Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Тайный дневник фельдмаршала Кутузова

26 ноября. Наверное, я дурной человек. Надобно бы огорчаться, но я в глубине души радуюсь. Чичагов сел в лужу: французам удалось вырваться из кольца. Наполеон обманул его. Обкрутил вокруг пальца. Да полно, он корабли-то хоть водил, адмирал наш? Нет, знаю я конечно, что в нескольких сражениях принимал он участие. Но, видно, мало что вынес, ибо обмануться столь фатально барышне сельской впору, но не офицеру, хотя и морскому!
С другой стороны, Господь вновь подтвердил, что благоволит Он России и внимает общему замыслу моему. Второй раз ускользает Наполеон из плена нашего – теперь наверное, что отъедет он от спасённых остатков им армии своей, и настанет тут момент для достижения мира, России выгодного.
Вот как бы только царя в том убедить? Чем ближе к достижению я цели своей, тем печальнее у меня предчувствия. Всё казалось ясным довольно под Москвою, ещё при Малоярославце; под Красным ход дела представлялся ясным ещё более: армия Наполеона разгромлена, зацепиться в России ему более не за что, зимние квартиры в Литве – мечта несбыточная, ибо не по Сеньке шапка держать толикие пространства противу наших сил с теми ничтожными корпусами, что у Наполеона остаются.
А вот теперь, когда замысел мой исполнился фактически – Наполеон покидает Россию, оставшись почти без армии, - вот теперь всё погружается в туман. Вот теперь бы самое время начать прощупывать почву для переговоров, наводить тихие контакты – но сие может апробировать токмо царь, а он сего делать не собирается. Уповал я на разум его: хотя и ходит он в недоуздке английском, да не чужда ж ему и Россия! – должен он воспонять, что выложена ему оказалась к ногам его благоприятнейшая ситуация политическая, коя раз в истории случиться может! Пётр Великий, хотя и одерживал победы блистательные, однако ж мир заключал с Швециею ещё сильною, армию не потерявшую, отчего, скажем, за Лифляндию деньгами заплатил. Тем не менее по условиям мира закрепил за собою всё, что по тем временам можно было только забрать – а наипаче – свободу рук. Более ни одна европейская держава не вмешивалась уже в дела русские; напротив, подготовлены были все условия, чтобы уже Россия свою руку в делах европейских держала. Гениальный был правитель Пётр Алексеевич! А чего Александр хочет добиться? «Порядок и спокойствие в Европе» - это не цель. Это словеса лишь бесполезные. Восстановления Бурбонов в Версале? А на что? Это же враги России наследственные; мало кто столь зла ей желал и колико мог нанёс, как они! Одно то, что турков они вооружали и поддерживали противу нас, должно стать им в вечное укорение и, следственно, прозябание в эмиграции, сколь то от России зависеть должно. Уж тем Наполеон лучше, что он-то как раз свободу рук с Турциею нам отдавал; а ныне, когда у него и зубы вырваны, тем паче выгоды Тильзитские нам надлежать будут; условия же невыгодные мы с непременностью пересмотреть можем.
Или Александр Польши хочет? Да на что она нам? После участия поляков в сожжении Москвы одно лишь можно счесть ответом им – поголовную высылку в Сибирь, на рудники, да не группами, а поодиночке, с семьями разве что. Однако сие невозможно по обязательству человеческому времён сих гуманных (да и то сказать: Польша – не Измаил, где вырезали вообще всех!), да и не тот характер у «ангела» нашего, чтобы на столь прямые действия решиться. Посему отдал бы я Герцогство Варшавское Пруссии: немцы быстро там порядок наведут свой железный; а через два поколения будем мы там видеть таких же добрых Михелей, коими ныне немцы являются.
Что ещё? Да в том и дело, что – ничего! Нет у нас более интересов в Европе, кои предметно высказаны быть могут. «Мир и спокойствие» - сие конечно интерес наш; однако же наилучшим образом достигается он наличием бодрых и сильных войск у нас и постоянной свары у соседей наших европейских – а для сего Наполеон самою лучшею фигурою и является.
Вот только как бы описать сии соображения Александру, дабы он внял и воспринял? От меня он не воспримет ничего; отписать ли Александру Семёновичу? Да опасаюсь: по патриотизму своему Шишков вполне может и сам, что называется, удила закусить, да возжелать Бонапарта примерно наказать. С другой стороны, человек он разумный, да и покойному Ивану Логгиновичу Голенищеву-Кутузову свойственник был, - должен он понять расклад сей наивыгоднейший во всей истории Российской! Эх, вырваться бы мне на недельку в Петербург! Ибо не всё ведь бумаге доверить можно…
А всё же амюзантно сие до невероятия: сугубый англофил, у коего всё сердце в Англии осталось во время пребывания там, да самая жена – англичанка (фи, представляю! да и в свете не видел её ни разу) – сей конфидент царя, на английской службе, можно сказать, пребывающего, сей либерал и реформатор, не умеющий даже рапорты военные правильно составлять – ах! и сей честный чиновник упустил самого Наполеона! Да в ситуации, когда его проще поймать было, нежели выпустить!
Да ведь ещё что забавно: Чичагов простоял весь день в Шабашевичах. Что делал он там, когда уж донеслось вполне от Корнилова, что Удинот уже навёл мосты и переправляется у Студянки?
А второй молодец, Ланжерон? Он-то отчего спокойно стоял и наблюдал? Среди первых в интригах был против меня во время последней турецкой кампании; что за генерал оказался – зримо теперь. Для других, я имею в виду: мне-то он ясен был с самого начала. Впрочем, понимаю его: это же я сменил его на посту главнокомандующего Дунайской армиею тогда – это любому генералу обидно. Однако я тогда отличные рапорты о нём подавал, за Рущукское сражение то же, - а вот в благодарность он лишь шипел за спиною моей.
А тут – Наполеон! И чем мне ещё нравится корсиканский сей удалец: как-то так выходит, что действия, самое присутствие от генералов противных толико высоких качеств полководческих требует, что сразу видно становится, какова цена делам генералов сих, а не словам их. Как-то вдруг интриганы все оказываются битыми, как и неумехи – впрочем, именно потому: неумехи и находят себя в интригах лишь, ибо делами показать себя не могут. А вот в войне сей – смотрю и не могу не восхищаться справедливостью Божией! – ни у каких врагов моих не получается ничего! И напротив: те, кто не клеветы пускает по углам, а воюет, находя себя, возможно, и не сразу, но желая учиться и учась войне современной – да хотя бы и мои приказы исполняя и вдумываясь, отчего именно так я поступаю, - вот эти воюют замечательно! Винценгероде нельзя никоим образом назвать симпатизантом моим, однако ж при всей лихости своей в исполнении приказов и представлении донесений аккуратен он – и вот результат: победа за победою! До плена его глупого, конечно. Про Кудашева, Сеславина, Фигнера, Давыдова уже и не говорю. Про генералов же, в коих вижу я будущее армии, писал я уж.
Словом, во всём опозорился наш адмирал великолепный. Как постепенно разъясняется, Наполеон обошёл его, как пешку конём шахматным. Нет, даже не Наполеон! Обычный, звёзд с неба не хватающий маршал Удинот! Тот ещё до прибытия Наполеона, коий с гвардиею прибыл к Студянке в 5 часов пополуночи, кавалерию свою переправилась вплавь, везя на каждой лошади по пехотинцу. С силами сими малыми, хотя и при поддержке 40 орудий, паливших с другого берега, они навалились на Корнилова, презирая артиллерийский обстрел; тем временем пехота начала переправляться на паромах и усилять дотоле переправившиеся войска. Около полудня был окончен первый мост; причём по Березине шёл лед, и сапёрам французским приходилось работать, стоя по грудь в воде. Колонны Удинота начали переход по мосту. Корнилов был отброшен до Стахова, которую позицию и удерживал с помощью прибывшего к нему Чаплица. К 4 часам пополудни французы закончили второй мост, годный для перехода артиллерии. Тем временем Удинот занял Зёмбинские дефилеи, которые; несмотря на приказ мой, Чичагов оставил без, можно сказать, всякого призрения. К ночи бой прекратился.
В это время Витгенштейн перешёл лишь к Кострице, когда Виктор ушёл уже в Борисов, оставя лишь у Лошниц дивизию Партуно в качестве арьергарда.
И со всем этим я ничего поделать не могу, ибо главная армия наша дошла пока до Староселья, хотя авангард наш уже в Молявке.
Да и не хочу я ничего делать. Пусть Чичагов опростоволосится, как должно ему. Как вспомню, с каким высокомерным видом приехал он в Бухарест тогда, кровью и трудами моими и нашими мир с турками подписывать! Как во всём виде его презрение ко мне, ничтожному, читалось! Так что не жалко мне его; что же до Наполеона, то тут тоже всё уже обсказал я: он нужен России, и потому рад я, что «золотой мост» мой ему Чичагов собственным ничтожным умом выстроил!
Но как-то всё равно… обидно.
Приведу того ради страницы из журнала нашего военных действий.
«Ноября 1-го. Генерал-майор Бороздин, выгнав неприятеля из» местечка Ляд, шел вслед за ним с частию своею отряда до деревни Большие Колотовки, а казаки преследовали бегущих до самых Козян, где сменены были казаками отряда генерал-адъютанта графа Ожаровского. В сем преследовании неприятель потерял 7 пушек и много обоза.
Генерал от кавалерии граф Витгенштейн 28 октября всеподданнейше донес его императорскому величеству, что командированный от него генерал-майор Гарпе с отрядом по обоим берегам Двины для занятия города Витебска, 26-го числа в 7 часов поутру, по сильном сопротивлении неприятеля, с помощию божиею в город вступил.
Неприятель, зажегши мост, защищал вход двумя орудиями постановленными на высоте; но бросившиеся из полков и из седьмой дружины охотники потушили оной. По выгнании неприятеля из города, был он преследован по Смоленской дороге более 20 верст. В сем деле захвачены в плен бывшей в городе Витебске губернатором генерал Пуже и комендант полковник Шевардье, 10 офицеров, 7 жандармов, 300 нижних чинов и два орудия; также отбиты заготовленные в городе магазейны с большим количеством провианта, фуража и пороха.
Генерал Платов рапортом от 5-го числа донес, что он с войсками, ему вверенными, 3-го числа подойдя к городу Смоленску и узнав от выходцев из оного, что неприятель занимает форштат Санкт-Петербургский, приказал немедленно под прикрытием Донской артиллерии его атаковать. Полковник Кайсаров с егерями, сбив неприятельскую цепь, быстро преследовал его в форштат. Встревоженный неприятель кинулся в беспорядке к крепостным воротам, будучи поражаем картечью Донской артиллерии, поставленной на высотах. Между тем, как казаки и егери наносили поражение в форштате, неприятель двумя колоннами выступил из крепости, имея пред собою 8 пушек и одну мортиру, в намерении вновь овладеть форштатом. Но генерал-майор Кутейников 2-й с казаками, а полковник Кайсаров с егерями бросились на оные и, сбив пехоту, овладели орудиями. Таким образом форштат был занят. Ночь прекратила действие. 4-го числа неприятель, засев за палисады, удерживал левой берег Днепра, между тем колонны его поспешно оставляли город. Генерал Платов, в присутствии бывших войск, принес благодарение богу, дарующему силы на защищение веры и царя, с пушечною пальбою и с криком «ура, за здравие государя императора». Неприятель, оставляя город, взорвал мины, подведенные им под некоторыми частями крепости, чем и выжег часть строений в крепости, противулежащих по Петербургскому форштату.
Генерал-адъютант барон Миллер-Закомельский донес, чта полковник Гундиус, посланный от него с тремя эскадронами 7-го числа, открыл неприятельскую колонну в трех верстах от деревни Винные Луки и, окружив оную, послал лейб-гусарского полка штабс-ротмистра Акинфиева предложить им положить оружие, которой возвратился с успехом. Число пленных до 2500 человек, 6 офицеров и два доктора.
Главная квартира армии в деревне Доброй на Большой Оршинской дороге.
ноября. Генерал-адъютант граф Ожаровский от 7-го числа доносит, что французская армия в ночь на 8-е число, оставя селение Козяны, потянулась к Дубровне и что при преследовании неприятеля взято им много пленных; но щету оным определить не может, ибо беспрестанно число их прибавляется.
Главная квартира армии в местечке Романове.
