Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Categories:

Игра в мячики на большой скорости

Чёрный автомобиль оттолкнулся от обочины мягко, словно мячик. Оттолкнулся и наискось пошёл за Матвеем. Чуть спереди отъехала вторая машина, тоже с литовскими номерами. «Коробочка» была классической...
Та-ак, приехали.
Но не на таковского напали, решил Матвей тут же, утапливая педаль газа в пол. Разбираться с вами прямо здесь я не собираюсь. Вот добежим до Орши, а там видно будет.
Жалко, не хватало времени взять трубку и позвонить ребятам, чтобы встретили. Давно ведь говорил себе, голова садовая, что надо эту штучку на ухо купить, с микрофоном, чтобы говорить, не отрывая руки от руля. Хотя… всё равно - номер-то набрать тоже сейчас некогда. Руки от руля уже не отпустишь…
Кто бы это мог быть? – плавал вопрос по краю сознания. Вроде бы давно всё успокоилось, мы никому на мозоль не наступали, на нас никто не наезжал. С «крышей» вопрос давно решили, хорошая «крыша», «красная». И годы уже не девяностые…
Недавно, правда, казаки какие-то нарисовались. Но после разговора за «рюмкой чая» всё поняли, откланялись вежливо и ушли.
Так что не то. Поднимать тему вновь они бы сейчас не стали.
Матвей всё прибавлял и прибавлял газу, стараясь успеть набрать скорость до пересечения курсов и возможного столкновения. Это только неопытные водилы при угрозе со стороны соседнего агрессивно ведущего себя автомобиля стремятся притормозить. А то и остановиться. И попадают на проблемы. Но Матвей был водителем опытным. Ещё в девяностые занимался перегоном машин через Польшу и Белоруссию, так что в подобных переделках побывал. И прекрасно знал: доберёшься до ста шестидесяти – ни один мазурик не осмелится совершать рядом с тобой сложные манёвры. Тут малейшая неправильность при повороте руля может стоить головы.
Нападавшие, похоже, тоже знали этот принцип. И передняя машина стремилась придавить его, не дать ни скорости, ни пространства, в то же время чутко реагируя на все его движения.
Тем временем сзади-справа неумолимо приближалась тяжёлая чёрная «бэха».
«Коробочка» становилась всё более тесной.
Так, решил Матвей. А вот сейчас я вас буду наказывать.
Холодок опасности заставлял пузырьками закипать кровь.
Снизив под давлением передней машины скорость до 110 километров в час и уже видя справа, как пассажиры «бээмвэшки» машут ему руками, делая знаки остановиться, он переключил рычаг своей типтроники на ручную передачу. Быстро передёрнул на третью – и буквально прыгнул вперед, за секунды разогнавшись до ста пятидесяти, хищно нацеливаясь на левое переднее крыло первой машины преследователей.
Это старый, но верный способ: противник либо не выдерживает психологически, либо ты, пожертвовав правой накладкой бампера, закручиваешь его вокруг оси.
Главное — не переборщить, чтобы не вмазаться слишком глубоко, иначе и сам закрутишься вместе с ним...
...Психология сработала: передний «дух» резко шарахнул по тормозам и увернулся от столкновения. Был вынужден затормозить и второй. Матвей же тем временем вырвался на простор, гоня стрелку спидометра к 180.
Ничего не было ещё решено. Это он знал. «Бэха» – машина мощная, она его снова догонит. Единственная гарантия – держать высокую скорость, чтобы им было сложнее снова зажать его.
Но Матвей запомнил, как они затормозили...
Надо же… Когда не нужны менты – они тут как тут. А вот сейчас – ну хоть бы один! За помощью к нему обращаться, конечно, бессмысленно, - но можно проскочить на скорости, чтобы он бросился к рации и поднял более серьёзные силы. Будут злиться, конечно, на капот положат, но там уж как-нибудь разберёмся.
Да, но это тоже – ежели менты не в доле. А то ведь примут, а потом этим, неизвестным преследователям дружески и передадут…
Что же это такое, лихорадочно продолжал размышлять Матвей, ловя в зеркалах манёвры чужих машин. Кто? Что не так сделал? Чей интерес на себя обратил?
Оп-па! Интерес!
Да! Интерес к нему проявляли и до этого.
Сначала прислали пару писем по емэйлу, с вопросом-предложением, не хочет ли он хорошо заработать на своем бизнесе, выгодно продав его.
Матвей не хотел. Слишком много лет он занимался чёрт-те чем, дабы лишь заработать лишнюю копеечку. Которая, как только ты её заработаешь, исчезает в неведомые копейкины дали ещё до того, как ты сообразишь, как её с толком потратить. Чего только не делал! И машины перегонял, и палатку открывал, и фирму строительную создавал, наивно гордясь, что он, Матвей, называется теперь «генеральным директором»…
Даже в Чечню съездил, «боевых» подзаработать.
Нет, жил он, по смоленским масштабам, – грех жаловаться. Пока хватало энергии и возможностей, позволял себе даже в одиночку содержать семью, давая жене не работать. Собственно, работы у той просто не было – спрос на музейных служителей практически исчез. А переквалифицировать в кассирши… Это она попробовала разок. Через три месяца на неё навесили материальную ответственность, а ещё через месяц спросили за какую-то уж очень невероятную недостачу.
Матвею тогда даже пришлось обращаться к друзьям по Чечне, чтобы помогли призвать к порядку зарвавшихся хозяев.
Помогло. Расплющенный по стене охранник да сдвоенный удар ладонями по ушам генеральному директору – очень болезненно! – убедили руководство фирмы в ошибочности своих действий. Подкрепили это убеждение два развороченных компьютера – самого генерального и главного бухгалтера, хард-диски которых нашли себе новое пристанище в сумке одного из визитёров. Они ж не отморозки какие, угрюмо скалясь, сообщил он. Они за справедливость. Вот изучат финансовые документы компании и точно скажут, кто прав, кто неправ в этом досадном расхождении во мнениях. А с ответом не замедлит явиться местный УБЭП, где служил один из «чеченцев».
УБЭП не явился, что, впрочем, стоило фирме-шакалу достаточно круглой суммы. Очень круглой – причитающуюся его жене «за обиду» часть они даже смогли вложить в ту самую строительную фирму.
Тем не менее это были разовые удачи, Хотелось чего-то поосновательнее. Стабильной работы со стабильной зарплатой. Чтобы что-то капало на пенсию.
Здоровьишко, опять же, - требует. Незаметно подкатила старость. Уже не тянет к выпивке – нет в ней теперь того вкуса, как в юности. Да и чтобы заиграла она внутри, надо выпить очень много – и, значит, следующий день провести в тошноте и в ожидании мстительных протестов печени…
Уже, честно говоря, и от женщин нет той радости, что в молодости…
В общем, возраст подступил…
А стабилизация, между тем, происходила в стране, а не у него. Бурная вольница начала и середины девяностых всё больше закостеневала. Вокруг всё меньше места находилось для самостоятельных, мелких строительных бригад, автосервисов в собственном гараже и одиночных продовольственных палаток, кормящих лишь хозяина и двух продавщиц с Украины. В городе всё больше появлялось крупных фирм – и филиалов крупных фирм – которые, впрочем, хорошо платили только своим высшим менеджерам. И требовались там не опытные, тёртые в поиске собственного куска хлебы мужики, а образованные лощёные клерки. Выпускники вузов по специальностям, значения которых и со словарем не поймешь… Мерчендайзинг, м-мать!
Так что когда его общие знакомые связали с Серебряковым – случайно практически, - он сразу согласился с предложением открыть здесь, в Смоленске, представительство фарфоровой фирмы. Работа была стабильной, постоянной. Доходы можно было надёжно прогнозировать. И это была уже не палатка.
А дальше Матвей постепенно оброс и другими делами. Притулился к нему магазин автозапчастей – взял в нём долю. Открыл прилавок автосувениров. К сувенирам кое-какие заказчики от магазинов потянулись. В общем, можно жить!
Правда, пришлось уже по-серьёзному – не мент с санврачом прикормленные - выходить в острый мир отношений с государством. Но постепенно и тут всё наладилось. Друг из УБЭП помог. Отыскались общие знакомые – город-то небольшой, - с чиновниками сошлись, договорились об интересах…
И потому непонятен был Матвею вот этот вот «наезд» на трассе. Вот уж действительно – наезд!
Но что ни думай, а надо биться, ибо налётчики не отставали.
На ста шестидесяти неизвестные понемногу начали снова настигать его. Это пока не страшно. На ста шестидесяти только дурак осмелится кого-либо зажимать - на такой скорости любое неверное движение может стоить жизни.
Он дал им себя нагнать.
Правый автомобиль снова поравнялся с ним, задний подобрался почти под бампер. Сигналят.
Матвей чуть придавливает педаль газа ещё, дожидается, пока задний снова начинает его подпирать, и на мгновение прикасается к педали тормоза. Нет, не для того, чтобы остановиться — просто хорошо настроенная «лягушка» тут же зажигает красные фонари.
Водитель, что сзади, рефлекторно бьёт по тормозам, и его начинает заносить. Некогда за ним наблюдать, Матвей только успевает заметить, как тот дёргается, пытаясь удержать машину.
Теперь надо быстро рыскнуть чуть вправо, чтобы сбить с дороги второго. Манёвр рискованный. Его стоит проводить тогда, когда у тебя наступает убыстрение сознания. Опытные водители, особенно автогонщики, знают, что такое бывает в критических ситуациях. Тогда ты соображаешь и реагируешь настолько быстро, что всё вокруг кажется тебе замедленным.
Однако сейчас это спасительное чувство к Матвею не приходит. Всё происходит так быстро, что руки сами дергают баранку туда-обратно. Его машина сваливается вправо и начинает ёрзать по дороге — но держится, держится, держится, милая! Зато тот, что летел справа от него — ему бы прямо держать, и он бы противника «сделал»! — тоже отваливает. Но резко, слишком резко. Слышится удаляющийся визг тормозов, хлопающий звук удара об ограждение трассы, и чёрный автомобиль замирает у обочины, подняв к небу мятую лысину капота. Второго выносит на разделительную полосу, и он нелепо прыгает по газону, круша свою подвеску и кроша зубы пассажиров...
Вот только Матвей рано радовался. Словно из воздуха – ведь не было же никого на трассе! – прямо перед ним материализовалась третья машина. И подставила ему левое крыло…
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments