March 24th, 2012

Почему я не участвую в дискуссиях о 37 годе

Во-первых, потому, что закономерно: все победители в революции равно незаконны, а потому рано или поздно одна фракция не может не уничтожить другие. Ибо закона между ними не стоит.
Во-вторых, потому, что я ни секунды не жалею ни одного из проигравших. Ибо все они:
а) предатели, во время войны за деньги врага работавшие против государства;
б) преступники, организовавшие массовые террористические акции;
в) узурпаторы, взявшие власть незаконным путём.
Просто расплата пришла не сразу. Но пришла - закономерно сразу после того, как восстановилась государственная власть.
По той же причине воют нынешние леворюционеры. Они боятся не Путина, а того, что при нём восстановится государственная власть. И тогда они тоже ответят за 90-е годы.
На самом деле они не волноваться должны, а молиться на него. Ибо государственная власть при Путине не восстановится.

О жене Асада и европейском тоталитаризме

Британские власти разрабатывают экстренный план на случай приезда в их страну супруги президента Сирии Башара Асада. Дело в том, что Асма родилась и долгие годы жила в Лондоне, сохранив за собой британское подданство, и теперь власти хотят лишить ее гражданства, пишет газета Daily Telegraph, ссылаясь на источники в министерстве.

Казалось бы, при чём тут жена? Она, что ли, командует армией или спецназом, которые якобы рьяно уничтожают якобы мирных оппозиционеров?
А дело в том, что тоталитаризм и фашизм - имманентное свойство европейского ума. Когда тебя на протяжении веков вешают за то, что ты не так глянул на барона, но в то же время ты содержимое своего ночного горшка выливаешь из окна на улицу, - ты всосёшь эту психологию едва ли не на генном уровне.
Вот и результат. Гитлер был просто наивный дурак, который эту психологию превратил в явную политику. Но и это было бы не просто признано, но и возвеличено, если бы он в гордыне европейской не налез на русского мужика. А уж когда тот его задавил, как жабу, тот же европейский ум немедленно осудил лузера.
А ныне поротая задница у них зажила. И фашизм как форма существования европейской цивилизации вновь начал терять берега