8 ноября. Генерал-адъютант граф Ожаровский донес, что отряженный от него отряд преследовал неприятельской ариергард, ретирующейся из села Козян. Казаки, заскакав с обеих сторон большой дороги, отрезали некоторую часть ариергарда от Дубровно и, невзирая на картечные выстрелы, бросились вместе с егерями на колонну, положили более 1000 человек на месте, овладели 4 пушками с ящиками, наполненными зарядами, отбили много обоза и 600 человек взяли в плен. Генерал-майор Бороздин донес рапортом от 8-го числа, что он с отрядом своим, вытеснив неприятеля из местечка Дубровны, преследовал к Орше, причем неприятель потерял пленными более 400 человек и 8 офицеров. В местечке найден небольшой магазейн с мукою, овсом и сеном.
Генерал Милорадович при рапорте сего числа доставил три российские знамя и один значок, отбитые 4-го числа у неприятеля казачьего Грекова 21-го полка хорунжим Михайло Носовым. Вероятно, что знамя сии найдены неприятелем в каком- нибудь арсенале и что, по недостатку трофеев, хотел он выдать за взятые в сражении.
Генерал граф Платов донес от 7-го числа, что он во время следования от Смоленска к Дубровне, истребляя неприятельские партии, которые после поражения французской армии при Красном, спасаясь бегством, перебрались на правый берег Днепра и следовали к соединению, взял в плен более 3000 человек, в том числе и бывшей в Смоленске commissaire ordonateur, general de Puibusque. Он же доносит вторым рапортом, что 7-го числа, продолжая марш к Дубровне, осведомился, что маршал Ней с остатком своего корпуса, следуя к Любавичам, после полудня показался около Гусинова; занимая его казаками с левой стороны, приказал между тем устроить скрытные батареи на дороге и, допустив его, открыл сильный картечный огонь. Изумленный сим действием, неприятель, видя невозможность следовать к Любавичам, склонился в лес, около самого Днепра находящийся, и, прикрывая себя стрелками, пробирался по берегу до глубокой ночи, затопив 4 орудия, с ним бывшие. 8-го числа в 6 часов утра авангард настиг его, не доходя Дубровны. Неприятель, выходя из лесу на большую дорогу, вновь встречен был картечным огнем. Пользуясь расстройством, удачными выстрелами произведенным, казаки ударили в дротики, много положили на месте, а до 800 взяли в плен, в том числе один провиантской генерал и до 10 офицеров. Маршал Ней, видя конечное поражение, бросился в лес и, собравши рассеянных ударом казаков, занял деревню Якубово и держался с упорством до самой ночи, которая прекратила действие.
Главная квартира в деревне Ланенки.
10 ноября. Генерал граф Платов рапортом от 9-го числа донес, что во время преследования неприятеля до Орши взято до 400 человек в плен. Неприятель артиллериею защищает переход чрез мост, а между тем весь город предают пламени. Партизан подполковник Давыдов 9-го числа атаковал неприятеля в городе Копысе и, побив несколько на месте, взял в плен 285, причем в добычу досталось много обоза. После чего, переправясь чрез Днепр вплавь, послал партии по дорогам к Шилову, Староселье и Орше.
Генерал граф Платов доносит от 9-го числа, что по некотором сопротивлении неприятель вытеснен из Орши и в час пополудни город занят; в коем найдено 26 орудий, оставленных неприятелем, некоторые запасы, лазареты, в которых одних офицеров 50 человек.
Главная армия имела растах в деревне Ланенки.
11 ноября. Генерал граф Витгенштейн рапортом от 8-го числа донес, что неприятельские корпуса маршала Виктора и Сен-Сира 2-го числа атаковали его с большою стремительностью, стараясь сбить с позиции при мызе Смольне; но, невзирая на все их усилия, были отбиты, и что посланным от него отрядом Сенно занято, от коего имеет он коммуникацию с генерал-адъютантом Кутузовым, который находится уже в Бабиновичах.
Главная квартира армии в деревне Морозове.
12 ноября. Генерал-адъютант граф Ожаровский рапортует от 11-го числа, что, прибыв в местечко Горки 8-го числа, отправил майора Ржевского с Донским казачьим Шамшева полком и 150 гусарами для преследования неприятеля, вышедшего из оказанного местечка. Майор Ржевский, достигнув неприятеля, истребил большое количество и взял в плен 4-х офицеров и 250 нижних чинов и много обоза досталось в добычу.
Главная квартира армии в городе Копысе...
Фельдмаршал князь Г.-Кутузов».
Tags: 1812
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments