Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Русские среди славян

Поначалу было всё хорошо. Достаточно еды, женщины рожали много и уверенно, младенцев умирало гораздо меньше, детей выживало гораздо больше, чем ранее. И на бедных в целом землях Скандинавии случилось локальное перенаселение: всё же тогдашние агротехнологии не позволяли вырастить урожай более определённого уровня. Еды стало не хватать, несмотря на благоприятный климат. Да и скот размножался, как ему природой положено, а не как хотелось бы человеку.
Поэтому люди начали, что называется, занимать ландшафты. Сначала пашенное земледелие сосредоточивалось в наиболее благоприятных для земледелия областях: Вестеръётланд, Эстеръётланд, Упланд в Швеции, в юго-западной Норвегии, в Ютландии. Они и сегодня остаются житницей Скандинавии. Затем люди пошли осваивать менее удобные земли – острова, скалы, леса. В общем, всё, на чём что-то растёт и где можно если не хлеб растить, то хоть животных пасти.
Но поскольку Скандинавия в этом смысле земля довольно упрямая, не больно-то и попокоряешь её природу, то люди начали заселять и осваивать острова – Датские, Борнхольм, Эланд, Готланд. А дальше? А дальше только отнимать земли, уже занятые другими племенами. Ничего, кстати, странного: в дальнейшем именно такие локальные переизбытки населения вызывали будущие волны скандинавской экспансии, в том числе знаменитые походы викингов.
Вот примерно то же могли решить вожди и старейшины и племён будущей оксывской культуры.
А через пару-тройку столетий тот же путь повторили уже и знаменитые готы, чью роль в эволюции славянского населения будущей Руси я описывал в предыдущей книжке.
Если вкратце, то дело было так.
Готская легенда как раз про это и рассказывает: собрались, мол, мужчины племени, пошуровали пальцами в затылках, решили, что слишком много их на такое малое количество земли, а потому постановили: каждое третье семейство садится на корабли и уплывает куда глаза глядят.
Глаза поглядели строго на юг. На родичей-оксывцев, которые давно стали уже не родичами, а людьми, которые не по праву занимают столь нужные славным готам земли. Да и родичами они, если уж честно, по тем временам и не были.

Примечание о родичах

Ну, да, ну, ушли несколько родов. Ушли и пропали. А родичи – это те, кто в роде. И в паре-тройке соседних, с которыми одну многодворную деревню делят и детей друг на друге женят.
А эти – не только отрезанный ломоть, но и памяти о них не осталось. И говорить они стали неправильно, не по-людски. Попали в языковую среду поморской культуры, хоть и покорили её носителей, - на смешанном с ними языке заговорили. А значит, другую себе этническую идентификацию выбрали, ежели научным языком сформулировать.
Вот взять, к примеру, оксывцев. Покорили они племена поморской культуры, взаимно оттолкнулись с пшеворской, сдвинувшись к северу, – и вот уже пошёл этногенез одних народов. Например, ругов. А другие сдвинули часть самих пшеворцев, с ними же и смешавшись. И вот с того места, куда римские авторы надёжно помещали некий народ лугиев, германское племя, которое активно участвовало в Маркоманнских войнах, ближе к римскому лимесу подходят уже германские племена вандалов и бургундов. А лугии – пропадают!
А ещё одна часть пшеворцев осталась на месте, принимала и отдавала этнические импульсы, – и вот они продолжают и развивают самоидентификацию венедов. Только уже не кельтизированных, а… натурализовавшихся в этих лесах. Ставших уже другим пра-этносом, который в будущем и в славянском этногенезе участие примет.
А почему натурализовавшихся? А потому, что живут бывшие венеты, а ныне венеды родами. И родовой же памятью. Племенной, народной, государственной ещё нет: некому передавать. А друидам это неважно: лишь бы народишко богам правильным поклонялся и власть их признавал, толику малую от трудов своих в жертву богам и на прокормление божьих слуг отдавая. И потому ежели кого подомнут какие чужаки, то за ними люди пойдут, обычаи их и богов перенимая. Ибо хороши те боги и правильны, коли они удачу пришельцам даровали. А кого другие подомнут – с течением времени в слиянии с ними новая общность образуется. А кого никто не захватит – сами по себе жить будут, родами прежними.
И лишь уже позднейшая, племенная общественная формация в одной общности зацементирует, - вот из них постепенно народы и будут складываться. И то не факт.
Вот так и получилось, что выходцами из пшеворской культуры принято считать германских в будущем вандалов, бургундов и… славянских в будущем венедов! И этнонимы эти, что характерно, нередко путались древними авторами. С этим обстоятельством, скорее всего, и связаны глухие отзвуки русской идентичности с вандалами, как оно отразилось в – спорной, правда, – Иоакимовской летописи:

По устроении Великого града умре Славен князь, а по нем владаху сынове его и внуки много сот лет. И бе князь Вандал, владая славянами, ходя всюду на север, восток и запад морем и землею, многи земли на вскрай моря повоева и народы себе покоря, возвратися во град Великий.
По сем Вандал послал на запад подвластных своих князей и свойственников Гардорика и Гунигара с великими войски славян, руси и чуди. И сии шедше, многи земли повоевав, не возвратишася. А Вандал разгневався на ня, вся земли их от моря до моря себе покори и сыновом своим вдаде.

А ругов и русов в раннем Средневековье вообще попросту взаимозаменяли. И понятно, почему: потому что общности оксывские, поморские, пшеворские себя ещё как племена-народы не идентифицировали, ибо таковыми ещё не являлись, а вот выходцы из этих культур – уже. Да и, надо полагать, внешние наблюдатели – те же римляне такой идентификации содействовали, фиксируя какие-то понятные им имена врагов.

Итак, решили готы отплыть на юг.
Естественно – ещё раз подчеркну, - на переселение отправились не все готы, так как в целом это племя фиксируется как оставшеея в Скандинавии – в Гёталанде и на острове Готланд. Скорее всего, они уже тогда ощущали племенные различия, поскольку готландцы до середины Средних веков ощуащли собственную самость, в  то время как гёты влились в состав народа свеев без особенно сильных трений.
Высадились в устье Вислы. Как поступили с ругами, история умалчивает, а современный и, главное, сочувствующий пытливым путшественникам автор (Иордан) описывает процесс так:

Вскоре они продвинулись оттуда на места ульмеругов, которые сидели тогда по берегам океана; там они расположились лагерем, и, сразившись [с ульмеругами], вытеснили их с их собственных поселений. Тогда же они подчинили их соседей вандалов, присоединив и их к своим победам.

Одним словом, примерно со 125 года н.э. на южном берегу Балтийского моря и в устье Вислы фиксируется вельбарская археологическая культура, а руги исчезают. Чтобы проявиться лет через 300 в районе Балкан снова в виде германоязычного народа. Скорее, всего, пошли по пути вандалов и бургундов.
Далее готы (путешественники) начали спещаться в направлении мифической страны Ойум, местонахождения которой, естественно, не знали. Потом пошли вдоль берега Вислы, оттуда свернули на Западный Буг, а оттуда благополучно вышли в Полесье на Припять – одна часть, и на Днестр - другая. Уже оттуда обе части народа спустились в низовья Днепра и низовья Днестра, где и образовали два племени: первые – остроготы, вторые – визиготы.
По пути они разрушают постзарубинецкую культуру:

В последней четверти II века памятники позднезарубинецкой культуры внезапно прекратили здесь своё существование. Зато тогда же тут появляются следы вельбарской культуры. Никакой преемственности, никаких контактов между ними не наблюдается.

Пояснение даёт Иордан:

Тотчас же без замедления подступают они к племени спалов и, завязав сражение, добиваются победы. Отсюда уже, как победители, движутся они в крайнюю часть Скифии, соседствующую с Понтийским морем…

Уже отсюда готы начали нападать на обе части Римской империи, не делая между ними различия. В процессе вовлечения в это выгодное дельце разных местных и соседних племён здесь, на землях нынешней Новороссии, сложилась черняховская культура. При этом, что характерно, она не вытесняет вельбарскую, а включат её в себя в качестве составного элемента. То есть таким образом вельбарские технологии остаются готским национальным признаком, а вот черняховская кульутар является неким "имперским" признаом, общей надэтнической технологией включённых в готский рейх народов.
Так и жили – как и другие германцы вдоль лимеса. Когда было удобно, нападали на римлян. Когда те давали сильной сдачи, затихали – покуда следующее поколение бойцов не вырастет, которое будет в состоянии выступить в набег, мстя за отцов. Когда-то и замирялись, за дань, подарки или за статус федератов-пограничников.
Tags: Русские среди славян
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments