Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Русские среди славян

Ну, а тем временем на смену предыдущей эпохе пришёл так называемый германский железный век, ГЖВ (400—800 гг. н.э.). Это время, когда выяснилось, что германцы, в общем, сами себе подкузьмили со своим Великим переселением народов.
Почему так?
Ну, во-первых, это в переносном смысле – подкузьмили. Никто сознательно решений о переселении народов не принимал. То есть сами решения были, разумеется, осознанными, но вот к ним людей толкала масса объективных и субъективных обстоятельств. Шли, скажем, пограбить римлян – а в итоге переселились к границам империи в качестве федератов.
Во-вторых, оказалась в итоге одна неожиданная вещь: грабили римлян, грабили, а в процессе и Западную Римскую империю ухайдокали. И оказалось, что грабить стало некого и нечего! Разве что своего же такого же германца, с которого много не возьмёшь. Это тебе не Рим захватить и неделю его вандализировать! А Восточная Римская империя оказалась орешком твёрдым: и перед совокупным натиском германцев и гуннов устояла, где силою, где хитростью, да к тому же её остатки гуннской орды со стороны германцев окружили. Самой-то ей не страшные из-за слабости своей, а вот для германцев – реальная опасность: бедные и злые, но стреляют хорошо.
А в-третьих сработало обстоятельство ожидаемое: истощили себя германцы в пятивековой войне с Римом. Когда практически в параллель климат начал ощутимо портиться (похолодание одновременно с увлажнением с конца 400-х до начала 600-х годов; событие Бонда I оно называется), а германским племенам пришлось (иначе и не скажешь) занимать провинции рухнувшей Западной империи и начинать образовывать там свои варварские королевства, - оказалось, что демографического потенциала на всё и не хватило! И тогда с востока на них надвинулись новые народы – славянские.
Точнее, так.
Как мы уже знаем из книги "Славяне до русских", славянские племена формировались не из единого корня, а на базе нескольких этнических, культурных, технологических и генетических элементов. Не из единого ствола, и даже не из куста с одной корневой системой, а как рисунок калейдоскопа – из разных камушков, слившихся под влиянием обстоятельств в один узор.
Хотя даже это не совсем правильно. Правильно будет: образовавших несколько узоров. Связанных где общностью происхождения, где миграциями, где внешними завоеваниями. А где и вовсе ничем не связанными, кроме языкового заимствования.
Скажем, один узор – венеды. Балты и финны до сих пор русских зовут "венэа" или "венаа". Значит, общались. Где и когда? А только там и тогда, где ещё кельты-венеты из поморской и далее с территории Польши стали под давлением климата и соседей распространяться на восток, в леса, где стали сливаться с тамошними аборигенами – носителями гаплогруппы R1a-Z280. Очень возможно, кстати, что с этого смешения началось размежевание между будущими балтами и будущими восточными славянами: балты, как мы видим по их генетике, - этнос, где примерно в равной доле присутствует "славянская" R1a и "финская" N1с. Если исходить из грамотного (по генетической линии) замечания модератора под ником mouglley с форума "Молекулярная генеалогия" -

- Просматривая имеющиеся в наличии гаплотипы N1c1 с 67-ю маркерами, можно вполне уже выделить ветку балтов - тех, кто ведёт свой род из племён пруссов, литовцев, латтов.
Это - 111 гаплотипов из имеющихся в наличии 664 гаплотипов N1.
Ветка чистая и выверенная - инородных влияний нет. Все потомки ведут свой род с территории от Гданьска (Данцига) на западе до нынешних Балтийских стран на востоке.
Их (точнее наш) общий предок жил 2575+-75 лет назад.
500-650 год до н.э.
С учётом того, что похожие гаплотипы у людей, ведущих своё происхождение из других мест, не имеются, я делаю заключение, что где-то в эти сроки один из родов Comb Ceramic Culture вошёл в одно из племён Corded Ware culture, причём в соотношении 50/50.
(http://forum.molgen.org/index.php?topic=268.0) –

- то как раз это и получается.
Только, разумеется, род этот был не из культуры ямочно-гребенчатой керамики, носителями которой были дофинноугорские палеоевропейцы с R1a, и закончившейся, кстати, за 2 тысячи лет до нашей эры, а из волны тех самых уральских носителей N1c, которые в своё время повырезали как раз носителей той самой культуры ямочно-гребенчатой керамики. Но ничего своего не привнесших, поскольку были обычными таёжными охотниками, но усвоивших элементы ЯГК, фатьяновской и поздняковской и сложивших из них культуру сетчатой керамики.
И вливаться в это время они могли только в население поморской культуры – то есть всё в тех же венедов. Отсюда понятно и то, отчего в балтских и финских языках русские зовутся "венедами": вот с того самого контакта и пошло.
Тем более что и географически античные авторы фиксируют венедов там же, на "финском" пограничье:

Венеты, бродящие ради грабежа между бастарнами и феннами...

И даже после культурного и этнического смешения генетических "финнов" и "славян", которое и породило нынешние балтийские народы, ведущим понятием для этнической характеристики соседей так и осталось финское слово, взятое от венедского самоназвания.
Кстати, да: ещё раз на этом примере видим, что венедами назвали себя сами носители поморской, подклёшевых погребений, пшеворской культур. По крайней мере, той части их населения, которая вела род от гальштатских оккупантов, что в XII веке до н.э. вторглись на территорию тшинецкой и унетицкой культур и стали одним из составляющих элементов лужицкой культуры. От которой и пошла поморская. Круг замкнулся.
Почему оккупантов? Да очень просто. Во-первых, кельты были просто развитей культурно и военно. И раз они в местные культуры не просто влились и исчезли, растворившись, а заставили их превратиться в нечто новое, - значит, неким образом контролировали ведущие позиции в обществе. То есть – были элитою. Во-вторых, только элиты могут навязать свою религию и язык. А следы и кельтского языка, и кельтских религий мы, как я уже упоминал, в здешних культурах находим. В-третьих же, только сравнительно небольшая, но элитная группа оккупантов, а не полноценно переселившаяся общность может в конце концов раствориться в местном населении генетически и лингвистически.
Но как бы то ни было, венедский узор – один из ключевых в общем наборе славянских узоров. Потому что как ни сложно он начинался, ещё сложнее он продолжался. Этот вопрос был рассмотрен в предыдущих работах этого цикла, но вкратце напомню.
На протяжении тысячелетий из родственных этому протобалтославянско-венедскому континууму культур при новых и новых нашествиях из степи в их леса уходила часть населения. Соответственно – квантовый синтез, рождающий на перифериях этого мира новые и новые культуры. Кем их считать? – предками славян? Да, но часто они вовсе не участвовали в синтезе достоверно славянских народов, а оставались либо в стороне, либо кончались раньше, чем можно говорить о славянах вообще.
Второй узор – люди киевской культуры. Тоже кратко, ибо о ней тоже говорилось в предыдущей книге.
Киевская культура возникла как постзарубинецкая. Но не так просто. Сначала возникла зарубинецкая. Как квантовый синтез интервентов из ясторфского пограничья с местным скифо-пахарским населением.
Но часть, в этом синтезе поучаствовать не желавшая, подалась в леса, в венедский (назовём так для простоты, помня, что подразумеваем весь протобалтославянско-венедский континуум) мир. Соответствующим образом изменив и его.
Далее на зарубинцев обрушились сарматы. И теперь в венедские леса побежали они. Наука буквально видит уже, как происходил новый этап квантового синтеза:

Почепская культура сформировалась в I веке нашей эры из синтеза элементов юхновской и зарубинецкой культур в результате переселения в Подесенье потомков зарубинецких племён из Среднего Поднепровья.

Аналогичным образом появились тогда ещё несколько групп, в частности:

Не без их воздействия происходит в это же время трансформация днепро-двинской культуры в среднетушемлинскую, появляется небольшая примесь чернолощёной керамики и сосуды с насечками по венчику, что характерно для «памятников киевского типа». Местные днепро-двинские традиции, впрочем, тоже сохраняются.

А потом жители, которые пережили и вторжение бастарнов, и их исчезновение под воздействием сарматских клинков, и плюс эмигранты, начавшие возвращаться из состава венедских "разбойничьих шаек", и создали на прежней родине киевскую культуру.
Она, в свою очередь, пережила вторжение готов – именно пережила и стала жить в контакте с их черняховской культурою. Причём контакт явственно носил характер враждебно-подчинённый: не чистая оккупация, но что-то вроде колониального подавления.
А часть опять ушла к венедам, которые, со своей стороны, оказались чем-то вроде тыловой поддержки для киевцев.
Затем пришли гунны, уничтожившие черняховскую культуру, а вместе с нею – и киевскую. Куда рванули киевцы? – правильно, в венедские леса.
А затем распалось и гуннское протогосударство, и стало вообще всё плохо. Остатки гуннской орды, превратившись в не знающие ни закона, ни милосердия шайки, рассыпались не только по степи и лесостепи, но и стали наводить террор и в лесном пограничье.
А тут ещё и климатическая беда: в конце IV – V веках стало вновь холодно и влажно. Так что польское Поморье перестало быть местом, подходящим для жизни, а на месте Полесья разлилось одно большое болото. В это время исчезла пшеворская культура, очень сильно пострадали разные культуры венедского континуума, которые всё больше начали склоняться к тому, что археологи определяют как балтские признаки. То есть венеды всё сильнее эволюционировали в балтов, в то время как классический славянский вид принимали потомки киевцев. А те отмигрировали от такой жизни аж на средний Дунай, где мы обнаруживаем появление первой достоверно славянской культуры – пражско-корчакской.
Впрочем, отмигрировали – не совсем точную даёт картинку. На деле носители этой культуры растянулись этаким языком на пространстве от среднего Дуная до Волыни. Но, собственно, это ничего не меняет по существу: с формальной точки зрения именно эти люди и являются славянами.
Но! От киевской культуры ответвились и другие пост киевские культуры – пеньковская и колочинская.
Колочинская – новый вариант синтеза эмигрантов с реэмигрантами: киевские беглецы совместились в лесах с теми, кто в своё время бежал в ареал юхновской культуры, и теми, кто образовал почепскую культуру. Это – славяне? Или славяноязычные? А потом эта культура перешла в волынцевскую, которая отождествляется с летописными северянами. Которые, в свою очередь, стали смесью здешних родов с эмигрировавшим из Болгарии достоверно славянским племенем северян же.
Зато пеньковская – вроде бы братская, от тех же отца-матери – привязывается учёными к племени антов. Которые были в некоей явно не враждебной ассоциации с гуннами и вместе с теми дорезали носителей черняховской культуры. И антов со славянами различают как все современные им источники, так и археология: анты тоже дошли до Дуная, правда, нижнего, и там образовали уже ипотешт-киндештскую культуру.
Зато говорили, как свидетельствуют источники, со славянами на одном языке…
Наконец, третий узор – суковско-дзедзицкий. Он возникает в том же V веке в междуречье Эльбы и Вислы в результате контакта и взаимодействия уцелевших носителей пшеворской культуры (можно сказать и так – западных венедов, в делах восточного венедского континуума участия практически не принимавших) и проникавших в регион носителей пражско-корчакской культуры. Именно они и начали занимать места, некогда плотно обсиженные германцами.
И вот как это происходило, видно по результатам раскопок:

Славянскому поселению здесь предшествовало германское... Датируется это поселение первой половиной VI в.
Славянское население основало своё поселение около середины VI в. на другой стороне небольшого оврага. Оно функционировало в течение второй половины этого столетия.
Какое-то время славянские и германские постройки существовали одновременно, занимая разные участки поселения. Очень скоро началось взаимодействие между этими этносами, о чем свидетельствуют находки славянской керамики в некоторых германских жилищах и, наоборот, в славянских полуземлянках – глиняных сосудов с германскими особенностями. Черты смешения наблюдаются и в домостроительстве…
В последующее время германские элементы на поселении Бржезно уже не проявляются.

Это речь шла о поселении в Богемии, но понятно, и в других германских поселениях происходило то же самое: никто никого не убивал, никто никого не выгонял, - но славяне германцев как-то поглощают, растворяют. В итоге кто, какой этнос появляется? Славянский? Славяно-германский? Славяноязычный?
Вот последнее, видимо, и будет наиболее верным определением.
Потому что не было и нет одного славянского народа. С самого начала было несколько линий потомков ямной общности. Которая и сама, как мы помним, была неоднородной ни этнически, ни генетически. А далее эти линии развивались крайне извилисто и не одномерно: разливались по пространству, сливались с другими линиями, сливались со своими родственными линиями, разделялись внутри своей линии, исчезали, превращались в другие этносы, восстанавливались из других этносов и т.д. и т.п.
Нет у славян единого предка. Как и у германцев. Как и всех прочих народов. Если не считать того общего африканского "Адама".
Так чтив дальнейшем термин "славяне" будет употребляться в соответствии с вышесказанным. И когда он будет употребляться в обобщённом смысле, всегда надо иметь в памяти, что речь идёт не об одном народе, и не о потомках одного народа, а просто о разных славяноязычных этносах, иногда близких по происхождению, а иногда далёких.
Потому что мы как раз и вышли на тот кусок истории, когда шведские (в будущем) предки мои вошли во взаимный контакт со славянами (в том самом обобщённом смысле).
Tags: Русские среди славян
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments