Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Новый солдат Империи

Значит, живыми нас отсюда не выпустят… 
Он снова покатал эту мысль в мозгах. Ничего особенного при этом не испытал: так или иначе, но с этим, оказывается, он уже свыкся. А уж после гибели Сашки эта мысль, если быть честным по отношению к самому себе, и не уходила.
Впрочем, допустим и другой вариант: их рассчитывают сломить так, что об иностранных наёмниках на укропской стороне они уже не смогут и заикнуться.
Свой «законный» удар по рёбрам – тот, что "задолжал" ещё там – Александр получил при посадке в машину. По голосу судя, тот "айдаровец" с хвостиком вышел из штаба наёмников не в лучшем настроении. Видать, торговля людьми действительно не удалась. Не, ну ещё раз: на хрена наёмникам, чья задача быть незаметными самим, в руках столь громкая игрушка как русские журналист и писатели. На что рассчитывал этот дурашка? 
«Дурашка», между тем, распоряжался:
- Ладно, давайте этих к нам, на техстанцию. Там поговорим с ними, поучим, как правильно отвечать надо…
- Может, в Половинкино? – заикнулся один из конвоиров. – Там это, подвал надёжнее. Опять же – штаб…
- Завтра отвезём, - отрезал вожак. – То наше дело, чуешь? А в штабе жаднючих ребят дюже много. Наложат лапу на наш товар, а я сам на них заработать хочу.
Хм, про себя усмехнулся Александр, таки предположение о торговле оказалось верным. Но всё ж непонятно, что конкретно подразумевается под заработком? На органы, что ли, хотят продать? Было такое, находили после освобождения от карателей оккупированных теми территорий. Трупы находили с вырезанными органами.
Не, ну так лично он староват уже для подобной роли! С его-то профессией! Там от печени слёзы одни должны были остаться… Сердечко поджимает, бывало…
«Хвостатый», впрочем, разъяснил сам – своему, конечно, бойцу, говоря о задержанных так, будто их тут не было:
- Этим не удалось их втюхать, западникам, - так я завтра их в Киев продам. Там есть немало хлопцев, кому свеженькие москали нужны, хоть сто раз писатели. Ещё и лучше: боевики сепарские надоели всем, а тут вот они, живые кацапские писатели в нападении на нас за жопу взяты. Так что не хрен их в штаб вести. Там СБУшники сидят, стукнут своим – и заберут у нас наш товар бесплатно. Понял?
- А ты тут уши не распускай, - Александр почувствовал удар по загривку. – Для того и говорю при вас тоже, чтобы знали свою роль на будущее. Жить хотите – по-моему делать будете, что велю. Вам и делать ничего не надо, просто подтверждать будете, что вас спросят. Тогда целенькие и даже здоровенькие в Киев поедете. А я свою долю получу. А будете выделываться да ломаться – так мы вам на все ваши ломаки своими ответим. Только для вас это больно будет. Очень. За каждый отказ сотрудничать по кости ломать будем. А потом всё равно в Киев продадим. Небось, заметили, что по лицам вас не били? Вот и всё. А для камеры неважно будет, что у вас при этом рёбра переломаны, да на ноги встать не сможете.
Да, вот это было, пожалуй, пострашнее того, что он себе до сих пор напридумывал, решил Александр. Отвечать бандиту он не стал – неприятно разговаривать, когда на твоей голове мешок висит. Унизительно. Но холодок страха он ощутил вполне внятно. Ведь прав, сволочь нацистская, - таким способом почти каждого переломать можно. С одной стороны – всего лишь сказать то, что он прикажет, зато домой рано или поздно вернуться целым и здоровым. Обменяют же их, в конце концов! А что под давлением чего наговорили – ну, простится, не своею же волею! Пусть обвинители на себя эту ситуацию примерят, когда альтернативой – боль, калечение, инвалидность и в конце концов смерть. И в итоге всё равно ты скажешь то, что они требуют. Ибо не в силах человеческих вытерпеть такое! Может, фанатики какие и смогли бы… Но были ли писатели фанатиками? А он сам?
Жалко, нельзя посмотреть на их лица. Да и на своё любопытно было бы взглянуть. Пожалуй, хорошо даже, что на голове мешок. Не досталось карателю нацистскому испытать торжества, когда он мог бы увидеть, как ужас всё-таки рванул лицо «москаля»… 
- Про нас знают, - сказал он, чтобы не поддаваться этому сладкому, заманивающему ужасу. – Куда поехали… Узнают, как всё было…
Ещё удар.
- Вот умеешь же ты, дядя, настроение портить, - почти безмятежно произнёс "айдаровец". – Ты сейчас по краешку самому жизни идёшь, а мне возражаешь. Счастье твоё, что добрый я, потому что всё равно на вас заработаю. А что узнают – так это ж потом будет. Когда вы уже своё отработаете на мой бизнес. Ну, на наш с хлопцами, - поправился он, наверное, чтобы не терять в глазах своих карателей-подельников. – Ну, узнают, как всё было. Но признание-то ваше уже будет фактом в информационной войне. Ты тут не один такой весь из себя журналист. Я тоже профессионал в этом деле. Хоть и не из Москвы вашей поганой, но целой газетой в Луганске руководил. Пока вы тут, русня проклятая, не начали в свою "русскую весну" играть. Так что не надейся, москаль. Всё сделаете, что надо, а как это организовали, неважно. Война всё спишет! И каким способом ты добился, чтобы враги работали на тебя, неважно.
Ладно, задолбал ты меня, - вдруг озлился "журналист". – Покурили, поболтали - и хватит. Пакуйте их, хлопцы, а то вон друзья наши американские уже косятся. Везём до нас. А там поглядим, как эти москалики извиваться будут, чтобы мы дозволили им наши ботинки облизать…
 
Tags: Новый солдат империи
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments