Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Русские до славян

И, наконец, третья группа фактов – генетически-социальная, если можно так сказать. Это факты, тоже зафиксированные на солидном научном фундаменте, что и отражено в солидной научной прессе.
Итак, генетики, взявшиеся за исследование ДНК женщины, названной Gök4, из неолитического захоронения в Швеции, обнаружили, что геном её имеетвпечатляющее сходство с геномом современных обитателей Кипра и Сардинии.
Погребению Gök4 5000 лет. После получения характеристик генома этой женщины, явно из земледельческого поселения на территории нынешнего округа Йокхем (Gökhem) в южной Швеции, его сравнили с геномами скелетных остатков трёх охотников-собирателей того же периода, захоронение которых находилось меньше чем в 400 км от Вестерйотланд (Västergötland) - на острове Готланде.
Оказалось, что геном охотников-собирателей показал большое сходство с современными финнами. Как объявили сами учёные, они "были поражены, "фермеры и охотники-собиратели были настолько различны". При этом подчёркивается: "Неолитические шведские охотники-собиратели имели ДНК, как у современных скандинавов, — но фермеры, чей геном был секвенирован, пришли откуда-то ещё".
Иными словами, выяснилось, что охотники жили себе, как жили, - то есть оставались сугубо местным населением с давных веков. А вот земледелие в их земли приходило не в качестве, как ныне говорят, интеллектуальной собственности, а виде технологий, приносимых новыми поселенцами. "Если бы сельское хозяйство распространялось исключительно как культурный процесс, мы не встретили на севере фермера с такой генетической близостью к южным поселениям", - отметил по этому поводу эволюционный генетик из Уппсальского университета Понтус Скоглунд.
Этот эпизодик я хотел бы специально помаркировать, ибо понимание процессов взаимодействия фермеров и охотников нам вскоре понадобится, чтобы понять, каким именно образом культура энтебёлле заменилась на культуру воронковидных кубков. А главное – отчего охотники-собиратели оказались, как мы уже видели, на разных краях Европы. То есть – почему дедушки мои Хёгни-I, коим принадлежала Европа, уступили её пришельцам.
А причина достаточно проста и для своего понимания вновь зовёт вспомнить технологию освоения Северной Америки белыми поселенцами. То есть жили себе индейцы мирно, охотились на зверя, величаясь, когда удавалось завалить мишку-гризли и лишить его лапок – уж больно, говорят, вкусное мясо с лап медведя-гризли. Охотились и друг на друга – ибо как ещё мужественность продемонстрировать, удачу воинскую, как не демонстрацией скальпа на поясе, без коего тебя и в мужчины-то не примут и с прекрасной скво размножиться не дадут! Земля беспредельная, леса бесконечны, прерии безграничны – и под голубыми небесами места хватит всем. Ну, кто уцелел до получения права на размножение. И жили все – и леса, и охотники, и даже мишки-гризли – в счастливом биоценозе, никого не трогая и не задевая.
Пока однажды в этот мирок -

Нет, не гусь, не цапля это,
Не нырок, не Птица-баба
По воде плывет, мелькает
В легком утреннем тумане:
То березовая лодка,
Опускаясь, подымаясь,
В брызгах искрится на солнце,
И плывут в той лодке люди
Из далеких стран Востока…
И, простерши к небу руки,
В знак сердечного привета,
С торжествующей улыбкой
Ждал их славный Гайавата…
И радушный Гайавата
Ввел гостей в свое жилище,
Посадил их там на шкурах
Горностаев и бизонов,
А Нокомис подала им
Пищу в мисках из березы,
Воду в ковшиках из липы
И зажгла им Трубку Мира…
Тесным кругом у порога
На земле они сидели
И курили трубки молча,
А когда к ним из вигвама
Вышли гости, так сказали:
"Всех нас радует, о братья,
Что пришли вы навестить нас
Из далеких стран Востока!"…
На прибрежье Гайавата
Обернулся на прощанье,
На сверкающие волны
Сдвинул легкую пирогу,
От кремнистого прибрежья
Оттолкнул ее на волны, -
"На закат!" - сказал ей тихо
И пустился в путь далекий…
И народ с прибрежья долго
Провожал его глазами,
Видел, как его пирога
Поднялась высоко к небу
В море солнечного блеска -
И сокрылася в тумане,
Точно бледный полумесяц,
Потонувший тихо-тихо
В полумгле, в дали багряной.
Так в пурпурной мгле вечерней,
В славе гаснущего солнца,
Удалился Гайавата
В край Кивайдина родимый.
Отошел в Страну Понима,
К Островам Блаженных, - в царство
Бесконечной, вечной жизни!

Но… это поэзия. На деле как было – мы помним: время уже было письменное. Приходили земледельцы, севершенно не беря в голову, что эти земли – чьи-то охотничьи угодья. А хозяева не понимали, зачем пришельцам копаться в земле, когда вон мишки-гризли прямо-таки зовут на развлечение побороться с ними за их лапы. И когда приходили поинтересоваться новичками – или просто оказывалось, что те нарезали себе землю, где всегда паслись знакомые бизоны, и бизонов постреляли, - те встречали хозяев огнём. И где теперь индейцы? Верно – в резервациях на тех неудобьях, где нет смысла заниматься сельским хозйством.
Точно так же, разве что без применеия ещё не изобретённого огнестрельного оружия, наверняка происходило и сельскохозяйственное освоение земель в древности. Сам приход земледельцев, сам захват ими земли обязан был приводить к конфликтам. А если учесть ещё и картинальную разницу в менталитетах, то…
Вот так и возникли "бутылочные горлышки". Вот отсюда и примечательное совпадение, когда в одно и то же время кардинально падает численность и носителей I1a, и первичных носителей R1a, в то время как давно ассимилированные и сами ставшие земледельцами нносители I2a вполне себе мирно размножаются в своих се льскохозяственных поселениях. Которые неумолимо наползают на охотничий север…
И вот теперь соберём все факты вместе, для чего воспользуемся заметками очень интересного исследователя и блогера verenich. А заодно вернёмся к оставленной нами на время культуре воронковидных кубков (КВК).
Отталкиваясь всё от того же генома женщины-фермера Gök4, автор пытается определить по аутосомным показателям предковую популяцию носителей КВК, для чего добавляет в рассматриваемую картину геномные данные другой женщины-фермера, обозначаемой как Ste7. Оказалось, что эта популяция сложилась из носителей древней европейской ДНК, плюс тех самых "древних северных евразийцев", о которых только что была речь, плюс носителей геномов, аналогичных геному знаменитого "Этци"("Ötzi"), - человека, замёрзшего в Эцтальских Альпах в Тироле около 5300 лет назад и дошедшего до нас в виде вмороженной в лёд мумиии. Судя по сохранившимся следам пищи, по одежде, медному (!) топору рядом, Этци явно принадлежал к земледельческому премени. Судя же по генетике, предки его пришли в Альпы с Ближнего Востока и прибрали в жёны местных женщин: Y-хромосома - G2a1b2 (PF3146), мт-ДНК - K1f, которая сегодня больше не встречается.


Автор: 120 - собственная работа, CC BY-SA 3.0, https://commons.wikimedia.org/w/index.php?curid=15370839

По мужской гаплогруппе вопросов нет – ближневосточно-кавказско-анатолийская локация. По женской, в общем, тоже: евпропейская, распространённая, особенно вокруг именно Альп. Считается, что её носители отделились от гаплогруппы U8 около 12 тыс. лет назад – как раз во время дриасского мороза. Девушки из К явным образом ценились приходящими с Ближнего Востока земледельцами – они встречаются в культурах линейно-ленточной керамики, старчево-кришской, кардиальной керамики. Хотя, объективности ради, надо сказать, что ближневосточные фермеры никакими девушками не брезговали, и по наборам мт-ДНК в их культурах ни о чём особенном судить не приходится. Что ещё раз подводит нас к тому тезису, что был высказан в начале – митохондриальные гаплогруппы ничегосущественного для понимания древних миграций не дают.
Далее verenich затрагивает неких Ajvs — древних носителей культуры ямочной керамики (Pitted Ware culture, около 5200 — 4300 лет назад). Это — культура охотников и собирателей эпохи неолита. Это они – те самые европейские "Гайаваты", которых оттесняли, вытесняли и затем "принуждали к миру" геноцидом пришельцы-фермеры: культура воронковидных кубков была не только их современницей, но и наезжала своим ареалом на ареал культуры ямочной керамики.
Но в данном случае полного геноцида не случилось – КВК где оттеснила, а где наоборот оплодотворила эту культуру. Вернее, так: и оттеснила, и оплодотворила и даже, пожалуй, породила. Во всяком случае, уходящими в пурпурную мглу гайаватами для носителей КВК были представители культуры эртебёлле, каковая просто исчезла, будучи полностью заменённой культурой воронковидных кубков. Но население-то заменено полностью не было! Гайаваты ушли, завещав соплеменникам, фигурально говоря, то же, что и литературный герой бессмертного Лонгфелло:

И простился там с народом,
Говоря такие речи:
"Ухожу я, о народ мой,
Ухожу я в путь далекий:
Много зим и много весен
И придет и вновь исчезнет,
Прежде чем я вас увижу;
Но гостей моих оставил
Я в родном моем вигваме:
Наставленьям их внимайте,
Слову мудрости внимайте,
Ибо их Владыка Жизни
К нам прислал из царства света.

Вот эти-то ушедшие и стали объектом технологического миссионерства носителей КВК. Всё само получалось – то ли через обмен-торговлю, то ли через набеги охотников с соответствующим присвоением чужой собственности путём насилия или угрозой его применения. Ибо больше нечем объяснить наличие костей свиней и коз на стоянках культуры ямочной керамики – эти животные явно требуют относительно оседлого образа жизни. И таким образом картина тогдашней жизни вполне наглядно представляется через современную картину жизни новогвинейских папуасов:

…В это утро жители деревни Курулу племени дани-дугум были сильно возбуждены. Дозорные заметили молодого воина, которых под прикрытием кустарников пытался пробраться к полю, где работают девушки. И скорее всего, утащить одну из них.
Женщина - ценность здесь. Рабочая сила, сексуальный объект, мерило благосостояния и мужской состоятельности. Наконец, похищение невесты - прямая экономия: за выкраденную у соседей жену не надо платить выкуп родителям. Кстати, немалый: жених должен привести в деревню невесты 5 крупных свиней. Да в подарок вождю поросёнка. Словом, есть ради чего рискнуть.
И теперь все мужчины племени собираются на военный совет, где нужно обсудить, как защищать деревню и её жителей.
Мы спорим долго. В конце концов, мы давно ни с кем не воевали, а карусель взаимных походов, засад, наскоков может длиться долго. И как пострадает при этом племя - неизвестно. Если воины отправляются на охоту за людьми - они сами становятся объектом охоты. Сколько раз было, что уже возвращаясь после удачной битвы с головами врагов, они оставляли в засаде свои собственные головы.
Войны вообще постоянный спутник традиционного папуасского общества. Причинами их - как, впрочем, и у нас в конечном счете - являются обладание властью, женщинами и домашними свиньями.
Успешно проведенный набег укрепляет положение и повышает престиж вождя победившего племени. Материальные интересы воинов также понятны. Но есть и метафизический уровень - нередко папуасы хотят умилостивить своих духов, контролирующих жизнь членов племени. Те ведь тоже не просты - они лишают своего расположения деревню, из которой враги украли свиней или женщин. И, соответственно, возвращают это расположение после успешно проведенного акта отмщения.
Наш воинственный лидер, видя, что многие с нам не согласны, предлагает посоветоваться с мумией.
Это - важный авторитет. Уже более 300 лет нами руководит великий вождь, который в свое время был смертельно ранен в войне между кланами. Умирая, он завещал особым образом обработать его тело, чтобы и после смерти быть со своим народом. Хранится вождь у колдуна.
В нашем племени колдун - бывший воин. У него на теле более чем серьёзные шрамы. Так что прошлое его безупречно. Но сейчас он слеп.
У папуасов вообще колдовством не занимается здоровый и сильный. Более того, в этот своеобразный институт служителей культа идут те, кто вообще - и физически, и психически - слабоват для бесконечной лесной битвы за выживание. Колдовством они находят свое место в племени, свой кусок хлеба и мяса.
Сейчас-то мы готовимся к отражению набега, а не к большой войне. В прежние времена, когда такие войны были часты, в поход собирались почти все мужчины. Настоящий такой табор, даже женщин молоденьких брали для поддержки. Они строили лагерь, убирали, готовили пишу. А воины тем временем могли заниматься боевой подготовкой, танцами, песнопениями и прочими религиозными делами, после чего совершали набеги. Очень практично. А ночью можно и любовью заняться.

Это, кстати, и к вопросу о миграциях, когда нынешние археологи фиксируют перемещение целых племён. А на деле – просто практичное решение, когда идёшь не в набег с возвращением домой, а в серьёзный поход. Вот так, должно быть, дедушки Хёгни-I и прошли всю Европу от Средиземноморья до Лапландии, ведя за собою бабушек U5…
Tags: Русские до славян
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments