Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Categories:

Затерянные в истории. Война с людьми. Бракосочетание

Бракосочетание прошло, по законам гор, замечательно…
В процессе приняли живейшее участие вида Да и вождь Яли. Второй вождь Ваху со своей бандой ограничились наблюдением со стороны.
Вида Да выбрал невесту. Ту самую девчонку по имени Вамано – так оно правильно звучало. Договорился с её родителями. Тут нужен был выкуп, и дед, как покровитель, отдал им какую-то ценную каменюку и пообещал ту самую свинью, которую сразу же добудет зять.
Со своей стороны, родители невесты обязались предоставить молодым отдельно стоящее жильё. Выглядело это жильё набором шкур. Несущие конструкции – длинные ровные палки – Саша должен был сам нарубить в лесу.
Работать с каменным топором его учил один из присных виды – забавный шепелявый парень. Сашке, и без того, естественно, не успевшему освоить язык аборигенов в совершенстве за эти несколько дней, было крайне тяжело понимать этого «фефеку». Звали его Дули. Почти Дулитл, ага.
Да и обращаться с каменным топориком было на редкость непривычно. На даче-то Саша, бывало, баловался колкою дров для камина. Но именно – баловался: под контролем отца и так, не по-настоящему. По-настоящему не получалось. То по дровяшке не так попадал, то, попав, разрубить не мог.
А тут техника вовсе непривычная была. Тут не рубили, а, скорее, резали. Камень на палке был изделием капризным, как влитой на топорище не держался, вес в нём распределялся непонятно как. Следствием было то, что в одно место дважды не попадёшь при ударе. Так что основным умением лесоруба было за два-три удара нащупать структуру волокон дерева, а дальше уже больше расщеплять, нежели рубить.
За приготовлениями же к свадьбе Сашка наблюдал с совершенно отстранённым интересом. Так, будто не его всё окружающее и касалось. Словно он тут был космонавтом, наблюдающим быт аборигенов на новооткрытой планете. Будто и не ты там внизу возишься, каменный топор осваиваешь, что-то там говоришь, что-то делаешь, - а некто сторонний. За которым крайне прикольно наблюдать. Вот его ведут к невесте – показывать приданое. За делегацией, как водится, тащится толпа из половины жителей посёлка. Смущённую Вамано демонстрируют жениху, потом отправляют в тёмный угол – есть и такой в круглом в плане жилище. Затем демонстрируют платье замужней женщины. Девчонкам незамужним платья не полагается, они и бегают до свадьбы в одних юбках. Несмотря на то, что у более взрослых что-то даже появляется на груди. Вон как у Вамано – два кукиша торчат. Никто не стесняется. Сашка тоже уже перестал. Хотя обращает внимание, чего уж…
Затем его тащат в другое место. Здесь попечением виды Да для мальчика изготовлено новое копьё. Брать его пока рано, получит он оружие, когда будет принят в воины. Но потрогать, прикинут по руке – это пожалуйста. Это даже необходимо.
И так далее. Торопится вида Да, нужно ему представителя дружественных покойничков на весы внутриполитического расклада в племени бросить. Хотя, к примеру, сам бы Сашка не торопился это делать. Вон какие многозначительные взгляды бросает на него второй вождь. Опять же после столкновения в воинской избе дружелюбие его по отношению к пришельцу не выросло.
Сашка тогда, как обычно, занял то место, которое выгрыз себе в самый первый день – возле вождя Яли, но независимое. Ваху, в отличие от других вождей, не стерпел, что некто покойничек занял позицию не по праву. Шипел и плевался, высказывая своё мнение по этому поводу. Даже попытался стащить Сашку со спорного места. Тот не дался, засадил Ваху пяткой по голени, вскочил на ноги и достал нож. В первый раз за всё время – боялся, что дурачки местные всё же разгадают секрет, куда прячется и откуда появляется «острый камень». Но тут всё вышло быстро, на автомате. Нащупал в кармане нож, зажал в ладони так, чтобы собственные пальцы не мешали споро открыть лезвие, выхватил, поддел ногтем – и вот уже стальное остриё хищно скалится прямо в лицо второму вождю. Главное – самому Сашке страха не показать, чтобы рука не дрожала. Так что он и сам скалился под стать ножу.
Удивился Ваху – действительно удачно получилось: откуда ни возьмись появилось оружие, да так вдруг, что действительно задумаешься о том, чего только не умеют эти мёртвые белые предки в полях небесной охоты. Ну, а дальше вмешались Яли, Да, другие вожди. Отстоял Сашка среди них своё место. Несмотря на то, что по местным канонам даже приближаться к воинскому чуму не имел права. Удачно попал в политическую трещину между местными силами, что называется. Но надо быть осторожным и сильно везучим, чтобы они тебя в этой трещине не раздавили…
Вот вида и старался. Совсем ведь другой расклад, если покойничек с ножичком по праву одним из вождей официально станет. И в то же время как маленький вождь останется под попечением айятоллы Да. Потому и свадьба была намечена так скоро, несмотря на то, что девочка Вамано с прыщиками вместо груди была для невесты маловата даже по местным меркам. Впрочем, по поводу зрелости пришельца тоже никто иллюзий не питал. Но что делать: у мертвецов свои забавы, коли прислали уганам не мужа, но мальчика.
Приготовления к свадьбе поэтому шло полным ходом. Родственники невесты принялись за работу - они стали расшивать кожаными узорами будущее платье невесты. Любопытное зрелище – костяная игла. Даже, вернее, шило. Которым сначала делают дырки, а уж затем в них вплетают узкие ремешки. Церемония происходит под тем самым навесом, где обычно происходит приготовление пищи, - он является неформальным «женским домом». Теперь он переполнен подругами, сёстрами и помощницами, которые болтают без умолку, время от времени поглядывая на держащего независимый вид жениха. Не хихикают по-девчачьи, и то ладно…
На следующий день начинается сам обряд. С того, о чём уже рассказывал шепелявый Дули. Утром всё женское население отправляется к ручью, протекающему недалеко от деревни. Тут подруги моют невесту, причёсывают по-женски и наносят специальную ритуальную окраску на обнажённое тело.
Рисунок на теле женщины напоминает оперение всё тех же чудесных птиц, которые, согласно легенде, не трогали народ уламров, когда звери ополчились на него. Символика…
Здесь у жениха появляется первая собственная задача: он должен вооружиться палкой и отгонять от ручья тех из парней, кто желал бы подглядеть за женским таинством. В обычной жизни, как уже заметил Саша, тут мало уделяется вниманию тому, обнажён кто-то или нет. Одежда – это не прикрытие, а вывеска: вот у меня какие узоры, вот он, значит, кто таков я, что я сделал и чего от меня ждать. Ту же роль играет раскраска на теле. И татуировки. Но что Сашке, что его будущей жене их ещё только предстоит сделать – после свадьбы вида Да лично обозначит новый статус молодёжном нестираемыми знаками. Зато в этот день молодые парни должны прорываться мимо жениха поглазеть на его невесту в голом виде, а то, соответственно, обязан уже начинать обозначать свою собственность на неё. И охаживать охальников палкой. Не до крови, правда, а то будет драка – за кровь своему тут нужно отвечать кровью.
Конечно, как рассказали Дули с Да, все эти подгляделки – обычно не более чем игра, которую и затевают больше друзья жениха, подставляя свои спины под его палку. Ибо отношения собственности на женщин тут довольно тонкие, есть риск переборщить с игрою, огрести по-полной, сорвать свадьбу, умереть на поединке, получить пятно на род и так далее. Но в старину, говорят, всё было по-настоящему, а тот, кто дотронется до невесты в ручье или реке, сам мог стать её мужем. Иногда таким правом пользовались и сегодня – но это когда на девушку есть два претендента, семьи между собою не договорились или один из претендентов уж слишком настаивает на своём праве на чужую невесту.
В этот раз такого не будет, заверил Да. Вамано назначена Саше, а роль «дружка для битья» сыграет Дули-Дулитл. Будет специально шумно просачиваться, чтобы Сашка его увидел и горел палкой. Но не до крови! – ещё раз повторил вида.
Когда всё началось, Сашка впал в настоящий ступор. Нет, Дули он палкой огрел, и на голеньких девчонок в ручье мельком сам поглядел. Но дальше ощущение дикости происходящего заполнило его настолько, что он и в самом деле практически вышел из своего тела. Это его тело куда-то вели, тоже обмазывали всякой фигнёй, призванной символизировать что-то там. Это его тело ставили рядом с посторонней девчонкой, заставляли что-то повторять. Это его тело наблюдало, как девчонка развязывает шнурок девичьей юбки, та падает к ногам, обнажая то, от чего взгляд не отвести… но надо отвести, потому что надо взять в руки женское платье и надеть на теперь уже свою жену... А потом она взяла специальную палочку для выщипывания волос и начала «брить» мужу подбородок. Где бороды, конечно, не было, но обычай есть обычай: жена должна доказать, что владеет искусством «брить» спутника жизни чисто и безболезненно.
А вокруг ритмично ухают, восклицают, топают, взвизгивают и пляшут.
Вот, блин, «Сеньор Робинзон»! Не заставят ли, как в том фильмике, ещё и заниматься «этим», о чём там девки за гаражами рассказывали, на глазах у всех?
Но нет. Сперва жених должен принести свою добычу в дом невесты. После этого удовлетворённая семья окончательно отдаёт свою дочурку-кровиночку в чужой дом.
Почему этого не делается заранее, Дули не знал, а Да не говорил. Так предки делали – и весь сказ. А что будет с невестой, ежели жених не добудет зверя? Тоже по-разному, был ответ. Если совсем всерьёз, то в таком случае жених из мужей возвращается обратно в статус мальчика. Теоретически у него есть шанс попробовать позднее жениться на другой. Но практически его обрекают на презрение, и сам отец невесты – новой невесты – отказывает такому претенденту. Такое, кстати, бывало в старину, когда стало жарко, и зверь почти ушёл. Но тогда и женились рано.
- А невеста? – спросил Саша.
- А невеста чего? - удивился тогда Дули. Должна сидеть на пороге своего дома и ждать возвращения жениха с охоты. И не есть ничего, кстати. Хоть неделю. Такое тоже бывало, рассказывали старики, когда зверь ушёл, и уламрам пришлось уходить за ним.
- А если жениха того – зверь порешит?
- Другие охотники вернутся – расскажут, - был ответ. – Тогда невеста снова свободна.
«Дурь какая-то», - пришёл к выводу Сашка.
Но на сей раз так и вышло. Вамано судьба уготовила снова стать свободной. Правда, не из-за того, что Сашку задрал зверь.
Не зверь.
И не его.
И не задрал.
Когда молодой кабанчик был уже близко, и Саша готовился нанести ему смертельный удар копьём со здоровенным, но очень острым кремнёвым наконечником – и отчаянно трусил при этом! – когда кабанчик был уже близко, шум сзади спугнул животное.
Треск ветвей, когда он ломанулся прочь, не мог заглушить яростного крика воинов. Склонившись над вдруг упавшим телом их товарища, они обнаружили, что в глазу его торчит прямая длинная палка с перьями на конце.
Они не знали, что это называется – стрела…
Tags: Война с людьми
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments