Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Новый солдат империи

И вот теперь она уходит совсем. Навсегда. Под серым небом января. Под крики ворон.
И всё – как в тумане. Хотя по форме и не так. Всё Алексей видел нормально, остроты зрения и восприятия не терял. Не первая смерть рядом. Но и не так, как отца хоронили. Там вот этой непонятной пелены между ним и миром не было. Хоронили солдата. Павшего в бою с врагами. С фашистами. Сделавшего в том бою максимум, что мог сделать безоружный, - плюнуть фашистам в лицо. И завещать тем самым отомстить за себя. И Алексей уже тогда воспринимал отца как однополчанина, как боевого товарища, за которого врагам будет отомщено. Потому что плевка в лицо – мало. Он, сын и однополчанин, должен стать тем оружием, которого не было в руках отца во время его последнего боя. И стал, будем надеяться. Раз фашисты на трусливые теракты перешли. Впрочем, им привычно…
А Ирка… Ирка погасла. И ведь никогда ничего они друг другу не говорили про будущее. Знали оба, что будущего у них как пары нет: он женат, дети, война кончится, он уедет. Или убьют. На этот счёт он мыслил совершенно спокойно – война. А вот теперь вышло, что убили не его, а Ирку, и не на передовой, а, можно сказать, дома. И вот лежит она теперь в гробу, поставленном на две деревянные табуретки перед чёрной ямой, и – словно спящая, только погасшая. И что с этим теперь делать, непонятно. Не даёт понять эта пустота внутри и этот туман вокруг. Из-за него девушка погибла. С которой, вроде бы, и не было особой любви – так сожительство. А вот её теперь нет, осталось только тело, которое закрывают крышкой гроба, - и вместо души у тебя какой-то слипшийся комок, который хочется выкрутить, смять совсем, до конца, и выбросить…
Солнце снова приоткрыло за облачной пеленой свой мутный глаз. Просветлело всё вокруг – как раз под последний звук молотка.
— Доченька моя! — мать падает на колени и утыкается лицом в красную бязь на месте, где минуту назад было лицо Ирки. — Доча, доня моя! Как же мы без тебя?! Как же не увидеть-то тебя больше?!
Рядом с ней чуть ли не басом заревел Макарка. Вряд ли он уже понимает бесконечность смерти, но маленькое сердечко чувствует всё безнадёжное горе взрослых. Играет желваками Митридат. Утирает слёзы Настя. Плачут две девушки – подруги Ирки. Сурово кривится дядька – представитель с работы её. Подвывают какие-то тётки – подруги матери, наверное. Священник ясными глазами смотрит на всех, размеренно, но мелко кладя кресты. Как это он сказал только что? – точно как-то сказал… "Бог принимает души в любви"…
Кладбищенские рабочие начинают опускать гроб в могилу.
- Караул!
Командует Злой.
- Залпом!
Сзади-сбоку сочно хлюпают затворы.
— Пли!
Слитные выстрелы.
- Залпом!
Это самые близкие его бойцы. Подняв автоматы, стоят Злой, Шрек, Еланец, Ведьмак, Дядя Боря. Караул выделил Перс. По просьбе Злого, как выяснилось потом. Сам подошёл к Алексею, сказал: "Возьми ребят своих с автоматами. Чтобы салют, как следует... За наше дело погибла девушка твоя…".
- Пли!
Комок подступает к горлу. Эх, ребята, что ж вы делаете… Я же сейчас разревусь от благодарности и любви к вам!
— Залпом!
Алексей увидел, как Мишка вытащил свой пистолет. Чёрт, да! Да! Что ты за тормоз сегодня такой, Лёшка!
Он выхватил оружие, передёрнул затвор.
- Пли!
Рука дёрнулась, принимая отдачу...
Tags: Новый солдат империи
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments