Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Тайный дневник фельдмаршала Кутузова

14 октября. Что-то все начали меня подгонять, настаивая переходить в наступление. Вильсон, Беннигсен, Коновницын и даже флегматик Багговут. Что-то происходит?
ПРИМЕСАНИЕ НА ПОЛЯХ. Впрочем, позднее стало понятно, что происходит. Как раз сего числа воспоследовал рекскрипт императора на имя моё с требованием действовать наступательно, а также с неприкрытым страхом перед Наполеоном и неприкрытой же угрозой в мою сторону. Получил я его несколько позднее, но ставлю этим днём, ибо ясно, что само оно стало следствием отхода моего к Тарутино, а, значит, жалобы Беннигсена на то.
Вот оно:
"С.-Петербург
Князь Михаил Ларионович!
С 2 сентября Москва в руках неприятельских. Последние ваши рапорты от 20-го, и в течение всего сего времени не только, что ничего не предпринято для действия противу неприятеля и освобождения сей первопрестольной столицы, но даже по последним рапортам вашим вы еще отступили назад. Серпухов уже занят отрядом неприятельским, и Тула с знаменитым и столь для армии необходимым своим заводом в опасности!
По рапортам же от генерала Винценгерода вижу я, что неприятельский десятитысячный корпус продвигается по Петербургской дороге. Другой в нескольких тысячах также подается к Дмитрову. Третей продвинулся вперед по Владимирской дороге. Четвертой, довольно значительной, стоит между Рузою и Можайском. Наполеон же сам по 25-е число находился в Москве.
По всем сим сведениям, когда неприятель сильными отрядами раздробил свои силы, когда Наполеон еще в Москве сам с своею гвардиею, возможно ли, чтобы силы неприятельские, находящиеся перед вами, были значительны и не позволили вам действовать наступательно?
С вероятностию напротиву того должно полагать, что он вас преследует отрядами или, по крайней мере, корпусом гораздо слабее армии, вам вверенной. Казалось, что, пользуясь сими обстоятельствами, могли бы вы с выгодою атаковать неприятеля слабее вас и истребить оного или, по меньшей мере, заставя его отступить, сохранить в наших руках знатную часть губерний, ныне неприятелем занимаемых, и тем самым отвратить опасность от Тулы и протчих внутренних наших городов.
На вашей ответственности останется, естли неприятель в состоянии будет отрядить значительной корпус на Петербург для угрожения сей столицы, в которой не могло остаться много войска, ибо с вверенною вам армиею, действуя с решимостию и деятельностию, вы имеете все средства отвратить сие новое нещастие.
Вспомните, что вы еще должны отчетом оскорбленному отечеству в потере Москвы.
Вы имели опыты моей готовности вас награждать. Сия готовность не ослабнет во мне, но я и Россия вправе ожидать с вашей стороны всего усердия, твердости и успехов, которых ум ваш, воинские таланты ваши и храбрость войск, вами предводительствуемых, нам предвещают.
Пребываю навсегда вам благосклонный
Александр".
Ну, что тут скажешь? Кто из нас ещё ответит за Москву – это покажет история. И кто ответит за то, что ввязался в войну, интересам державы противную, в войну чрезвычайно разорительную, войну с неудаными генералами во главе армии, - это тоже покажет история. Равномерно несчастному Отечесту нашему будет весьма интересно узнать однажды, почему и ради чего ты войну пытался вести в интересах Англии, а не своей страны. Только ли из-за дотаций, от неё получаемых? – или же из более низменных побуждений, связанных с прямою изменою родине?
Впрочем, амюзантно то, как ни ты, ни совестники твои и с Беннигсеном не понимаете простой красоты замысла моего стратегического! Никуда не двинется Наполеон из Москвы, покуда на мирные переговоры надеется! И никуда не двиется, покуда армия моя у него над душою стоять будет. Одно сможет предпринять он: пойти на меня для устранения кгрозы сей, либо же отступить, попытавшись меня обмануть. Причём отступить ему можно только в одну сторону – обратно, по Смоленской дороге. Но он, скорее всего, сначала рванётся на Калугу, наличие в коей больших магазейнов продовольственных не секрет для него. Посему будет он пытаться обмануть меня, обойти, чтобы обогнать и быть в городе том первым; взять продовольствие и уйти на подготовленную им дорогу к отступлению.
Причём донесл мне, что в противуположность тревоге, в коей Петербург пребывает, Наполеон начал стягивать корпуса свои к Москве. Значит, решился он на движение отступательное. А уж в какую сторону пойдёт он – сие партизаны мои проследить должны. Недаром я их на всех дорогах главных держу.
Я со своей стороны предписал гг. корпусным начальникам осмотреть войски, во вверенных им корпусах состоящие, и в чем окажется недостаток, немедленно приказать исправить. Ланскому же предписал создать, сверх отпускаемого на настоящее продовольствие, особый запас провианта на десять дней так, чтобы какие ни случились движении, люди имели при себе на три дни и в полковых и ротных в артиллерии фурах находилось на семь дней.
Ибо чувствую я, ожидание наше скоро закончится. Стоим уже более недели на одном месте и с Наполеоном смотрим друг на друга,— каждый выжидает время. Тем временем по всем маленьким делам, которых всякий день происходит несколько, имеем поверхность над неприятелем такую, что берут пленных даром. Всякий день берем в полон человек по триста и теряем так мало, что почти ничего. Кудашев разбойничает также с партией и два хороших дела имел. Чего ещё желать, какого сражения? Для чего нужно полагаться на переменчивую удачу его, когда мы в неделю всё равно что город берём с соответственной потерей неприятельскою?
Кстати, издал сегодня приказ по армии, взятия Вереи касающийся. Надобно поднимать дух войска – а так уже каждый солдат, кажется, понимает, что пауза сия оперативная нам на пользу, а французам на горе и стенания будущие идёт.
"№ 39 Главная квартира деревня Леташевка
Г. генерал-майор Дорохов, командированный с отрядом войск к городу Вереи, 29-го минувшего сентября в 5 часов утра овладел оною штурмом. Неприятель, в немалом числе находившейся в укреплении, выстроенным на возвышении, имеющем 5 саженей высоты и обнесенным палисадом, храбрыми нашими войсками в полчаса приведен в несостояние противиться. Причем побито их множество и взят в плен: комендант, 14 штаб- и обер-офицеров, 370 рядовых и одно знамя. О каковом отличном и храбром подвиге отряда г. генерал-майора Дорохова вменяю в приятной долг сим объявить по армиям".
Объявил благодарность донцам нашим:
"Казачьи полки усердным, ревностным служением и оказываемою в делах противу неприятеля при всяком случае
отличною храбростию заслужили справедливую похвалу, а командующий оными войсковой атаман полную мою благодарность, каковую с удовольствием сим и изъявляю".
А вот Чичагов вызывает во мне опасения. Что-то я давненько не получаю от него связных рапортов состоянии дел; чрез то координация действий наших весьма подорванною стать может – да и уже стала. Отписал ему:
"№ 19 Леташевка
Милостивый государь мой Павел Васильевич!
В письме моем от 26 сентября изложил я вашему высокопревосходительству причины тесных связей и отношений, в коих Главная и Молдавская армии состоять должны. Вследствие того представлено было вкратце положение Главной армии, которое с того времени существенно не переменилось, кроме того, что успехи наших партизанов, посылаемых в тыл неприятелю, становятся час от часу блистательнее. Таким образом, с особенным удовольствием вас извещаю, что 30 сентября генерал-майор Дорохов взял штурмом укрепленный неприятелем город Верею, причем убито более 300 человек и взято в плен 377 рядовых, 15 штаб- и обер-офицеров и одно знамя вестфальской армии.
Равным образом не менее приятно мне свидетельствовать о подвигах наших крестьян, которые оказывают себя истинными сынами отечества и, невзирая на все ухищрения неприятеля, поражают его при всякой встрече.
Нужным щитаю также известить ваше высокопревосходительство, что по дошедшим до меня сведениям к неприятелю по Смоленской дороге идут сильные подкрепления, и генерал-лейтенант Эртель доносит, что маршал Виктор, прибыв 2 сентября в Минск, разделил армию свою на три колонны, из коих первая пошла к Полоцку, вторая к Бобруйску и Пинску, а третья к Борисову.
Теперешнее положение дел заставляет меня просить ваше высокопревосходительство о уведомлении меня в наискорейшем времени о месте пребывания армии, под начальством вашим находящейся, также и о движениях, кои вы предпринимаете или предпринять намерены.
Ваше высокопревосходительство легко себе представить можете, сколько для общего плана военных действий необходимо нужно иметь во всякое время подробные сведения о Молдавской армии. Сие подает мне надежду, что бы не оставите удовлетворить моему желанию".
Tags: 1812
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments