Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Тайный дневник фельдмаршала Кутузова

5 ноября. Наполеон продолжил движение своё после того, как несколько армия его сосредоточилась под Дорогбужем.
Тем временем из нашего авангарда доносят мне, что на каждом переходе от голода и усталости теряет армия французская тысячи людей. Лошади, не имеющие зимних подков, притом голодные, на малейшем пригорке выбиваются из сил и падают. Брошенные повозки и орудия загромождают дорогу и замедляют движение войск. Войска питаются только кониной и, разве что, мясом собак, ежели удаётся изловить оных в селениях. Усталые солдаты, одетые кто в чём, бредут, еле передвигая ноги; едва ли не половина не способны уже нести своё оружие.
ПРИМЕЧАНИЕ НА ПОЛЯХ: В бумагах, захваченных позднее при отступлении французском, о коих тут говорилось уже, есть прелюбопытный приказ императора французского от сего дни, коий явственно указывает на близкие к паническим настроения его. Это приказ к маршалу Виктору, в коем предписывается тому исправить положение, сложившееся после отступления от Чашников: "Его Величество предписывает немедленно сосредоточить ваши шесть дивизий, атаковать, отбросить неприятеля за Двину и занять Полоцк. Это движение крайне важно. Через несколько дней ваш тыл будет наводнен казаками; император и армия завтра будут в Смоленске, но сильно утомленные после безостановочного марша на 120 миль. Переходите в наступление, — от этого зависит спасение армий; промедление одного дня преступно. Кавалерия идет пешком, холод истребил всех лошадей. Двигайтесь вперед, это приказывают император и необходимость".
Приведу наш журнал боевых действий за сии дни.
"Деревня Быкова
Генерал от инфантерии Милорадович донес мне, что неприятель 15-го числа октября оставил Ярославец и отступил по Боровской дороге до города Медыни; у него были замечены значительные силы. Авангард наш взял свое направление чрез селения: Чернолокня, Самсыкино, Бабичево и Адамовское; казаки же авангарда оставлены в 8 верстах за Малым Ярославцем для наблюдения движений неприятельских. Он, отступая с поспешностию, бросал свои обозы, изломав оные и подрывая ящики. Генерал от инфантерии Милорадович, преследуя его и подрывая ящики, нашел в сем последнем городе несколько раненых и взял 100 человек в плен разных наций, одного офицера по квартирмейстерской части, находившегося при короле неаполитанском, и шталмейстера Наполеона.
От того же числа генерал от кавалерии Платов доносит, что он для прикрытия авангарда отправил генерал-майора Иловайского 3-го с 5-ю донскими полками к селу Фатееву, что на большой дороге от Ярославца к Боровску в 3-х верстах от сего последнего города. Оттуда пошлет он большие партии чрез Окулово к Беницам, которые должны соединиться с ним, и что сам оп с остальными полками, егерями и артиллериею остановится в Серединском, откуда учредил он связь с графом Орловым-Денисовым до Кременского, для наблюдения движения неприятеля от Вереи до Кременского. Из Серединского послал он также перед собою партии к Дуброве в дирекции к Субботино, Никольскому и Горки. Полковник Кайсаров донес, что он, быв в партии, открыл не далее как на три ружейные выстрела неприятельскую армию в 3-х верстах от Боровска, состоявшую из большого числа пехоты и конницы.
Полковник Ефремов от 9 октября доносит, что разосланными им партиями взято в плен неподалеку от Москвы 40 человек
Генерал-лейтенант князь Голицын — начальник Владимирского ополчения доносит, что генерал-майор Иловайской 11 октября занял Москву.
От 16 октября генерал-адъютант граф Орлов-Денисов донес генерал от кавалерии Платову, что полковник Быхалов делал поиск на село Егорей, что на дороге от Медыня к Можайску. В сем селении открыл он сильного неприятеля, состоявшего из пехоты, конницы и артиллерии, коего потревожив, взял одного в плен. Сей пленный объявил, что силы неприятельские состоят из 2-х дивизий под командою князя Понятовского, которые, прибыв в Егорье, имеют повеление итти на Медынь; за сими дивизиями, по словам пленного, идет часть войск французских, о которых он подробного сведения дать не мог. Генерал майор Паскевич, отряженный еще 15-го числа на Медыньскую дорогу, от того же числа подтверждая сие известие, доносит, по словам пленного, что неприятель хочет итти чрез Медынь на Калугу.
От 16 октября полковник Кайсаров доносит, что неприятель, быв у Боровска, отступил по Верейской дороге; взятые пленные все единогласно утверждают, что неприятель идет к Смоленску.
Генерал от инфантерии Милорадович от 17 октября донес, что неприятель, по сведениям, полученным от жителей, находится в 6-т л верстах за Егорьевским в селении Марьино. Авангард, сокращая путь десятью верстами, идет из селения Адамовского чрез Адуевское к Егорьевску, где 26-я дивизия, идущая из Медыня, к оному присоединяется.
От 16 октября генерал-майор Карпов доносит, что неприятельский ариергард, отступив в Боровск, зажег его. Генерал-майор Карпов, напав на него, вытеснил его из города, откуда неприятель обратился к Верее.
Генерал-адъютант граф Орлов-Денисов от 16 октября доносит, что неприятель в больших силах находится в селении Субботине, имея свой авангард в Егорьевске. Все его силы поспешно идут от Вереи к Можайску, истребляя по дороге все селении. От 17 же октября доносит, что неприятель оставил Егорьевск и что полк Иловайского 9-го пошел его преследовать. Генерал-майор Паскевич с своим отрядом подкрепляет отряд генерал-адъютанта графа Орлова-Денисова.
Генерал от кавалерии Платов тремя рапортами от 17 октября уведомляет.
Первым, что неприятель по дороге, идущей из Боровска к Верее, ретируется с большою со стороны его осторожностию. Семь казачьих полков преследуют его неотступно, тревожат и отчасти поражают.
Вторым, что полковник Кайсаров преследовал неприятеля до Вереи, ночевал под сим городом и на другой день следовал в боку неприятельской армии до городка Борисова, чрез которой неприятель направлялся к Можайску. Он оставил генерал- майора Иловайского 3-го, следующего в боку неприятеля параллельно и в виду его с 5-ю полками. Два полка из отряда Карпова следуют за оным, а сам Карпов с 5-ю полками идет в авангард к генерал от инфантерии Милорадовичу вГеоргиевск.
Третьим, от 18-го числа, что он, пришед в селение Старое, узнал, что большие неприятельские обозы во вчерашней ночи потянулись чрез сие селение и Можайск к Смоленску. Неприятеля приказал он трем полкам преследовать и не потерять следа французского ариергарда до прибытия генерала Милорадовича, а сам с 20-ю полками спешит выиграть марш над неприятелем. Для сего хочет он следовать на первый раз к Колоцкому мона¬стырю во фланге неприятельском, дабы предупредить близ Гжати его или большие его транспорты...
От 11 октября полковник Ефремов донес, что посланные им к Москве партии взяли 59 человек в плен.
Генерал от кавалерии Платов атаковал неприятеля при Колоцком монастыре на рассвете 19 октября. Сей встревоженный в ту же минуту поднялся в поход; он преследуется на каждом фланге бригадою казаков с орудиями, а сам генерал Платов теснит его с тылу казаками и артиллериею. Неприятель неоднократно останавливался, желая защищаться, но всегда угрожаемый во фланг и теснимый с тылу должен был удаляться.
У Колоцкого монастыря на возвышении еще раз испытал он держаться, но, поражаемый нашею артиллериею, и оттуда должен был удалиться, оставив нам в добычу 20 пушек. Удачным нападением казаков истреблено два баталиона, от коих взяты два знамя.
Генерал-майор Иловайской 3-й, преследуя неприятеля, истребил более 500 человек. Генерал Платов неутомимо следует за неприятелем.
Неприятель бросил более 500 лошадей, сжег множество фур и не перестает взрывать зарядные ящики. В фураже и провианте замечен у него великий недостаток.
В 19-е на 20-е число авангард ночевал и следовал фланговым маршем слева к Цареву Займище, сближаясь с армиею.
Генерал Платов от 20-го извещает, что армия неприятельская бежит так, как никогда и никакая армия не отступала, бросая все тяжести, больных и раненых. Следы его ознаменованы ужасом; на всяком шагу виден или умирающий или мертвый. В два дни поднял он на воздух, в виду войск генерала Платова, более 100 ящиков и столько же принужден был оставить на месте. Пораженный при Колоцком монастыре испытывал он держаться местах в десяти, но искусным действием Донской артиллерии и егерей везде был разбиваем. 20-го числа ввечеру у Гжатска поставил он на высоте сильные пехотные колонны, пустил стрелков своих в леса по обе стороны дороги и фрунт свой прикрыл батареями. Восемь орудий Донской артиллерии под командою полковника Кайсарова и пущенные им лесами в обход в оба фланга егери, равно как казачьи бригады с их орудиями, столь сильно напали на оба фланга неприятеля, что он после двухчасового сражения принужден был быстро отступить, будучи преследуем до самой ночи казаками. Генерал Платов, посадив егерей на казачьих лошадей, теснил неприятеля во всю ночь. Он столь сильно потеснен был, что сверх желания своего надвинулся уже, кажется, сего числа на корпус маршала Даву, впереди его следовавший. Кавалерия неприятельская столь в дурном положении, что он должен прикрывать и вести ее посредине своей пехоты, оставляя за собою множество истощенных лошадей, и до 300 кирас уже найдено на дороге.
Подполковник Давыдов на большой дороге между Вязьмою и Гжатью отбил у неприятеля 70 транспортных фур, двух русских офицеров; в плен взял 6 офицеров и 225 рядовых. Обозы неприятельские следуют из Гжати под прикрытием, состоящим иногда из 1500 человек. Неприятели идут день и ночь почти без остановки.
Генерал от кавалерии Платов последовал в ночи за бегущим неприятелем. Полковник Кайсаров, посадив егерей на коней, настиг неприятеля у Царево Займища, где был неприятельской вагенбург и часть его парков. Неприятель, стараясь вывезть из селения сего все свои тяжести, отправя арьергард свой далее, оставил на высотах при Царево Займище 2-3 баталиона пехоты, прикрываемые тиральерами и артиллериею. Полковник Кайсаров, пользуясь глубоким туманом, взял 60 человек егерей и всех барабанщиков, скрытым образом пошед на оба фланга неприятельские, с криком «ура» и барабанным боем бросился на него. Изумленный и встревоженный неприятель, не, видав силы, его атакующей, бросился в бегство, егери его преследовали. При чем им взята одна пушка, а большая часть парка и вагенбурга с большим богатством достались нашим войскамг.
Генерал-лейтенант граф Витгенштейн атаковал 6-го числа сего месяца неприятеля со стороны селения Юревича, откуда его вытеснил, а генерал-лейтенант князь Яшвель с отрядом своим — от Белова. Сражение началось в 6 часов утра и продолжалось до глубокой ночи. Неприятель принужден был, оставив первое место сражения, войти в окопы, производя оттуда ужасный пушечный огонь во все стороны. 7-го числа граф Штейнгель опрокинув неприятеля у селения Болонии по ту сторону Двины, преследовал его к Полоцку, а граф Витгенштейн в тот же самый день в 5 часов пополудни, атаковав неприятеля, находившегося против него в окопах, выгнал его из оных. Неприятель, запершись в Полоцке, обнесенном двойным палисадником, держался в нем почти всю ночь, продолжая стрельбу из-за палисадов и из домов. Удачное действие нашей артиллерии и, наконец, штурм авангарда под командою генерал-майоров Властова и Дибича и Гродненского гусарского полка полковника Ридигера принудили его оставить город. 8-го числа в 3-м часу пополуночи Полоцк занят нашими войсками. Потеря неприятеля должна быть чрезвычайно велика, ибо все место сражения покрыто было мертвыми телами. Раненые его были перевозимы на другую сторону реки целой день. В сем деле маршал Гувион Сен-Сир ранен в ногу; взято в плен 45 штаб- и обер-офицеров, в том числе 2 полковника, до 2000 нижних чинов и 1 пушка. В магазейне, которой он не успел зажечь, найдено значительное число хлеба. С нашей стороны урон также не маловажен. Войска сражались с обыкновенною им храбростию, и С.-Петербургское ополчение, разделенное по полкам, дралось с неустрашимостью, не уступая ни в чем старым солдатам, наипаче же отлично действовало колоннами на штыках под предводительством храброго своего начальника сенатора Бибикова. У нас убито мало, но раненых довольно, ибо не было почти средств остановить колонны, кидавшиеся с великим ожесточением на неприятельские батареи и окопы...
Адмирал Чичагов доносит от 9 октября, что неприятель обратился со всеми своими силами от Высоколитовска через Симятич к Дрогачину. Арьергард его был настижен при селении Граборне и Сичи отрядами генерал-майора Грекова и полковника Кнорринга, понудивших его к отступлению, взявши в плен 60 человек. С нашей стороны убито 21 человек, ранено 31. В преследовании неприятеля полковником Кноррингом взято в плен 100 человек и 1 австрийской офицер, посланный курьером из Гродно от генерала Мора к князю Шварценбергу с донесением, что он, быв отрезан от соединения с ним, принужден был ретироваться от Пружан к Гродне. Партии полковника Кнорринга доходили до местечка Нур, отряд полковника Чернышева послан в княжество Варшавское. Неприятель шел от большой Варшавской дороги к местечку Биялому. По открытии движения неприятельского предписано генерал-лейтенанту Эссену 3-му с его корпусом итти по Биялской дороге в Залесье, а корпусу генерал-майора Булатова к местечку Пищац, протчие же войски, подвинутые вперед, вслед затем прибыли в Залесье, потом пошли к Лошчицам по дороге к Венгрову. Полковник Чернышев, нанеся неприятелю великий вред истреблением военных запасов, собрал контрибуцию в княжестве Варшавском в местечках Биялой, Менжеричах, Сельцах, Соколове, Венгрове, Радзине, Котске и Лобартове, навел страх самой Варшаве, находясь от нее не далее 6 миль, и возвратился благополучно к Владове. Генерал- майор Чаплиц, подходя 7-го числа с легким своим отрядом к Слониму, схватил пикеты и столь быстро подступил к сему городу, что находившейся в оном городе польской генерал Конопка едва успел из него выбежать с конногвардейским полком, но, быв преследован генерал-майором Чаплицом верст до 30-ти, взят в плен почти со всем его полком, со всеми офицерами и большею частию обоза...
Генерал от кавалерии Платов, соединясь 22-го числа с авангардом генерала Милорадовича, доносит от 23-го, что генерал Милорадович зашел у селения Федоровского в тыл и с правой стороны неприятельского корпуса под командою маршала Давуста, а сам генерал Платов теснил и поражал его в тыл. К сему разбитому корпусу неприятельскому присоединилися корпусы короля неаполитанского и маршала Нея; но, несмотря на их сопротивление, авангардом и казаками были четыре раза выбиваемы из их позиций и прогнаны с великим уроном чрез Вязьму; с кирасирскими дивизиями генерал-адъютант Уваров, подоспев из Дубровны к авангардному делу, занял действиями своими неприятельской левой фланг и способствовал поражению и прогнанию его. Неприятель пошел далее, а генерал Платов и в ночи его преследовал. При сем действии отбил он у неприятеля одно знамя и три пушки, побил множество неприятеля и многих захватил в плен. За сим, следуя от Вязьмы до Еренина, останавли¬вал неприятеля два раза, поразил его жестоко и покрыл трупами его большое пространство дороги. Пленными, кроме раненых и больных, взял за 1000 человек.
Когда удостоверился главнокомандующий о действительном направлении отступного марша неприятельского, тогда решился действовать кратчайшими путями, дабы с удобностию тревожить его марш и угрожать главными силами отрезать ему отступление".
Ныне день был вообще… донесений.
Царю о Вязьме – без тех, конечно, недостатков, о коих я тут писал:
"Имею щастие донести вашему императорскому величеству, что после донесения моего от 20 октября о действиях генерала от кавалерии Платова от Колоцкого монастыря к г. Гжатску, генерал-адъютант граф Орлов-Денисов 21-го числа на рассвете атаковал в разных пунктах при г. Вязьме находившиеся там из разбитых неприятельских полков партии. Оные сопротивлялись упорно, но везде были поражаемы.
При сем случае отбито у неприятеля одно батарейное орудие и более 40 повозок с разною добычею.
Взято в плен: дюка де Бассано секретарь Камюзе с канцелярией, саксонской гвардии капитан Гартунг, штаб-доктор Швабгауз, 3 комиссионера корпуса маршала Нея и нижних чинов 130 человек.
22-го числа поутру генерал Милорадович атаковал неприятеля у города Вязьмы. Сражение продолжалось при отступлении неприятеля до самого сего города, из коего неприятель вытеснен на штыках нашими 11-ю и 26-ю дивизиями под командою генерал-майоров Паскевича и Чоглокова.
Перновский пехотный полк, быв в главе колонны, с распущенными знаменами и барабанным боем первой вступил в город и очистил по трупам неприятельским путь другим войскам. По словам пленных, неприятель имел в сем деле 3 корпуса, а именно: вице-короля итальянского и маршалов Давуста и Нея.
Потеря неприятеля простирается убитыми и ранеными до 6000, взято в плен 2500, между коими генерал артиллерийской Пеллетье с его адъютантами и начальник главного штаба маршала Давуста полковник Морат. С нашей стороны урон убитыми и ранеными не более 500 человек.
По взятии Вязьмы авангард наш, пройдя сей город, расположился по Смоленской дороге, а легкие войски под командою генерала от кавалерии Платова гнали неприятеля от Вязьмы до Еренина.
В продолжении сего времени взято у неприятеля одно знамя и три пушки и, кроме множества убитых, коими покрыта была дорога, взято в плен более 1000 человек, кроме раненых и больных".
Царю же – о подвигах крестьян наших:
"Всемилостивейший государь!
С душевным удовольствием русского сердца всеподданнейшим долгом считаю донести вашему императорскому величеству о поведении крестьян Калужской и Московской губерний в бурное время неприятельского в оных пребывания. Неприятель употребил все усилия, которыми можно обольстить другие народы, раздавал серебро с тем, чтобы привлечь их на свою сторону и тем сих мирных людей противупоставить правительству, но ничто не могло поколебать сих христолюбивых сердец и одушевленных любовию к высочайшему престолу. С мученическою твердостию переносили они все удары, сопряженные с нашествием неприятеля, скрывали в леса свои семейства и малолетних детей, а сами вооруженные искали поражения в мирных жилищах своих появляющимся хищникам. Нередко самые женщины хитрым образом уловляли сих злодеев и наказывали смертию их покушения и нередко вооруженные поселяне, присоединясь к нашим партизанам, весьма им способствовали в истреблении врага, и можно без увеличения сказать, что многие тысячи неприятеля истреблены крестьянами. Подвиги сии столь велики, многочисленны и восхитительны духу россиянина, что единственно торжественное изъявление высочайшего вашего императорского величества благоволения к сим губерниям может им воздать и возбудить подобное соревнование в жителях прочих наших губерний, что я всеподданнейше и испрашиваю.
Всемилостивейший государь, вашего императорского величества всеподданнейший князь Михайла Г.-Кутузов".
Однако же и на то сегодня комиссарам нашим продовольственным указал, чтобы всемерно с поселянами нашими добро обращались при сборе с них провианта. Хотя и требую с губернаторов ускорить поставку сухарей в армию, но зане не поспевают за армиею службы наши тыловые, то и стала она испытывать недостаток в припасах съестных. Надобно беспременно кормиться с обывателя; но важно же и не озлобить его при этом, чёрною неблагодарностию отплатив за верность его Отчизне! Посему предписал офицерам я так:
"При скором движении армии для преследования бегущего неприятеля не подоспевают транспорты с заготовленным и вслед за армиею идущим провиантом, и потому армия начинает терпеть в провианте недостаток. В сей необходимости назначается мною для авангарда и передовых корпусов сбор провианта с жителей. Мера сего сбора определяется особым вам вручаемым открытым листом.
Избирая вас к исполнению сей порученности, я прежде всего внушаю вам важность сей порученности до такой степени, что деятельное, верное и точное исполнение оной может иметь величайшее влияние на благосостояние государства.
В наставление предписываю:
1-е. Сбор начать и производить как только возможно скорее во всех селениях по правую сторону направления армии: в Сычёвском, Вельском и Духовщинском уездах.
2-е. Сбор сей располагать именно в той препорции с душ, как в открытом листе назначено. Предъявляя открытый лист в городах городничим, а в уездах вообще всем чиновникам от дворянства и земской полиции, всем волостным и сельским головам, старостам, соцким и десятским, требовать по оному исполнения толь поспешного, чтоб понапрасну ни одной минуты потеряно не было.
3-е. Готовой хлеб, сколько где найдется, по мере сбора тотчас отправлять в авангард, требуя от тех самых селений, где хлеб будет собран, подводы и приставляя к транспортам для надзору и верного наставления конвой и адресуя транспорты при накладных о числе хлеба к провиантскому комиссионеру при авангарде. Вслед за тем отправлять тот хлеб, который испечен будет из готовой муки, а наконец тот, для которого надобно прежде молотить рожь и молоть муку.
4-е. Сбор сей продолжать во весь переход армии до самого Смоленска, придерживаясь всегда правой стороны по движению армии и направляя транспорты так исправно и аккуратно, чтоб, конечно, каждый день по-нескольку их подоспевало в авангард.
5-е. На собираемой хлеб выдавать селениям квитанции без задержания с изъяснением во оных времени и количества взятого хлеба.
6-е. Самим отнюдь не делать и команде вашей строжайше воспретить всякие притеснения жителям под неизбежным ответом, а внушая напротив с пристойностию, что повинность сия налагается крайнею необходимостью для спасения вообще отечества и частно каждого из жителей, тем самым приохачивать их к исполнению требуемого от них с желаемым успехом".
СНОСКА: Прилагаю в качестве примера один из таковых открытых листов:
"Предъявитель сего по воле моей командирован с командою из ополчения в селении Смоленской губернии по правую сторону дороги, где проходит армия, для сбору на продовольствие авангарда печеного хлеба и для доставления оного в армию; а потому предписывается в городах городничим и земским судам, а в уездах вообще всем волостным и сельским головам, старостам, соцким, десятским и всем жителям по требованию и назначению предъявителю сего без малейшего прекословия, у кого есть готовой печеной хлеб, давать с каждой ревизской души по три хлеба не менее 20 фунтов во всяком и по гарнцу круп, какого бы ни было роду, а у кого нет печеного хлеба, тем тотчас спечь и по такой на душу препорции с крупою отдавать; где же не случится ни готовой муки, ни молоченого хлеба, там молотить рожь, молоть в муку на мельницах и в жерновах ручных и печь хлебы, исполняя все сие так скоро, как предъявитель сего прикажет. Для доставления же собираемого хлеба в армию из всякого селения наряжать столько подвод, сколько по тяжести оного потребуется; а как сия повинность налагается по необходимой и крайней нужде, то ежели бы кто-либо из чиновников или жителей замедлил исполнением по сему, тот неизбежно предан будет военному суду для поступления с ним по полевому уголовному уложению. Впрочем, предъявитель сего обязан каждое селение за взятый провиант снабдить квитанциею для заплаты жителям от казны чего оный стоит".
Tags: 1812
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments