется на рубеже ІХ-Х вв. в уже сложившемся виде и с севера на юг распространяется по территории Руси.


При этом –

- Анализ древнерусских камер показал, что их конструкция, состав погребального инвентаря, ориентировка, размеры и конструкция погребальной насыпи практически идентичны скандинавским аналогам. Определённые расхождения в погребальном обряде и инвентаре укладываются в рамки региональных различий, которые существуют в Скандинавии, например между камерами Дании и Швеции.

Одним словом, кем бы ни были пришельцы, их похоронный обряд имеет корни не на Руси. А в Скандинавии. То есть это – именно пришельцы, не продолжатели какой бы то ни было из местных традиций. Кое-что, конечно, они впитывают -

- можно говорить о восточноевропейском варианте камерных погребений, где несколько большее значение имеют местные особенности: парные захоронения, погребения в «срубной» конструкции, «восточные» элементы в мужском костюме, -

- но это, повторюсь, – скандинавские пришельцы.
И пришельцы – знатные:

Тот факт, что в камерах погребены женщины, мужчины и дети разного возраста, свидетельствует о том, что более высокий статус принадлежал определённой социальной группе населения, возможно, отдельным семьям, и, вероятно, был наследственным.


Это подтверждают и исландские саги:

Так, в Саге о Греттире рассказывается, как герой проникает в курган Кари Старого - знатного норвежца и отца ландермана Торина. Греттир попадает в камеру, проломив доски крыши, и находит мертвеца в окружении золотых и серебряных вещей, вместе с родовым оружием. В Саге о Хальдаре и Хольмверья рассказывается, как герой проник в курган короля Соти, где были деревянные крыша, двери и помещение с кораблем и сокровищами. В «Круге земном» С. Стурлуссон описывает, как два брата - конунги Намдалена - три лета занимаются строительством кургана. Построив его, они узнают, что конунг Харальд Прекрасноволосый движется на них со своим войском. Тогда король Херлауг с одинадцатью мужами и множеством еды и напитков удаляется в курган. По этим немногочисленным свидетельствам письменных источников можно представить, что в поздней традиции сохранились представления о камерах, как о могилах знатных личностей - королей, родовых аристократов.


Более того: есть и прямые письменные свидетельства о статусе захороненных подобным образом покойников. Так, в одном из курагнов Еллинга в 959 году –

- в камере захоронили датского короля Горма и его жену Тюру. Это подтверждается надписями на двух рунических камнях, установленных между курганами.

Кроме того, многие археологи соглашаются с тем, что в камерном погребении с ладьёй - в Хедебю - похоронен датский король Олаф. Об этом также говорит руническая надпись на камне неподалёку. По расшитой золотом одежде подозревают высокий статус погребённого в большой камерной могиле под церковью в Еллинге. Некий представитель околокоролевской знати захоронен в камере в Маммене. И так далее.
Поэтому учёные делают вывод:

В отношении древнерусских камер, видимо, вполне корректно использование скандинавских аналогий и интерпретаций, так как близость погребений из этих регионов наглядно показана. Сохраняющаяся в восточноевропейских камерах яркая «скандинавская» вуаль (конструкция камер, инвентарь, характерное сидячее положение покойников, обрядовые действия - ломание оружия, выжигание места перед сооружением погребения) указывает на то, что в течение всего X в. камерный обряд сохранял свою «национальную» - скандинавскую «окраску». Некоторые элементы обряда косвенно указывают, что среди людей, захороненных в камерах Восточной Европы, были жители как Ютландии, так и Средней Швеции.


А далее идёт то, ради чего я привожу здесь столь длинное описание погребальных обычаев скандинавов. Ведь скандинавы и скандинавы – что они нам, русским? Мы же не потомки Одина и Тора!
Как сказать, как сказать… Оказывается если –

- одна часть камер демонстрирует «чистые» скандинавские традиции, то другая - приобрела специфические «древнерусские» черты.


Кстати, под Черниговом такие захоронения как раз и имеются. Со специфическими древнерусскими чертами.
Вот что обнаружили совсем недавно – в 2006 году – в одном из таких погребальных комплексов у Шестовиц:

…в яму была спущена срубная конструкция, сложенная из брёвен, диаметром 10—15 см «в обло» с остатком, причём концы нижних венцов на несколько сантиметров вошли в стены погребальной ямы и отпечатались в них.

Прошу отметить: срубная конструкция могилы.

В юго-восточной части ямы (в ногах у хозяина) лежал на животе с подогнутыми ногами, головой на северо-восток скелет взнузданного коня. На черепе сохранилась кожаная узда, богато украшенная десятками бронзовых бляшек различной формы, часть которых, судя по всему, была инкрустирована серебряной проволокой, а во рту — железные удила.
В центре камеры расчищен достаточно большой (длина 102 см) железный меч в
истлевших деревянных ножнах, украшенный бронзовым наконечником с изображением извивающегося дракона в древнескандинавском стиле. Справа (к востоку) от меча лежал круглый деревянный щит, обтянутый какой-то богатой тканью, от которого сохранились только следы да отпечаток многоцветной позументной ленты на грунте.


Пометим ещё: меч скандинавский, а вот коняжка… Тоже, в общем, был и такой обычай у скандинавов. Только у очень древних, вендельских. Но здесь и сейчас, на границе Степи возле Чернигова, в X веке - это явный признак смещения ценностных ориентаций. Даже если захоронен был скандинав, то здесь ему дороже был конь степей, нежели конь моря…

…всё, что сохранилось от самого умершего: остатки черепа, от которого обнаружено лишь несколько мелких обломков костей, в меховой шапке, украшенной сверху серебряным колпачком. В головах покойного был положен длинный боевой железный нож-скрамасакс с деревянной рукоятью, в украшенных роскошным прорезным орнаментом бронзовых ножнах, а у рукояти скрамасакса — парадный точильный брусок-оселок с отверстием для привешивания к поясу.

И опять: меховая шапка может быть чьей угодно, а вот скрамасакс – оружие явно европейское.

В северной части камеры, на дне, лежало грудой несколько предметов: кожаное седло, украшенное многочисленными бронзовыми бляшками и решмами (бляшки-погремушки) с привешенными к нему железными стременами с выгнутой подножкой; два плохо сохранившихся железных котла (или котёл и сковорода под ним)…

Прервёмся для пояснения: жертвенный котёл в могиле – не просто скандинавский этнокультурный признак. Это важнейший религиозный идентификатор и самоидентификатор воинов-норманнов. Котёл, в котором часто обнаруживаются кости съеденного во время погребального пира козла или барана, символизирует уход покойного в Вальхаллу, к Одину. А тот, хоть и предавал воинов (а и не со зла предавал – просто понадобился ему новый богатырь в своих чертогах) , но встречал радостно и первым делом предлагал попировать – из пиршественного котла, где варится мясо «воскресающего зверя»…
Такие котлы археологи находят в центре курганов Гнёздова, возле Бирки в Швеции, на Готланде, на Аландских островах, в Дании… В общем, различий между русью и Скандинавией в этом аспекте не наблюдается.

… и большой ритон (сосуд для питья) из турьего рога, украшенного по поверхности накладками из тонкого серебряного листа, а по горловине — серебряной же пластиной, орнаментированной простым прорезным орнаментом в виде «городков».
В северо-восточном углу камеры найден длинный железный наконечник копья, втулка которого была обтянута тонкой серебряной пластиной: а на верхней части древка закреплено около десятка обойм из такого же листового серебра. По-видимому, они служили для закрепления на древке флажка или штандарта.


Не простой воин. Командир. Даже воевода. Это воеводское дело – под своим штандартом своих воев собирать и в бой вести. Об этом же говорят и археологи, что вели раскопки, - В.Коваленко, А.Моця и Ю.Сытый:

Кем же был этот воин из Шестовицы? Большинство предметов говорят о его принадлежности к дружинному сословию, причём, судя по богатству вооружения, к его верхушке, а наличие в могиле турьих рогов-ритонов позволяют предполагать, что он мог выполнять и жреческие функции. Однако такое сочетание функций могло быть только у вождя-жреца («хёвдинга» скандинавской мифологии), предводителя (или одного из предводителей) шестовицкой дружины. В пользу этого свидетельствует и парадное копьё с серебряной втулкой и закреплённым серебряными же накладками флажком-штандартом, чтобы во время боя воины его отряда всегда могли знать, где их вождь, и следовать за ним.

Это не одно такое погребение. Подобное раскопано также и в кургане № 42: снова камерная гробница, снова мужчина в сидячем положении, лицом на северо-запад, снова конь, снова женщина. Рядом - меч типа Х, который датируется серединой Х века. Что характерно – тоже скандинавский -

с бронзовым навершием и рукоятью и наконечником ножен, украшенным композицией «Один с воронами».


Оба погребения, по мнению учёных, относятся к середине Х столетия. То есть к той самой эпохе князя Святослава, с которой началась у нас речь.
Но смешанные или, как говорят археологи, «гибридные» элементы в таких могилах увстречаются в этих местах достаточно часто:

Ярким примером этого может быть оковка турьих рогов из черниговского кургана Черная Могила, в декоре которой смешиваются восточные и североевропейские традиции, а сами ритуальные сосуды были изготовлены в местной славянской среде.

В Гнёздове, громадном некрополе возле Смоленска, к этому же времени относятся обнаруженные в богатых погребениях конические и сферо-конические шлемы. Напомню: к строго скандинавским относят сферические шлемы. Они разных форм и технологий изготовления, но в целом хорошо изученные и потому хорошо узнаваемы. А вот что касается конических шлемов, появившихся не позже 900 г. и сменивших в середине и второй половине X в. полушаровидные и полуяйцевидные каски, то их все разумные исследователи относят по происхождению к восточным:

…конические шлемы известны на юге и востоке СССР по изображениям и находкам последней четверти I тыс. н. э. В свете этих данных гнёздовский шлем — один из древнейших конических наголовий в Европе — совсем не обязательно северный или западный по происхождению. Возможно, мы имеем здесь памятник, отмечающий путь проникновения азиатских конических шлемов в Европу, где они обрели свою вторую родину.

Генезис русских сферо-конических золоченых шлемов указывает на азиатский Восток. Ещё Д.Я. Самоквасов сопоставлял по форме шлем из «Черной могилы» с ассирийскими образцами. Плавно изогнутые, вытянутые шлемы известны на территории СССР со времен Урарту.


Мы ещё будем возвращаться к Шестовицкому комплексу, но пока стоит сделать маленький предварительный вывод: при Святославе в некрополе высокого воинского статуса захоронены высокопоставленные люди, в чьих вещах смешиваются скандинавские и местные элементы. И девушек на тот свет те покойники явно не из Скандинавии выписали. Хоть и захоронены эти граждане по норманнскому обычаю в срубе, на деле они уже демонстрируют признаки смешанной культуры. Которую часто называют древнерусской дружинной.
Являются русскими эти люди, иначе говоря.
Об этом же свидетельствует и многообразие и в то же время единство погребений. Несмотря на то, что археологи отмечают в шестовицких курганах –

- высокий уровень концентрации находок круга дружинных древностей, и среди них — значительное количество вещей северного происхождения –


- на самом деле –

- многообразие погребального обряда могильника ясно говорит об интернациональном составе оставившего его населения. Здесь представлены выходцы с Днепровского Правобережья (погребения по обряду ингумации) и Левобережья (трупосожжения на стороне), из Скандинавии (как минимум 20 могил: погребения в срубных гробницах с рабыней и конём; в ладьях; сожжения с согнутыми мечами; женские погребения с черепаховидными фибулами) и Прибалтики (погребение в срубной гробнице хевдинга — вождя-жреца с рабыней и конём), из занятых кочевниками степей Юга (парные погребения, ориентированные головами в разные стороны) и населённых финно-угорскими племенами лесов Севера.


Иными словами, мы застаём здесь настоящий дружинный интернационал. Чем-то напоминающий список Игоревых послов 944 года. Скажем, правобережный славянин Войко, левобережный северянин Синко, и скандинав Иггелд, и финно-кто-то Апубькарь, и эст Каницаръ, и хазарин Искусеви…
Как говорят историки, –

- к середине Х в. по всей территории расселения восточных славян от Киева до Ладоги распространяются дружинные древности, складывается «дружинная культура», впитывающая и сплавляющая в единое целое элементы разноэтничного происхождения. Её носителями являются прежде всего великокняжеские дружины, присутствие которых отмечается по археологическим данным на важнейших водных путях, на погостах и в городах Древнерусского государства: в Верхнем Поволжье и Поднепровье, в Поволховье, а также на территории формирующейся «русской земли» в узком смысле — собственно в Киеве и в Черниговской земле. Включение этих земель в сферу действия великокняжеских дружин свидетельствует об их консолидации и формировании территории государства, подвластного «великому князю русскому», как он именуется в договорах руси и греков.

Только ведь дружинный интернационал – это древнерусский дружинный интернационал. Тот самый, который сложился на базе русских дружин. Которые и сами, возможно, были интернациональными. Вот потому мы и зашли на поле археологических свидетельств с конца – с того места и времени, где преемственность между бесспорными древними русскими и вот этим Святославовым дружинным интернационалом также бесспорна.

Вероятно, в Восточной Европе погребенные в камерах являлись той частью древнерусского истеблишмента, который наиболее активно формировал культуру верхушки древнерусского общества в начале - середине X в. Это - преимущественно скандинавская, военизированная, лично свободная (княжеский дружинник мог быть и рабом), связанная с международной торговлей, частично христианизированная группа со значительным, судя по обряду, личным окружением. Существующая хронология подобных захоронений позволяет сузить время активного формирования этой социальной группы до второй - третьей четверти X в. Судя по расположению в могильниках Киева, Гнёздова (Смоленска), Чернигова и позднему проникновению на северо-восток (во второй половине - конце X в. в Тимёрево), эта группа населения должна была быть тесно связана с княжеским домом «Рюриковичей» и, вполне вероятно, эти люди скрываются под термином договоров Олега и Игоря - «русь».

Такой вывод делают не идеологи. Такой выод делают археологи. Которые непосредственно копали эти могилы представителей «древнерусского дружинного интернационала».
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments