Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Русские до славян

  Далее различные исследователи обнаружили, что по крайней мере в германских языках доиндоевропейский субстрат богат морской лексикой, а также рыболовной и лодочной – и это очевидное наследие первых моряков из культуры эртебёлле – возможно, подправленное соединившихся с ними людей из КВК. Кроме того, с культурой воронковидных кубков связывают земледельческую лексику, хотя тут, кажется, возводить её надо к КЛЛК, а не к КВК, образованною при участии как раз индоевропейски говорящих среднестоговцев. Которые, впрочем, в процессе солитонных своих волновых взаимодействий вполне могли растерять собственную лексику, заполучив вместо неё лексику тех, кого видоизменяли также.
А теперь нужно вновь вернуться к одному обстоятельству. Ведь индоевропейские языки распространены у нас и на юге – в Греции, Италии, куда не дошло "ямное завоевание". А на деле, конечно, тут вопроса никакого нет: индоевропейцы заходили на юг несколькими волнами и с нескольких направлений. Об этом говорит как генетика, так и археология. До этого Грецию населяли племена, вышедшие из Анатолии, с генетикой по Y-хромосоме G и J – культуры так называемого балканского неолита. Кроме того, здесь же была представлена I2.
И вот этот балканский неолит прекратил своё существование как раз после вторжения первых индоевропейцев в 5-м тысячелетии назад. Это как раз у нас тоже соответствует разбегу ямников, когда в одно примерно время начали возникать волосовская, афанасьевская, фатьяновская, синташтинская общности.
И вот теперь достаточно посмотреть на густоту и, так сказать, цивилизованность населения в разных регионах, чтобы понять, почему в лесах Восточной Европы и камнях Северной сохранились индоевропейские диалекты, относительно близкие к начальным (архаические), в степях Евразии они остались ещё более архаичными, а на юге Европы имеют очень специфические особенности.
Но вернёмся к Скандинавии. Безраздельное господство топорников здесь продолжалось лишь около двух веков, а затем, по закону всё того же волнового взаимодействия солитонов они начинают показывать признаки слияния и ассимиляции с культурно прежним населением. Так, сперва под влиянием топорников здесь распространились одиночные погребения в курганах. Но со временем возобновились прежние, времён КВК погребения в каменных цистах и мегалитических могилах. Элиты повзаимодействовали и слились.
И дальше такие примеры мы будем видеть не раз. В том числе – а может, и особенно – на процессе слияния русских и славянских элит с результатом в виде образования Древнерусского государства.
А теперь вспомним наших "Гайяват" из культуры ямочной керамики. Они ведь продолжали жить себе, несмотря на приход топорников. И в ней где-то существовал и следующий мой прадедушка Хёгни, уцелевший – а скорее всего, даже не тронутый никаким "бутылочным горлышком", ибо нужны-то они были, индейцы северные, чтобы гоняться за ними с топорами! Цель не оправдывает средств – чего с него брать, чего он сам не принесёт при хороших отношениях с земледельцами? Которые, как мы помним, в этой местности насчитывали уже много веков.
И тут нет противоречия с тем, что я говорил прежде о делёжке земли, всегда вызывавшей смерти людей. Ибо таковая, конечно же, была, раз земледельцы тут появились. И резня взаимная была, раз земледельцы себе охотничьих угодий нарезали. Но археология нам показывает и следующий неизбежный этап взаимоотношений: те, кто выжил, согласились с новым статусом кво, и перешли к относительно мирному взаимодействию. Это ведь только американцам в США всё больше и больше земли нужно было, отчего они сами нарушали договоры, да индейцев провоцировали. А не будь этого, мы сегодня видели бы Америку разных племён и укладов жизни.
Так вот. Не вымерший мой дедушка Хёгни, оказывается, не только спокойно и свободно обменивался продуктами своего труда с представителями культуры воронковидных кубков, о чём шла речь раньше, но и взаимодействовал с жестокими ребятами из культуры шаровидных амфор! Во всяком случае, -

- ассортимент орудий труда и оружия в основном заимствован у культур воронковидных кубков и шнуровой керамики, хотя указанные культуры сами оставались весьма консервативны в ассортименте своих изделий. /356/

Взаимодействие солитонов во всей красе…
И вот в этой теме очень уместным кажется замечание уважаемого mazzarino:

Против того, что это массовые убийства говорит факт упорядоченных захоронений. С какого бы лешего стали захватчики тщательно хоронить убитых ими людей, да ещё и по своему обычаю? Однако 3000 проломленных черепов это в основном упорядоченные одиночные (иногда парные) могилы, причем, во множестве их лежит боевой топор, что говорит о принадлежности похороненного к "захватчикам". В целом ряде случаев ранения имеют следы залечиваний. что говорит о том, что люди переживали войны и лечили раны. Причем, это характерно и для более ранних культур. Вот к примеру, фото парного захоронения из Ниво (Дания), в могиле были захоронены мужчина и женщина.



У женщины (справа) на голове имеются следы старого ранения от каменного топора, которое уже зарастало. Захоронение датируется периодом Конгемозе.

Кажется, вдрызг разбивается гипотеза о яростном натиске жестоких топорников-разбивателей черепов, о котором шла речь раньше?
Подождём – это ещё не последний удар по всему предыдущему построению. Вот ещё один:

Начиная с 4 тысячелетия до н.э. никаких крупных миграций с востока на запад в Европе не было. Невозможно доказать правильность теории продвижения индоевропейцев на запад из ареала ямной культуры. Никто не продвигался из степной зоны западнее Тисы. Это поставило крест на нашумевшей в свое время катакомбной гипотезе, созданной Гимбутас и сильно развитой Мэллори. Вопрос об отсутствии следов степняков западнее Альфельда, поднимали давно, но приемлемого ответа на этот вопрос не нашлось.
Вторая проблема антропологическая. А именно то, что для КШК был характерен тот самый уникальный антропологический тип, который Карлстен Кун назвал кордидным (гипердолихокранный тип). Вопрос о происхождении кордидного типа практически никем не освещен, за исключением диссертации Р.Я Денисовой (Антропология древних и современных балтов.1973). Денисова пришла к парадоксальному факту: гипердолихокранный тип занимает междуречье Эльбы и Днепра еще в позднем мезолите, откуда продвигается в зону северо-востока Европы. Тут формируется тот самый тип, который больше всего был характерен фатьяновцам, висло-нарвской культуре и польской КШК.
Т.е. тут взаимосвязи ямной и КШК не только не наблюдается, напротив, формирование гипердолихокранного антропологического типа КШК отодвигается от ямной в глубокую древность в поздний мезолит.
В итоге, как-то не складывается степная версия.

Что же, ответим на это бессмертной фразой из бессмертного фильма: что нам мешает, то нам поможет. Черепа разбивали и раньше, а потом залечивали? Захватчики не стали бы хоронить жертв и класть им в могилы каменные топоры? Да, остаётся только согласиться: логика необоримая. Разве что кроме того момента, что у женщины – заросшая рана от каменного топора. Следовательно, это не ритуальный был акт нанесения посмертного удара, а акт вражды. То есть женщину всё же приголубил кто-то топором по темечку, и это явно был не тот, кто испытывал к ней чувство горячей любви. Она просто выжила.
Согласимся и с тем, что никто не передвигался из степной полосы западнее Тисы. Кто я такой, чтобы спорить с археологами, к тому же в условиях, когда на них только и уповаю как на людей, привносящих в историю хоть что-то вещественное и доказательное. И с антропологическими выводами согласимся – об этом действительно немалоговорилось.
Но! Но что это меняет в самой математически – заверяю! – выверенной модели взаимодействия людей-солитонов? Напротив, получает всё только ещё доказательнее, ещё выпуклее.
То, что некие ребята из Степи всё же появились в центре западной и в северной Европе, вполне отчётливо было показано выше. Совпадения по хронологии и географии полные. Значит, ходили всё же степняки за Тису. И в то же время археологических следов их там действительно – нет! О чём это говорит? Не только о том, что в процессе нелинейшых взаимодействий n-солитонных масс в n-векторном пространстве наши квантовые группы нетривиально меняются как технологически, так и культурно, и археологическая культура кочевников просто не может не раствориться при встрече с более высокого уровня земледельческой культурою. Но и о том, что наши ямники дошли до Скандинавии действительно узким языком воинского нашествия, не неся с собою никакой домашней своей культуры, кроме, разве что, тех её особенностей, которые приживаются в солдатской среде.
А что приживается в солдатской среде, в которую ты входишь голым, налысо обритым, без имущества и даже уже без собственной воли распоряжаться собою? Верно! – главное. Твой язык. А ещё твои прежние знания, свойства характера, менталитет – короче, те вещи, которые ты способен пронести в мозгу.
А уж что армия, расположившись в захваченной стране, начинает пользоваться материальными богатствами этой страны – вообще трюизм.
И ведь ещё одно важное обстоятельство тут присутствует: те, кто приходит в эту армию, - а особенно, когда она же является элитою общества, в которую хочется подняться пассионариям, - усваивают и язык этой армии. Но только при этом они тоже привносят в эту армию-элиту что? – верно: твои прежние знания, свойства характера, менталитет…
И уже через два-три поколения новая элита-армия вполне сливается с местным населением, в том числе и биологически. Но импульс, ею данный, видоизменяет прежнюю культуру необратимо. Всмоним вон хоть ГДР, где под воздействием армии-элиты менталитет населения изменился так, что и через 30 лет после завершения того социального эксперимента восточные немцы всё ещё ощущают свою особость.
А если бы эксперимент не завершился?
Tags: Русские до славян
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments