Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Откуда взялись русские. 39

Откуда славяне? Куда славяне?

В общем, объяснения этому феномену очень быстрой, очень тотальной и очень фундаментальной экспансии нет. Если, конечно, считать, что за всем этим массовым расселением стоит одно племя – праго-корчакские славяне. Которое дало невероятный выплеск населения, способного занять – отняв у заселяющих эти места тысячелентиями! - гигантские территории от Италии до России и от Дании до Крита. Причём населения до умопомрачения боевитого, ибо, повторюсь, эти территории отвоевало! Это что же за жеребцы такие должны были быть в этом племени, что сподобили такой демографический взрыв!
Как хотите, а вижу я за этим только одно: реакцию сродни химической. Внезапную кристаллизацию пересыщенного раствора.
Что за раствор?
Чтобы подойти к ответу на этот вопрос, давайте-ка пробежимся ещё раз быстренько по истории событий, предшествоваших появлению славян на границах Империи.
Итак.
Длинная-длинная граница Империи по Дунаю. Вдоль этой границы долго-долго, триста лет почти шныряют различные племена. В основном, в надежде поживиться римскими богатствами. Лучший способ – честный отъём собственности. Но из-за наличия у Рима армии приходится и торговать, и проситься в федераты, и поступать в наёмники… В общем, лихой, но при всей лихости стабильный мир лимеса, римского пограничья. Кипит, конечно, но – в кастрюльке.
Чу! появляются гунны. Снесли крышку кастрюльки. Погнали вдоль лимеса готов, герулов, гепидов, сарматов по горам и долам засновали аланы, савиры, анты, роксаланы и прочий люд. Навалились на бургундов, лангобардов, франков. На римлян-ромеев – само собой.
Затем гуннам наподдали. После того как девушка Ильдико их главного к богу Тенгри отправила, к Светлому Небу. Наследники Аттилы стали подчинённые народы-племена в кости разыгрывать – кому кто достанется. Гепиды обиделись, собрали вокруг себя недовольных, расплескали гуннскую державу. Снова побежали струйками племена и орды, снова пошли друг на друга наваливаться.
Наконец, всё развалили, сами, как тараканы из-под обломков рушащейся крыши побежали. Гунны – на восток, в Причерноморье и Предкавказье, делясь и дробясь на разных оногуров, кутригуров, савиров и прочие кочевые орды. Германцы – на запад, друг друга подталкивая. Визиготы в Галлию, руги-скиры – в Италию, свевы – в Испанию, вандалы с аланами – за ними, затем в Африку перебрались. Бургунды, лангобарды, аллеманы – опять же в Галлию. Гепиды остались в Дакии, но их никто не любит, и на них начинают наваливаться лангобарды. А гепидам до того остроготы сильно кровь пустили - и нет сил лангобардам адекватно ответить. Остроготы и теперь топают и по тем, и по другим по пути в Италию, чтобы отнять её у ругов. Сарматов тоже занесло частью в Скандинавию, а частью аж в Британию. Римляне, по которым топчутся все, эвакуируют Норик и обе Паннонии и уходят в Италию.
Уходят и некоторые германцы:

494 г. (3-й год правления императора Анастасия 491-518 гг.) Когда эрулы были побеждены в бою лангобардами и должны были уйти, покинув места жительства отцов, то один из них, как я выше рассказывал, поселился в станах Иллирии, остальные же не пожелали нигде переходить [на правый берег] через реку Истр, но обосновались на самом краю обитаемой земли. Предводительствуемые многими вождями царской крови, они прежде всего последовательно прошли через все славянские племена, а затем, пройдя через огромную пустынную область, достигли страны так называемых варнов [саксы]. После них они прошли племена данов, причём живущие здесь варвары не оказали им никакого противодействия. Отсюда они прибыли к океану сели на корабли, пристали к острову Фуле [Ирландия] и там остались.

Вот он, раствор неравновесный, пересыщенный. Раствор из всей взвеси этих неприкаянных осколков и атомов, что, словно пыль над сорвавшейся лавиною, повисла над театром трёхсотлетних этнических оползней и землетрясений эпохи Великого переселения народов…
А следующий кадр – и одного года разницы нет! – вырастают славяне. И тут же заносят руку на Римскую империю!
Откуда прять? – я уже задавался эти вопросом.
А просто всё. В условиях едва ли не атомарного распада и разложения придунайского этногеополитического континуума основную адсорбирующую роль должны были играть даже малые осколки организованных структур. Или даже отдельные сильные личности.
Судя по историческим аналогиям, и славяне могли сплотиться вокруг какого-то одного вождя, героя, поведшего за собой сначала какое-то одно племя, а затем вовлекшего в свою орбиту и другие. Времена послегуннского брожения давали этому походу богатые возможности: и сама этнически лоскутная гуннская держава распалась на этнические же «лоскуты», и перетряхнутые племена начинали новую жизнь на новых местах, и массы безработных ветеранов способны были предложить свои мечи новым вождям, и сами условия этой всеевропейской bellum omnia contra omnes предоставляли большие шансы любому мощному герою – почитать хоть германские хроники «длинноволосых королей».
Вот сообщение:

Нападение на Византию возглавил некто Мундон. Он бежал от гепидов-федератов за Дунай (на левый берег) и бродил там в местах необработанных и лишённых каких-либо землевладельцев; там собрал он отовсюду множество угонщиков скота, скамаров и разбойников.

Что мы имеем? Имеем мы некоего харизматического и, по всем параметрам похоже, лютого парня, который бродил по диким местам (едва ли один, но и едва ли со слишком заметной шайкой, иначе об этом написали бы) и собирал вокруг себя всякий агрессивный сброд. Ибо угонщики скота и разбойники – ясно, кто такие, а о скамарах даёт нам свидетельство тот же аббат Евгипий, составивший в 511 году уже упоминавшееся «Житие св.Северина»: грабители и разбойники, известные под общим именем «сакамары». То есть собрал наш Мундон грабителей и грабителей, а также разбойников и разбойников. Этакий Стенька Разин во главе дунайских отморозков. И клич наверняка бросал такой же: «Сарынь на кичку!» Ибо чем ещё завлечь набранных им высоконравственных людей, как не надеждой на близкую поживу? А кто у нас тут «кичка»? А кичка тут – жирные ромеи. Перебирайся через Дунай и дави…
Таким образом, мы видим пятый элемент, с необходимостью и неизбежностью обязанный появиться во взбаламученном трёхсотлетним террором пограничье. Только это не любовь. Это одиночные, свободные человеческие атомы – с очень острыми зубами и клинками. Вот они-то, отколовшиеся от ушедших в дальние края племён воины, уцелевшие и вызверившиеся от необходимых для этого убийств поселяне, сбежавшие из самых разных войск солдаты, удачливые предводители шаек, - жестокие, энергичные, «пассионарные» деятели и стали теми пылинками, что вызвали кристаллизацию пересыщенного раствора.
И уже потом, гораздо позже – с них были вылеплены образы богатырей с Дуная (или богатыря Дуная) в древнерусском героическом эпосе.
А поскольку у всех этих кристаллов маячила за Дунаем цель куда более сладкая, нежели то, что можно добыть у такой же, как твоя, соседней банды, то общий вектор движения неизбежно оказался направлен на Византию. Вместо броуновского движения общественных элементов и групп, постепенно слипающихся в единую структуру, превращающуюся в племя, этнос, народ, – движение однонаправленное, хотя и состоящее из самых разных слагаемых. Потому мы видим одновременное появление и множества славянских племён при общности их археологических культур, и массового движения славян по разным направлениям. Но прежде всего, конечно, - на Империю.
Из каковой картины железно следует необходимость сделать только один вывод.
Экспансию вели не первоначальные праго-корчакские славяне. Они – тоже, конечно. Но лишь частью. Той, о которой мы уже неоднократно говорили раньше, - войском. Соединением боеспособных мужчин, отправляющихся «за зипунами», пока на родной их земле продолжают жить и хозяйствовать их жёны, старики, подростки, небоеспособные мужчины, просто земледельцы, не имеющие достаточно характера или желания подставлять лоб под чужие стрелы ради негарантированной добычи.
Иными словами, сами первоначальные славяне сидели на месте.
В прочих славян превращались те, кого захватывало их войско. Или кого захлёстывали миграционные потоки. Ибо такие, конечно, тоже были, ибо те или иные группы населения в те века двигались постоянно.
Но вот откуда брался этот потенциал, превращавший в славян тех, с кем они соприкасались?
Для ответа на этот вопрос вспомним снова эту ситуацию всеобщего хаоса и разрухи после крушения Западной Римской империи, из которой даже знаменитые своей яростью герулы предпочли смотаться подальше на север.
Всё тот же лимес. Всё те же режущие римлян и друг друга народы. Перемешавшиеся германцы, перемешавшиеся гунны, перемешавшиеся все.
А по теснинам и ущельям прячутся аборигены ещё догерманские, осколки кельтов, даков, фракийцев. Карпы (от которых Карпаты), бойи (от которых Богемия), представители культуры «расписных копий», реликты, оставшиеся здесь с дремучих времен гальштата
А кто-то – вот-вот, те самые реликты, в частности, в это время землю пашет. Земля-то хорошая. Жирная. Да и воины для того и режут друг друга, чтобы затем на землю осесть и стать снова пахарями. Домик, лошадка, коровка, овечка, пряное поле весною, стерня золотая… А дома – жена-детки, очаг, пиво с кумом, эх! Оно, конечно, подвиги и слава – это хорошо, особенно по молодости. Девки все твои, к примеру… Но голова в кустах - тоже довольно большая неприятность.
С другой стороны, долго тут не напашешься, в таких-то условиях. Кто-то кого-то толкнул, с земли согнал, изгнанный, не веря в людской гуманизм – и справедливо! – взял в руки копьё и пошёл сгонять соседа. Потом налетели узкоглазые скуластые исчадия Тартара, вообще всех перерезали – приходи любой, садись на землю, паши. Ну, правда, уже не сам собой пашешь, а под гуннами ходишь. Но это, в общем, ранит гораздо меньше, чем сабелька вострая. Откровенно говоря, вообще не ранит: постоянной родины практически ни у кого нет, наций, само собой, - тоже. Идентифицируют все себя с родом, а к какому племени род приткнётся, уже не так и важно. Лишь бы от отцов-дедов вражда не шла. Так с гуннами тут тем более порядок – это меж готами и гепидами вражда лютая ещё с тех пор, как одни над другими подсмеялись за неумение как следует кораблём управлять. Никогда роду готскому к гепидам не прибиться. И наоборот. А к гуннам – отчего и нет? Лишь бы брали умеренно, да защиту свою давали.
Как вон венедам. Покорили их готы, да не смирились те. Едва гунны нарисовались, прирезали короля Германариха и под руку пришельцев подались. Вроде и наказали стервецов, распяли даже вождя со всей его администрацией – да только хуже и вышло: теперь самих готов гунны наказали. Да так, что кончилось готское королевство, срочно надо на Дунай бежать, а там к римлянам на политическое убежище и поселение проситься.
Но нет гуннов. И вообще нет никого, кто мог бы предоставить надёжную «крышу». А как и от кого, скажите, отобьётся хуторок из десятка землянок, не окружённый ни стеной, ни хотя бы частоколом? Сколько там мужчин? А чем они могли отбиваться от врагов? Сковородками?
Как хотите, а относительно безопасное существование таких поселений возможно только в двух случаях.
Первый – когда последняя задрипанная хатка находится под эффективной защитой эффективного государства, уровень потенциального гарантированного насилия которого гораздо выше выигрыша от похищенного или отнятого имущества и сладости коитуса с взятой силой женщиной.
Очевидно, что такого государства в те времена в тех местах не было. Его в тех местах нет даже и в нынешние времена.
Второй случай - когда проходящей банде там нечем поживиться. Горшок разве, груболепленный, утырить. Ну, с дамой побаловаться, если в лес или горы утечь не успела.
Отсюда сразу становится понятно, отчего столь беден инвентарь первых достоверно славянских культур. Почему он беден в последующих достоверно славянских культурах. Отчего каждый приходящий мог «творить насилие жёнам славянским». Отчего арабы писали позднее, что славяне являются для русов не более чем дичью для охоты – для охоты за рабами.
А попробуй, поживи под ногами у тираннозавров! Поневоле станешь тощим, тихим и незаметным, чтобы интереса пищевого не представлять. А также хитрым и недоверчивым. Нет смысла богатеть – всё равно отнимут! Нет смысла строить дом – всё равно сожгут. Нет смысла защищать свою деревню – всё равно победят. Зато есть прямой смысл умело прятаться и… ложиться под крепкую руку!
Постойте-постойте, скажет критически настроенный читатель. Что-то вы тут идеологическую туфту гнать стали! Вот же ваша же таблица:

анты… с большим войском вторглись в пределы римлян… Византийский стратиг… борется с вторжениями славян … Склавины вступают в союз с гунно-болгарами и с ними продолжают нападения на империю… Войско славян произвело ужасающее опустошение… убивая и обращая в рабство всех попадающихся навстречу, не разбирая пола и возраста и грабя ценности… Славяно-византийская война, в результате которой они заняли Фракию и Иллирик и даже захватили Длинные Стены… Нападение славян на Константинополь…

Это что – свидетельства забитости?
Нет, конечно. Но –
- вот именно!
Ибо самое время вспомнить те свободные ватажки неприкаянных венедских юношей, что курсировали по вервям-задругам, защищая «своих» от чужих и получая за то кормление. Сдвинувшись к Дунаю, потомки венедов славяне и анты угодили в тот самый пересыщенный насилием и добычей раствор, в котором те ватажки должны были ощутить себя как рыбы в воде. Именно к ним должны были прибиваться невостребованные герои и отставные солдаты, дезертиры и авнтюристы. Именно они, ватажки, должны были сбиваться в комки варварских войск, что катились опустошать Империю.
Потому, кстати, так мало и имён предводителей славянских и антских воинств донесли до нас хронисты, что не было это постоянным войском, военачальников которого полезно знать. Нет – сговорились, стакнулись, сбились, напали, ограбили и разбежались. По своим задругам. Хвастаться добычею и звать с собою молодёжь на следующие набеги.
Вот эти-то ватажки в значительной степени сами и стали теми точками кристаллизации, вокруг которых ситуация стабилизировалась.
Поначалу эта стабилизация выкристаллизовалась в ту самую ипотешт-киндешсткую культуру, что несла в себе черты и славянской и антской, но в то же время становилась уже самостоятельной. Славянской в широком смысле слова – не пражско-корчакской, что славянская в узком смысле. И кто знает? – если бы Империя была покрепче, если бы отражала натиск славянских и антских банд более умело и решительно – так и видели бы мы сегодня на месте Румынии настоящее славянское государство.
Одно.
Tags: Откуда взялись русские
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 12 comments