Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Тайный дневник фельдмаршала Кутузова

10 ноября. Армия выступила из Ельни на Рославльскую дорогу.
Когда вчерась Юрковский был отозван к Милорадовичу, он поручил полковнику Карпенкову продолжать преследование неприятеля. В распоряжение Карпенкова были отряжены: 1-й егерский, Московский драгунский и один казачий полки, с 4-мя орудиями. В тот же день Карпенков подошёл к Соловьёву. Здесь неприятель, переправившись через реку, разбирал мост. Карпенков выслал вперёд отборных стрелков, которые, сбив передовые посты, рассыпались и открыли огонь, препятствуя разборке моста; с той же целью была открыта пальба из 4 орудий. Но неприятель, устроив укрепленье, с упорным мужеством отражал нападение все время, пока не уничтожил мост. Утром же сего дня наш отряд перебрался через Днепр по тонкому льду, и нашёл на другом берегу 12 орудий и огромный обоз, переполненный всяким добром, кроме – досадно! - съестных припасов. За Соловьёвым Карпенков соединился с партией Грекова и пошёл с ним к Валутиной Горе, откуда ему надлежало, согласно полученному распоряжению, присоединиться к Платову.
Прибыл в Чашники к Витгенштейну полковник Чернышёв, пройдя в 4 дня более 400 вёрст.
Я же с радостию издал новый приказ, в коем довёл до храбрых солдат наших о новых успехах русской армии:
«№ 58 Главная квартира г. Ельня
Генерал от кавалерии Платов 26-го и 27-го чисел сего месяца, сделав двукратное нападение на корпус вице-короля италианского, следовавший по дороге от Дорогобужа к Духовщине, разбил оной совершенно, взял 62 пушки и более 3500 человек пленных. По страшному замешательству, в каковой приведен был неприятель нечаянною на него атакою, продолжается по сие время поражение рассеявшихся сил его. Генерал от кавалерии Платов полагает число убитых чрезвычайно великим и уверен, что, кроме взятых орудий, должны быть отбиты и знамена, коих не успели еще к нему доставить. Между пленными находится много вышних чиновников и начальник Главного штаба генерал-аншеф Сансон; сам вице-король италианский едва не был захвачен.
После таковых чрезвычайных успехов, одерживаемых нами ежедневно и повсюду над неприятелем, остается только быстро его преследовать, и тогда, может быть, земля русская, которую мечтал он поработить, усеется костьми его.
Итак, мы будем преследовать неутомимо. Настает зима, вьюга и морозы. Вам ли бояться их, дети севера? Железная грудь ваша не страшится ни суровости погод, ни злости врагов. Она есть надежная стена отечества, о которую все сокрушается. Вы будете уметь переносить и кратковременные недостатки, естли они случатся. Добрые солдаты отличаются твердостию и терпением, старые служивые дадут пример молодым. Пусть всякий помнит Суворова: он научал сносить и голод и холод, когда дело шло о победе и о славе русского народа. Идем вперед: с нами бог, пред нами разбитый неприятель; да будет за нами тишина и спокойствие.
Князь Г.-Кутузов».
Вот так и приходится – заглушать ропот тихий, от голода происходящий, громкими реляциями победными. И не поделать ничего: нельзя мне отстать от Наполеона ради того, чтобы тылы подтянуть! Утешаться одним остаётся: что французам ещё хуже приходится.
Но по-прежнему бьюсь с продовольственным положением тяжким. Вновь Ланскому – он мне уже снится, ей-ей! –
«В рапорте от 28 октября № 1529 ваше превосходительство, показав предметы, которыми армия обеспечивается в ее продовольствии на предъидущее время, не объяснили того, до которого времени армия удовольствована наличными здесь припасами; равномерно не вижу я из сего рапорта и того, подоспеют ли отколь-либо транспорты с направляемым к армии продовольствием к тому времени, когда наличные здесь припасы израсходованы будут. А потому и не могу я сделать заключения ни о том, чтобы теперь армия имела достаточное продовольствие, ниже о том, чтобы обеспечивалось оное верно и надежно при дальнейшем ее вперед движении. Обстоятельство сие толико важно и столь близко сопряжено с военными операциями, что я вынуждаюсь вновь просить вас о доставлении ко мне самых аккуратных сведений о количестве наличных при армии припасов, о времени, по которое армия удовольствована, и как надолго станет наличных припасов, а затем к какому времени, хотя по примерным вашим соображениям, отколь и с каким чего коли¬чеством могут подойти транспорты. Между тем ваше превосходительство, зная, коль необходимы самые верные и надежные способы к безостановочному продовольствию армии и что от сего непосредственно зависят успехи нашего оружия, обязываетесь должностию, высочайше на вас возложенною, усугубить ваше попечение и употребить все, какие придумать только можно, меры, дабы отнюдь не встретилось недостатка в продовольствии армии, ибо в таком случае крайность заставит прекратить преследование бегущего и расстроенного неприятеля к неизъяснимому вреду государства».
Вот так уже угрожать приходится! И кто кому! – русский фельдмаршал хотя и высокопоставленному, но чиновнику провиантскому! Не хуже ли чиновники наши самого Наполеона?
Посему напрямую уж сношаюсь с гражданскими губернаторами по сему вопросу:
«Господину тульскому гражданскому губернатору.
Сего месяца 17 числа предписано от меня главнокомандующему по части продовольствия армии г. сенатору Ланскому из известного вашему превосходительству пожертвования тульским дворянством сухарей составить в Юхнове и Мосальске 10-дневной запас провианта по числу всей армии, с тем чтобы по сношению его, г. Ланского, с вами сухари в Юхнове и Мосальске доставлены были теми самыми подводами, которые должны быть наряжены для своза оных сухарей по прежнему моему назначению в Алексин, Одоев и Крапивну; достальное ж за тем количество впредь до времени оставить в Алексине, Одоеве и Крапивне; но как по теперешнему роду военных операций необходимо нужно, чтобы и сия остальная часть сухарей обращена была на настоящее продовольствие армии в том уважении, что армия проходить будет за бегущим неприятелем такими местами, которые им совершенно разорены и где всех родов продукты без малейшего остатка истреблены, почему прошу ваше превосходительство, распорядив доставление в Юхнов и Мосальск на 10-дневной в каждом месте запас, в одно и то же время все остальные за тем сухари отправлять на подводах обывательских к армии тем самым трактом, где будет проходить армия, и с такою поспешностию, чтобы транспорты непременно и как возможно скорее достигали армии один за другим непрерывно. Поелику же дворянством пожертвованы одни сухари без круп, которые неминуемо потребны нашим солдатам, то препорцию круп на все число сухарей собрать от обывателей хотя под квитанции с заплатой впредь от казны, чего крупа будет стоить. И отправление сухарей в Юхнов и Мосальск, так и вслед за армиею делать с препорциею крупы, не останавливая, впрочем, отправлять сухарей и прежде, ежели бы сбор круп в скорости не мог быть произведен, а отправляя безостановочно хотя одни сухари, впоследствии доставлять и крупу.
Мне известна тягость для обывателей в сей повинности, но она требуется государственной нуждой и непосредственно для благосостояния отечества, а потому, какие бы не встретились затруднения, их должно преодолеть, ибо одно точное и непременное по сему исполнение может преподать средство к нанесению вреда бегущему и армиею нашею преследуемому неприятелю.
Каким успехом сопровождаться будут распоряжения ваши, прошу давать мне знать каждую неделю два раза».
Далее испрашивал сего дни наград для лучших офицеров моих.
Карлуше Толю:
«Главная квартира город Ельня
Исправляющий должность генерал-квартирмейстера полковник Толь неустрашимостию своею, с каковою вдавался в опасности во многих делах, заслуживает отличия храброго и отважного офицера. Благоразумными же распоряжениями и отличною деятельностию в исправлении должности, на него возложенной, водворил благотворнейшее устройство по своей части; сверх того все его виды, мнения и предположения, внушаемые чистым усердием и отменными дарованиями, столь полезны и согласны с обстоятельствами, что я к нему возымел совершенную доверенность. Побуждаемый справедливостию, осмеливаюсь испрашивать у вашего императорского величества ему орден св. Георгия 4-го класса и чин генерал-майора с утверждением его в звании генерал-квартирмейстера по здешней армии. Первое послужило бы ему к усугублению его усердия и к возвышению известных вашему императорскому величеству его способностей, а последнее для пользы армии.
Фельдмаршал князь Г.-Кутузов».
Николеньке Кудашеву:
«Главная квартира Ельня
Не желал бы я никак представлять вашему императорскому величеству о полковнике князе Кудашеве, будучи связан с ним свойством, но, получа о нем представления от генералов Беннигсена за Бородинское дело и Милорадовича за дело, бывшее 17 октября, нахожусь в необходимости оные вашему величеству в оригинале представить; прочая же его служба, яко партизана, видна из журналов, что он с двумя казачьими полками в течение 8-ми дней очистил весь Серпуховский уезд от неприятеля и восстановил в оном спокойствие; взял 470 человек в плен, схватил курьеров, штаб- и обер-офицеров с нужнейшими для нашей армии сведениями, коими я руководствовался в движениях оной. Во время же сражения 6-го числа, быв в тылу, взял в плен 200 человек и первый дал нам знать об отступлении неприятеля, доставив приказ Давуста к генералу Даржану, и бросясь настигать неприятеля к Боровску, взял множество обозов, артиллерийских ящиков, и около 700 пленных.
Фельдмаршал князь Г.-Кутузов».
Ещё для партизан добрых:
«Ельня
С партиею полковника князя Кудашева были посланы мною два находящихся при мне адъютанта: Украинского пехотного полка капитан Кожухов и лейб-гвардии Егерского полка порутчик Панкратьев, из коих первый, быв послан с 80-ю казаками в средине неприятельской армии, взял в плен четырех офицеров, между коими находится принца Гекмюля дежурный капитан Вильен с интересными депешами; им же взято до двухсот пленных; сверх того, во многих случаях отличил он себя храбростию, почему всеподданнейше беру смелость испросить монаршей милости о переводе капитана Кожухова лейб-гвардии в Егерский полк тем же чином, а порутчика Панкратьева, как храброго офицера, о награждении золотою шпагою за храбрость.
Фельдмаршал князь Г.-Кутузов».
Поскольку день выдался посвободнее прежних, отписал и дочке своей любимой письмо с рассказом о делах наших:
«Ельня
Милая Лизинька и с детьми, здравствуй!
Я очень утомил глаза и не могу писать больше. Поэтому за меня пишет Кудашев. Не подумай, однако, что глаза у меня болят, нет, но в связи со столькими приятными событиями, прошедшими со мною вчера, мне пришлось очень много читать и писать. Бонапарт, этот гордый завоеватель, этот современный Ахилл, этот бич рода человеческого, вернее сказать, бич Божий, бежит передо мной на протяжении трехсот верст, как школьник от своего учителя. Но довольно, боюсь возгордиться. Враг теряет бесконечное множество людей. Его солдаты и офицеры, даже генералы, как мне сказали вчера, принуждены есть мясо падших лошадей. Кто-то из моих генералов уверял, что видел двух несчастных, жаривших на огне куски их третьего товарища. Это заставляет содрогаться человеческую природу. Неужели такова моя несчастная судьба, что я должен заставлять есть лошадиное мясо сперва армию визиря, а теперь Наполеона и его армию? Этот факт, однако, если вдуматься и откинуть в сторону чувства генерала и государственного деятеля, оставив только человеческое чувство, приводит меня в содрогание. Я не раз плакал над судьбою турок, но признаюсь, что ни разу не плакал, ни одной слезы не пролил из-за французов!
Скажу тебе, моя дорогая дочка, коротко: со времени моей победы, от 6-го до вчерашнего дня, враг потерял более 160 пушек, за исключением тех, которые он принужден был бросить в Москве, и огромное количество людей. Последние дни пленные, попадающие в наши руки, настоятельно просятся на службу к нам. Еще вчера 14 офицеров из итальянской гвардии просили той же милости, заявляя, что единственная честь в настоящее время — это носить русский мундир. Вчера Платов перебил у них много людей и взял свыше 3000 пленных. Между прочими генералами — Сансон — начальник штаба Бертье , а вице-король ускользнул только потому, что был очень плохо одет».
Далее личное, к войне не относящееся.
Орлова-Денисова отправил уже и на Оршанскую дорогу. Господи, какое же счастие Ты мне даровал на склоне лет моих!
Tags: 1812
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments