Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Categories:

Русские - покорители славян. Глава 4. Кто такие русы? 4.1.2. Византийские источники. 3

А теперь подсчитаем эту добычу.
200 кораблей по 40 человек. 8000 воинов. Каждому по 12 гривен. 96 тысяч гривен. 19 200 кг серебра. 480 000 солидов. 2 тонны 16 кг в золотом эквиваленте. А в долларовом?
В одной тройской унции – 7,4 солида. То есть 64 864,86 унций. При сегодняшней цене за унцию это составит…
80 миллионов 275 тысяч 459 долларов!
Не считая того, что было взято для городов.
Плюс 200 судов с 20 отрезами паволок на мачте у каждого – 4000 отрезов или 16 000 кв.метров. По 392 доллара за метр. 6 млн 272 тыс. долларов в одних только парусах.
Обратите внимание на подтверждающее данные расчёты соответствие психологическое. Хмельные от успеха воины, увозящие почти по 11 тысяч долларов на брата, могут себе позволить извести по 700 у.е. просто на красивые паруса.
Ну, что же, осталось привести также несколько высказываний других авторов об этом событии, взятых из книги «Древняя Русь в свете зарубежных источников»:
Иоанн Диакон, рубеж X–XI вв.:

В это время народ норманнов (Normannorum gentes) на трехстах шестидесяти кораблях осмелился приблизиться к Константинополю. Но так как они никоим образом не могли нанести ущерб неприступному городу, они дерзко опустошили окрестности, перебив там большое множество народу, и так с триумфом возвратились восвояси.

Никита Пафлагон, 1 пол. Х в.:

В это время запятнанный убийством более, чем кто-либо из скифов, народ, называемый Рос, по Эвксинскому понту прийдя к Стенону и разорив все селения, все монастыри, теперь уже совершал набеги на находящиеся вблизи Византия (т.е. Константинополя) острова, грабя все [драгоценные] сосуды и сокровища, а захватив людей, всех их убивал. Кроме того, в варварском порыве учинив набеги на патриаршие монастыри, они в гневе захватывали всё, что ни находили, и схватив там двадцать два благороднейших жителя, на одной корме корабля всех перерубили секирами.


Краткая императорская хроника, кон. IX в.:

Михаил, сын Феофила, [правил] со своей матерью Феодорой четыре года и один – десять лет, и с Василием – один год четыре месяца. В его царствование 18 июня в 8-й индикт, в лето 6368 [860], на 5-й год его правления пришли Росы на двухстах кораблях, которые предстательством всеславнейшей Богородицы были повержены христианами, полностью побеждены и уничтожены.


Продолжатель Феофана, Х в.:

Потом набег росов (это скифское племя, необузданное и жестокое), которые опустошили ромейские земли, сам Понт Евксинский предали огню и оцепили город (Михаил в то время воевал с исмаилитами). Впрочем, насытившись гневом Божиим, они вернулись домой – правивший тогда церковью Фотий молил Бога об этом…


И у ещё одного автора прочтём историю, хотя напрямую к нашей не относящуюся, но показывающую и преемственность русских военных обычаев, и. с другой стороны, чем мог бы закончиться поход 860 года при менее удачном стечении обстоятельств:

Одиннадцатого июня четырнадцатого индикта на десяти тысячах судов приплыли к Константинополю росы, коих именуют также дромитами, происходят же они из племени франков. Против них со всеми дромонами и триерами, которые только оказались в городе, был отправлен патрикий. Он снарядил и привёл в порядок флот, укрепил себя постом и слезами и приготовился сражаться с росами. Когда росы приблизились и подошли к Фаросу (Фаросом называется сооружение, на котором горит огонь, указующий путь идущим в ночи), патрикий, расположившийся у входа в Евксинский понт…, неожиданно напал на них на Иероне, получившем такое название из-за святилища, сооруженного аргонавтами во время похода. Первым вышедший на своём дромоне патрикий рассеял строй кораблей росов, множество их спалил огнём, остальные же обратил в бегство. Вышедшие вслед за ним другие дромоны и триеры довершили разгром, много кораблей потопили вместе с командой, многих убили, а ещё больше взяли живыми. Уцелевшие поплыли к восточному берегу, к Сгоре (место на вифинском побережье). И послан был тогда по суше им наперехват из стратигов патрикий Варда Фока с всадниками и отборными воинами. Росы отправили было в Вифинию изрядный отряд, чтобы запастись провиантом и всем необходимым, но Варда Фока этот отряд настиг, разбил наголову, обратил в бегство и убил его воинов. Пришёл туда во главе всего восточного войска и умнейший доместик схол Иоанн Куркуас, который, появляясь то там, то здесь, немало убил оторвавшихся от своих врагов, и отступили росы в страхе перед его натиском, не осмеливались больше покидать свои суда и совершать вылазки. Много злодеяний совершили росы до подхода ромейского войска: предали огню побережье Стена (т.е. Босфора), а из пленных одних распинали на кресте, других вколачивали в землю, третьих ставили мишенями и расстреливали из луков. Пленным же из священнического сословия они связали за спиной руки и вгоняли им в голову железные гвозди. Немало они сожгли и святых храмов. Однако надвигалась зима, у росов кончалось продовольствие, они боялись наступающего войска доместика схол Куркуаса, его разума и смекалки, не меньше опасались и морских сражений и искусных манёвров патрикия Феофана и потому решили вернуться домой. Стараясь пройти незаметно для флота, они в сентябре пятнадцатого индикта ночью пустились в плавание к фракийскому берегу, но были встречены упомянутым патрикием Феофаном и не сумели укрыться от его неусыпной и доблестной души. Тотчас же завязывается второе сражение. И множество кораблей пустил на дно, и многих росов убил упомянутый муж. Лишь немногим удалось спастись на своих судах, подойти к побережью Килы и бежать с наступлением ночи.

Кстати, понятно, откуда взял свои описания зверств русов наш летописец...
И вот ещё - Михаил Пселл, 2 пол. XI в. (о походе 1043 г.):

Неисчислимое, если можно так выразиться, количество русских кораблей прорвалось силой или ускользнуло от отражавших их на дальних подступах к столице судов и вошло в Пропонтиду...
Это варварское племя все время кипит злобой и ненавистью к Ромейской державе и, непрерывно придумывая то одно, то другое, ищет предлога для войны с нами… Варвары снарядили… войско; избрав морской путь, они нарубили где-то в глубине своей страны лес, вытесали челны, маленькие и покрупнее, и постепенно, проделав всё в тайне, собрали большой флот и готовы были двинуться на Михаила…
Скрытно проникнув в Пропонтиду, они прежде всего предложили нам мир, если мы согласимся заплатить за него большой выкуп, назвали при этом и цену: по тысяче статиров на судно с условием, чтобы отсчитывались эти деньги не иначе, как на одном из их кораблей. Они придумали такое, то ли полагая, что у нас текут какие-то золотоносные источники, то ли потому, что в любом случае намеревались сражаться и специально выставляли неосуществимые условия, ища благовидный предлог для войны. Поэтому, когда послов не удостоили никакого ответа, варвары сплотились и снарядились к битве; они настолько уповали на свои силы, что рассчитывали захватить город со всеми его жителями.
Морские силы ромеев в то время были невелики, а огненосные суда, разбросанные по прибрежным водам, в разных местах стерегли наши пределы. Самодержец стянул в одно место остатки прежнего флота, соединил их вместе, собрал грузовые суда, снарядил несколько триер, посадил на них опытных воинов, в изобилии снабдил корабли жидким огнем, выстроил их в противолежащей гавани напротив варварских челнов и сам вместе с группой избранных синклитиков в начале ночи прибыл на корабле в ту же гавань; он торжественно возвестил варварам о морском сражении и с рассветом установил корабли в боевой порядок. Со своей стороны варвары, будто покинув стоянку и лагерь, вышли из противолежащей нам гавани, удалились на значительное расстояние от берега, выстроили все корабли в одну линию, перегородили море от одной гавани до другой и, таким образом, могли уже и на нас напасть, и наше нападение отразить. И не было среди нас человека, смотревшего на происходящее без сильнейшего душевного беспокойства. Сам я, стоя около самодержца (он сидел на холме, покато спускавшемся к морю), издали наблюдал за событиями.
Так построились противники, но ни те, ни другие боя не начинали, и обе стороны стояли без движения сомкнутым строем. Прошла уже большая часть дня, когда царь, подав сигнал, приказал двум нашим крупным судам потихоньку продвигаться к варварским челнам; те легко и стройно поплыли вперед, копейщики и камнеметы подняли на их палубах боевой крик, метатели огня заняли свои места и приготовились действовать. Но в это время множество варварских челнов, отделившись от остального флота, быстрым ходом устремилось к нашим судам. Затем варвары разделились, окружили со всех сторон каждую из триер и начали снизу пиками дырявить ромейские корабли; наши в это время сверху забрасывали их камнями и копьями. Когда же во врага полетел и огонь, который жёг глаза, одни варвары бросились в море, чтобы плыть к своим, другие совсем отчаялись и не могли придумать, как спастись.
В этот момент последовал второй сигнал, и в море вышло множество триер, а вместе с ними и другие суда, одни позади, другие рядом. Тут уже наши приободрились, а враги в ужасе застыли на месте. Когда триеры пересекли море и оказались у самых челнов, варварский строй рассыпался, цепь разорвалась, некоторые корабли дерзнули остаться на месте, но большая часть их обратилась в бегство. Тут вдруг солнце притянуло к себе снизу туман и, когда горизонт очистился, переместило воздух, который возбудил сильный восточный ветер, взбороздил волнами море и погнал водяные валы на варваров. Одни корабли вздыбившиеся волны накрыли сразу, другие же долго еще волокли по морю и потом бросили на скалы и на крутой берег; за некоторыми из них пустились в погоню наши триеры, одни челны они пустили под воду вместе с командой, а другие воины с триер продырявили и полузатопленными доставили к ближайшему берегу. И устроили тогда варварам истинное кровопускание, казалось, будто излившийся из рек поток крови окрасил море.


Не знаю, сколько в этом правды, а сколько – следования описательным традициям. Точнее, знаю, что даже свидетели событий в те времена подгоняли свои описания под исторические каноны – так что тут явно не всё правда; но зато мы можем себе представить, как оно выглядело при предыдущих нападениях росов. Но во всяком случае, старший сын Ярослава Мудрого Владимир тогда свою битву проиграл…
Итак, сделаем вывод из этой истории. Немножко – в меру – повторившись.
Фотий говорит о русах как о причисляемых к рабам, то есть народе ранее не самостоятельном, а подчинённом. Запомним это.
И вот это мило:

Ибо и древний Израиль, когда изобличался, охваченный страстями, тогда предавался лезвию меча — и это Израиль, не какое-то там племя, не презренный народ,


«…Не какое-то там презренное племя!»
Сильно!
Это он говорит о воинах, которые должны были как минимум вооружением соответствовать масштабу поставленной перед ними задачи? Вот об этих мощных бойцах, которые готовились преодолеть вал Феодосия?
Если добавить эти его долгие инвективы про народ -

- не именитый, неизвестный, но получивший имя со времени похода против нас, незначительный, но получивший значение, -

- логика вырисовывается простая. Был некий родец-народец, не выделявшийся из окружающей среды. Затем нечто с ним происходит, отчего народец бросается ажно на самый Царьград. Для окружающих он покуда остаётся «так называемым», но после мало не взятия столицы Римской империи это имя уже вполне узаконивается в международной политике.
Но реакция Фотия при этом всё же не в меру истерична. Отчего?
Судя по всему, что нам известно о Византии, она внимательно обозревала пространства, прилегающие к её границам, а также те, что раньше входили в Западную Римску империю. То есть Европу. И она не могла не знать о натиске викингов.
Точно так же она могла себе позволить не реагировать на эту активность норманнов, поскольку её она не очень тревожила. Появление каких-то русов тоже пока Византию не тревожит - очередной камешек в бесконечно сменяющемся калейдоскопе. Особенно с высоты её - со времен Ромула и Рема - исторического опыта.
И вот реакция как раз Фотия показывает на серьёзную моральную травму и душевные муки от неожиданного превращения этого камешка в нечто весьма страшное и требующее к себе более чем серьёзного внимания. И большой армии на страже.
Это примерно так же, как вдруг обнаружить новую опасную банду у себя во дворе. Много лет его подметает-убирает знакомый хромой дворник-татарин. Потом он исчезает, а вместо него по двору снуют ватаги таджиков с метёлками и лопатами. Пока ничто не беспокоит, они смирные и работают старательно - но что будет завтра?
А завтра – вдруг во дворе появляется целая банда из самого Таджикистана, которые - вообще бывшие «юрчики» и ничего другого, кроме как резать, вовсе делать не умеют. Если раньше у тебя максимум магнитолу из машины могли свистнуть, то теперь машина твоя уже пылает, гараж взорван, соседи бегут в панике, кого-то за помойкою метелят скопом... В конце концов, ОМОН прибывает, порядок наводит, но информация о приключении в вашем дворе уже дошла до телевизора. И он надрывается о ранее не известных, незнаемых, не замечаемых таджиках, теперь ставших знаменитыми, а может быть, даже удостоившихся награды самой «Аль-Каиды»...
Кажется бредом. Но это примерно то же, что пережили греки в Константинополе. Если же без аналогий, то, как мне кажется, ключом ко всему пониманию природы понятия «Русь» является именно вот это восприятие её как некой силы, чуть ли не тайно прописавшейся у тебя в подворотне, но вдруг заявившей о себе.
Не славянской силы - славян Византия знала, и непременно тот же Фотий упомянул бы, что русы - очередной вид славян, которые ещё триста лет назад начали империи кровь пить.
И не силы кочевников - их тоже, судя по Багрянородному, хорошо отслеживали и довольно знали.
Кто ещё?
Во всяком случае, поток серебра на Бирке после 860 годов заметно вырос...
Но ещё через несколько лет история с нападением русов на Константинополь получила неожиданное продолжение. Или ожиданное? Как и в «Житии Георгия Амастридского» она закончилась примирением. И крещением русов.
Тот же Фотий всего 7 лет спустя в своём послании восточным патриархам говорит следующее:

…даже для многих многократно знаменитый и всех оставляющий позади в свирепости и кровопролитии, тот самый так называемый народ Рос — те, кто, поработив живших окрест них и оттого чрезмерно возгордившись, подняли руки на саму Ромейскую державу! Но ныне, однако, и они переменили языческую и безбожную веру, в которой пребывали прежде, на чистую и неподдельную религию христиан,... поставив в положение подданных и гостеприимцев вместо недавнего против нас грабежа и великого дерзновения. И при этом столь воспламенило их страстное стремление и рвение к вере... , что приняли они у себя епископа и пастыря и с великим усердием и старанием встречают христианские обряды.

В византийском «Жизнеописании императора Василия» середины X в. приводится даже сообщение о направлении в 70-х годах IX века на Русь греческого архиепископа патриархом Игнатием.
Вот как это выглядело, судя по данным Продолжателя Феофана:

Щедрыми раздачами золота, серебра и шелковых одеяний он склонил к соглашению неодолимый и безбожный народ росов, заключил с ними мирные договоры, убедил приобщиться к спасительному крещению и уговорил принять рукоположенного патриархом Игнатием архиепископа, который, явившись в их страну, стал любезен народу таким деянием.
Однажды князь этого племени собрал сходку их подданных и воссел впереди со своими старейшинами, кои более других по многолетней привычке были преданы суеверию, и стал рассуждать с ними о христианской и исконной вере. Позвали туда и иерея, только что к ним явившегося, и спросили его, что он им возвестит и чему собирается наставлять. А тот, протягивая священную книгу божественного Евангелия, возвестил им некоторые из чудес Спасителя и Бога нашего и поведал по Ветхому завету о чудотворных Божьих деяниях.
На это росы тут же ответили: «Если сами не узрим подобного, а особенно того, что рассказываешь ты о трех отроках и печи, не поверим тебе и не откроем ушей речам твоим». А он, веря в истину Рекшего: «Если что попросите во имя мое, то сделаю» и «Верующий в меня, дела, которые творю я, и он сотворит и больше сих сотворит, когда оное должно свершиться не напоказ, а для спасения душ», сказал им: «Хотя и нельзя искушать Господа Бога, но если от души решили вы обратиться к Богу, просите, что хотите, и все полностью ради веры вашей совершит Бог, пусть мы жалки и ничтожны».
И попросили они бросить в разложенный ими костер саму книгу веры христианской, божественное и святое Евангелие, и если останется она невредимой и неопалённой, то обратятся к Богу, им возглашаемому. После этих слов поднял иерей глаза и руки к Богу и рек: «Прославь имя твое, Иисус Христос, Бог наш в глазах всего этого племени»,— и тут же метнул в пламя костра книгу святого Евангелия. Прошло немало времени, и когда погасло пламя, нашли святой том невредимым и нетронутым, никакого зла и ущерба от огня не потерпевшим, так что даже кисти запоров книги не попортились и не изменились. Увидели это варвары, поразились величию чуда и уже без сомнений приступили к крещению.


И снова не будем обсуждать физическую возможность подобного чуда. Важно лишь вновь отметить византийскую традицию описания данного процесса: русов очаровывало лишь чудо, на нём они ломались и превращались в агнцев. И в этой связи любопытны ещё несколько чудес, явленных в ту же эпоху.
Согласно легенде, приведённой так называемым «Анонимом Бандури»), который говорит об изобретении славянской азбуки «Кириллом и Афанасием», оные грамотеи были посланы на Русь тем самым византийским императором Василием I Македонянином.
То есть сама славянская грамота была изобретена либо в ходе этой поездки, либо непосредственно по её результатам.
Вот как об этом рассказывают.
В конце 860 годов Константин Философ, известный у нас больше как Кирилл - автор славянской письменности, по пути в Хазарию останавливался в Херсонесе. Там он нашёл некие «русские книги»:

…абие научился жидовстей беседе и книгам… преложив осмь частей грамматики, и оттого получив разумение.

Самаринян некой ту живеаше. И, приходя к нему, стязаше ся с ним и принесе книги самарянския и показа ему. И испрошь я у него, философ затвори ся в храмине и на молитву ся преложи. И от Бога разум прием, чести начат книгы без порока. Видев же самарянин, възъпи великим гласом и рече: воинстину, иже в Христа веруют, вскоре Дух Святый приемлют и благодать. Сыну же его абие крьщьшоу ся и сам ся крьсти по нем.
И обрет же ту Евангелие и Псалтирь роушькими письмены писано, и человека обрет глаголюща тою беседою. И беседовав с ним и силу речи пріем, своей беседе прикладаа различии письмен, гласнаа и согласнаа, и к Богу молитву дрьжа, и вьскоре начат чести и сказовати. И дивляху ся ему, Бога хваляще.


Константин-Кирилл – родом из Солуни. Которая ныне Салоники. То есть из мест тогда - славянских. Даже точнее – славяно-болгарских. Все обозреватели признают единогласно, что славянский язык он знал, не мог не знать. Во-первых, Солунь тогда была двуязычной, ибо фактически входила в сферу притяжения сильной тогда Болгарии ханов Крума и Омуртага. Во-вторых, многие источники вообще говорят о болгарской этнической принадлежности создателей славянской письменности. Более того: собственно, изобретённый ими церковнославянский язык базируется на болгарском (в смысле, славянском болгарском).
А отсюда – простое следствие. Раз этот выдающийся лингвист не сразу освоил русскую речь, а вынужден был применить приёмы лингвистической и грамматической аналитики, как в случае с языком еврейским, и молитву к Богу, как при изучении самаритянского диалекта, - следовательно, он не знал русского языка. В результате Константину Философу пришлось отдельно изучать «роушькие письмены», пользуясь библейскими текстами, знакомыми ему на родном языке. Я сам когда-то английский таким образом изучал – по Конан Дойлю – и польский – по Станиславу Лему.
Кроме того, славян, как уже сказано, Византия хорошо знала. К IX веку она не только пережила их натиск, не только провела с ними безмерное количество войн и войнушек, но и вынуждена была уступить им громадные собственные территории для расселения. Побережье Адриатики, Балканы, Эллада, Крит, значительные пространства в Малой Азии, даже участки в Сирии заселены ими. Если бы «роушькие письмены» были славянскими, образованный византийский книжник их узнал бы немедленно. После чего, естественно, ни к чему ему было уже создавать славянскую азбуку. Да и где, скажите, найдётся такой вменяемый учёный, который станет изобретать то, что уже кем-то создано? Он же не пиарщик в найме у владельцев этих неведомых «русских письмен», чтобы продвигать их продукцию в Болгарии, Моравии и среди прочих славян. Так что вновь любители безбрежного славянства оказываются не в ладу с логикой, когда заявляют, что Кирилл с Мефодием, дескать, лишь переписали то, что им открыл неведомый великий славянский грамотей в Крыму.
Точно так же Кирилл узнал бы письмена, если бы они были арабскими, тюркскими, латинскими и так далее. Эти языки неизбежно были ему знакомы, даже если бы он не умел на них говорить.
Кого же не знала империя в IX веке?
Того или тех, с кем она не соприкасалась или соприкасалась мало.
Кто же это?
Это не франки и не другие народы варварских германских королевств. Франки, готы, бургунды, лангобарды – с ними империя имела вполне знаменитые войны и вполне нормальные дипломатические отношения. Она даже утверждала их королей и императоров. В какой-то мере это были «свои» народы.
А вот чужими и незнакомыми для Византии могли быть только народы, жившие по ту сторону древнего римского лимеса. К тому же народы, с точки зрения Империи, не государственные – с кем она не вела дело. Исключая, понятное дело, хазар, венгров, печенегов – ибо с ними она дела вела.
А за этим исключением остаются для неё чужими и неизвестными только балты, финны и -
- и скандинавы.
Вот кто-то из них и владел «роушькими письмены»…
Но кто? А вот на этот вопрос ответа внятного нет. Впрочем, можно попробовать определить, на каком языке говорили русы…
Subscribe

  • Отзыв на "Солдата"

    Только что закончил читать последний роман трилогии (Мститель Донбасса, Воин Империи, Плата кровью ) Очень интересная трилогия! Стало понятнее, что…

  • Вот и "Славяне до русских" вышли

    "Славяне до русских" в продаже! С каким удовольствием над ней работал! Много нового удалось открыть, сформулировать, передать…

  • Загибаем пальчики

    Вышел в свет второй том "Нового солдата империи". Удовлетворён ли? Есть такое дело... Но народ требует продолзжения, а я, честно говоря,…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments