Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Затерянные в истории. Война с людьми. Жих и Мухло

Шли, впрочем, не очень долго. С час, наверное. Солнце, до того изредка проглядывавшее сквозь кроны деревьев, окончательно скрылось за занавесью леса, и небо начало заметно сереть. По ночам разумные люди по лесу не ходят, если не война, и вождь, наконец, указал на место привала. Хорошая полянка, чистая и достаточно просторная, чтобы некие злые неандертальцы могли незаметно подобраться к спящим охотникам.
А Сашка очень надеялся, что друзья его не оставили.
В приготовлениях отряда к ужину и ночлегу он участия не принимал. Невместно богу, решил мальчик, с наслаждением вытягивая гудящие ноги. Присутствующие, похоже, возражений не имели: поглядывали изредка, но недовольства не выказывали.
Довольно споро – и не подумаешь ведь, что так возможно с каменным-то топориком! – нарубили дров для костра, откуда-то приволокли тушу оленя – когда успели его добыть, Сашка не заметил, - освежевали и разместили куски мяса на здоровой палке, которую и подвесили над огнём. Здорово у ребят получалось, походники из них отличные вышли бы! Не говоря уже о том, как они быстро огонь добыли. Без всяких камней-кремней: вставили палочку в дырку на похожей на кораблик дощечке, захлестнули петельку из кожаной верёвочки, вжикнули пару-тройку раз – и нате! Пополз дымок над травкой, а там уж и веточка загорелась…
Эх, чайку бы горячего! Как они тут, интересно, воду подогревают? Горшков-кастрюлек у охотников нет…
Но когда от костра потянуло запахом поджариваемого мяса, чай мальчику не понадобился: рот наполнился таким количеством слюны, что хватило бы, пожалуй, не целую кружку. Хотя, чего доброго, вдруг решат, что богу мяса не положено?
Но нет, не подумали. Вождь самолично откромсал от бедра этого то ли оленя, то ли косули, то ли вовсе антилопы роскошный шмат и протянул его Сашке. Причём перед этим благородно насадил его на заострённую палочку, чтобы, значит, гость руки не обжигал. Культурный. А ещё, говорят, вилки только чуть ли не при Петре Первом изобрели…
Мясо, конечно, могло быть и получше. В данном случае у местных кулинаров получился стейк с кровью. Снаружи замечательно подрумянившийся, но внутри всего лишь горячее, но всё же сырое мясо. Но самое главное – без соли! Чёрт, при всём своём голоде уже после трёх-четырёх первых кусов Сашка вдруг почувствовал позыв к тошноте. Желудок решил возразить против непривычного вкуса. Но остальные части организма рявкнули ему «Цыц!», и пища пошла по назначению.
Но насчёт соли что-то надо придумать. Сдабривать пищу золой из костра было как-то стрёмно. Всё равно что землю есть.
После еды потянуло в сон. Правда, на голой земле было неудобно, да и голову положить не на что. Но выбирать не приходилось – спальных мешков тут не придумали, да и сделать их было бы не из чего. Разве что шкуру козы этой использовать, что валяется вон подле костра. Да тоже как-то… неудобно, что ли. Только что ведь животное бегало себе, травку жевало, веселилось под солнышком. А его съели. И хотя за последние несколько дней ему и самому приходилось охотиться и убивать – а уж то мясо того динозавра съесть вообще песня и подвиг воина! – всё ж Сашке претило воспользоваться ещё, казалось, хранившей часть жизни шкурой этой неизвестного рода косули.
«Под голову кулак, а бока лягут и так», - вспомнилась вычитанная в какой-то книжке поговорка солдат. Что ж, выбирать всё равно не приходится. Не подойдёшь же, не заберёшь шкуру себе. И не объяснишь, что хочешь с ней делать и по какой причине поягаешь на общественную добычу. «Нет, надо плотненько заняться их языком», - эту мысль он ещё успел додумать.
…Снились Сашке кошмары. Видерда был тут как тут. Обычно весёлый, тут он почему-то зло тряс за шкирку Жиха – довольно-таки гнусного мальчишку из параллельного класса. Жиха они однажды застали за воровством из карманов в раздевалке и крепко поучили. Причём инициатором был Олег. Он же стал и главным исполнителем гражданской казни: держал Жиха за шкирман, выслушивал его жалобные клятвы «больше никогда» и макал в лужу лицом. Затем снова поднимал, требовал очередных извинений и макал снова.
Но тогда все получали удовольствие, а в этом сне добряк Видерда был не похож сам на себя. Он снова тряс Жиха за воротник, Но при этом не макал его в грязь, а отрезал от тела куски невесть откуда взявшимся каменным топором. При этом говорил какими-то загадками, требуя отгадать что означают слова «Туга-Буга» и «Мухло». А на любой вариант разгадки страшно злился и снова наносил удар несчастному Жиху. Потом Видерда медленно трансформировался в здешнего вождя, оскаливался и шипел Сашке: «Зарэжу, зарэжу, если не скажешь, что Мухло – немец…»
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments