Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Categories:

Затерянные в истории. Война с людьми. Эпилог. Алина

Да, Алина теперь понимала, что такое – ждать мужчин с войны.
Она, конечно же, ни секундочки не любила этих двух глупых фанфаронистых мальчишек! Во-первых, подумаешь! Во-вторых, они ещё маленькие. В-третьих…
В-третьих, она не могла выбрать, кого из них любит больше…
В школе они дружили именно что «в общем». Слишком разные были интересы, слишком велика стенка между мальчиками и девочками. Внимание, однако, таких двух разных, но получше разных прочих, мальчишек ей нравилось. Нравилось их разыгрывать. Нравилось, когда рассказывали по секрету, что Антон опять кому-то наглядно доказал, что никакие они не «тили-тили-тесто». А на самом деле они друг к другу в гости ходили. Нравилось также, когда этот весь и внешне, и внутренне вихрастый Сашка вставал рядом с Антоном, и их как-то само собой получалось трое. Можно было даже подумать, что из них получается одна команда в каком-нибудь квесте…
И вот этот квест получился сам собой. Да какой! Обратно не отмотаешь, и запасной жизни не возьмёшь! Здоровья не докупишь, а вооружение приходится выстругивать и плести самостоятельно – и до кровавых волдырей на пальцах.
И главное – ждать. Ждать своих мужчин с войны.
И бояться. Вот они не вернутся – и что ты будешь делать? Не просто в горе погружаться – ведь жить и дальше придётся. Но только домой уже не вернуться никогда. И с близким больше не поговорить. И ни на кого не опереться. И вообще…
Когда она их ждала, выплетая новые сетки и выравнивая новые стрелы, то всё время корила себя за такие мысли. Мальчишки там, может, умирают… а она думает, как ей тут жить без них. Словно заранее хоронит!
Но и избавиться от этих мыслей не могла, хотя усиленно гнала их.
А тут ещё явно юные здешние мальцы, которых на войну не взяли потому, что в мужчины и воины ещё не произвели, - эти мальчишки на неё явно с особым интересом поглядывают. То заговорят, то кусочек получше предложат. От своего, мужского, «меню» оторванный. Вот не вернутся её друзья – и как-то с этими придётся устраиваться. А они всё же некрасивы-ые!
Но слава богу, всё обошлось. Вернулись! И вернулись с победой!
Сначала молодой воин прибежал, Ыргу. Захлёбываясь от восторга, рассказал, что сотворили небывалое – победили проклятых уламров! Оно, конечно, поскупее прозвучало, типа: «добыли злых уламров», - но жесты были более красноречивы. Ни дать ни взять – наш солдат в кино, когда Рейхстаг взяли. Только автомата не хватает, чтобы салют устроить!
А уж как изображал события! Как сидели арруги в лесу, луки натягивая и копья сжимая. Богатыри в засаде. Как зазвал «мудрый рюдь Антон» уламров прямо под их стрелы. Как вдруг выпрыгнул другой «рюдь» прямо из толпы врагов и убежал. А вождь Кыр сразил вождя врагов мощной стрелой. А потом заметались уламры, не зная, куда бежать. А сверху их разили храбрые арруги. Много сразили, не сосчитать. Половину, не меньше. Потому что метались те по оврагу, а арруги их сверху гвоздали. И не много врагов смогло убежать обратно, и все они ранены были. И пошли за ними арруги, как ходят за подраненным оленем или зубром – не давая остановиться, не давая поесть, не давая набраться сил.
Только он, Ыргу, уже этого не видел. Ибо послал его вождь Кыр рассказать о великой победе и порадовать своих сородичей, и сказать, что никто не умер из воинов!
Но затем ещё неделю пришлось ждать возвращения отряда, возвращения Антона с Сашей. Решили, видишь ли, окончательно уламров запугать и прогнать их за перевал. Чтобы, дескать, даже когда ухватятся они, наконец, все втроём за их таинственный и страшный камень, - даже тогда чтобы злые люди не смели забираться в эти места. Где живут и охотятся неандертальцы. Ибо оказались эти неандертальцы в сто раз добрее, лучше, честнее, чем те люди…
А может, и все люди вообще…
И вот теперь она сидела между своими друзьями и не могла отвести глаз от обоих. Хотя, как ни стыдно самой себе признаться, от Антона – больше. Не могла отвести. Сашка, конечно, герой. От рассказов о его приключениях среди уламров волосы иногда шевелились. Хотя Гуся, вопреки своему обыкновению, не захлёбывался и не перескакивал с места на место в пересказе и не приукрашивал, прихвастывая собою. Видно, что подействовали на него все эти события на грани между жизнью и смертью, причём только выдержка и вроде бы противоречащая ей безоглядная отвага помогали отделить одну от другой.
И всё же Гуся был Гуся: сами приключения занимали его куда больше, нежели уроки, которые можно было из них извлечь.
А вот Антошка другой. Победитель здесь – он. Он, выдравшись из боли и небытия, мгновенно сообразил, что к чему и что нужно делать. Мгновенно вычислил, как себя правильно вести. Арруги добрые… но ведь и их нежданные гости были для них просто новым сортом враждебных уламров… И кто знает, что было бы, когда Сашку захватили, и всё выглядело так, словно те воссоединились со своими родственниками? А Антошка, раненый и слабый, не знаючи языка, сумел найти слова и поставить так контакт с арругами, что вскоре те стали доверять ему чуть ли не больше, чем себе!
А спланировать, как выручить Гусю – и в принципе, и в тот момент, когда того принялись пытать, и нельзя было потерять ни одной секундочки? Да ещё и самому не попасться.
Нет, Антошка был настоящий герой! И Сашка был герой. Но Гуся был герой сам по себе. Герой. Что тогда, с динозаврами. Что теперь. Герой. Но герой вообще. В принципе.
А Антон был ещё и… был лидером. Был надеждой. Надёжной надеждой. Командиром. Умницей. С таким не пропадёшь! Он был герой для людей.
И немножко – для неё…
* * *
Мы должны уйти, сказал Антон арругам. Так надо, сказал он вождю Кыру. Нам надо к себе. Нас ждут.
Понятно, согласился вождь. Каждый принадлежит своему племени. Я хочу, чтобы у вас там всегда была счастливая охота.
Мы вернёмся, сказал Саша. Вот отвезём подарки и добычу и постараемся вернуться. Проверим, как вы тут, не вернутся ли злые уламры.
Да, покивали охотники, глядя на челюсть динозавра, ожерелье вождя уламров, лапу с когтями, копьё вождя Кыра и пару дротиков, прихваченных с поля недавней битвы.
Да, сказал вождь Кыр, со стуком закрывая лезвие швейцарского ножа. И когда ты вернёшься, ты увидишь, что я сохранил твой острый камень.
Алина не сказала ничего. Она плакала, уткнувшись лицом в плечо старой ведуньи. А та всё отрывала её лицо от плеча и тёрлась с девочкой носом об нос…
А потом они трое отошли в глубь пещеры, туда, куда принесло их в самом начале. И положили ладони на свой таинственный камень.
И тот начал нагреваться…

КОНЕЦ
Tags: Война с людьми
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 7 comments