Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Categories:

Папка

- А теперь слушай меня, умник, - с холодным бешенством прошипел отец. – Мне всё равно, как ты относишься к Хельге и к тому, что между нами произошло. Каяться я не собираюсь, а доживёшь ежели до моих лет, то поймёшь, как это иногда происходит с молодыми девками…
Против ожидания он длинно вздохнул, и, казалось, с этим выдохом вышла и только что явственно клокотавшая ярость великого князя.
- Так припрёт подчас, что хоть режь, - задумчиво проговорил Хельги после паузы, в которую Игорь не знал, что вставить. – Но тебя это не касается.
Сын хмыкнул. Конечно. Куда уж там. Мужа не касается, что с его женой спит его отец.
- Не касается, - возвысил голос Хельги. – Если хочешь, назовём это правом конунга и забудем о том.
И за меньшее ярлы восстания против королей поднимали, хотел заметить Игорь, но решил не будить снова ярости великого князя. А то ведь и иначе бывало – до всякого восстания у сыновей головы с плеч слетали.
- Так вот, умный мой сынишка, заботящийся о семейной чести, - с вновь поднимающимся в голосе гневным напором продолжил Хельги. – То, что ты там чувствуешь, - растереть. Ты тут не любовник обкраденный, а мой сын, который готовится стать конунгом. Ты уже – государственный деятель! И какая-то сладкая девка не должна мешать тебе соображать!
- Ой-ой-ой! – не мог не ответить Игорь. Это кто мне говорит? Это мне говорит человек, не удержавшийся от того, чтобы переспать с женой собственного сына?
Но он не успел высказать столь длинную мысль. Куда более короткий, но и куда более быстрый меч отца со свистом рассёк воздух прямо перед носом сына и вонзился в доски столешницы.
Игорь отшатнулся, тоже хватаясь за эфес. Но отец не дал ему этого сделать. Очень быстро, летящей тенью он перескочил через стол, сгрёб сына за грудки и прошипел яростно, брызгая слюной:
- Т-ты! Зверёныш! Ты забыл, с кем разговариваешь? Ты с конунгом говоришь! И не посмотрю, что ты мой сын! Ты здесь прежде всего русинг! Мой подчинённый! Ты – мой подданный! Такой же, как другие. И я и тебе могу шею свернуть, коли будешь мне тут рожи строить! Понял меня? Я спрашиваю: понял?!?
В паху у Игоря стало холодно, будто он смотрел вниз с большой скалы. Он кивнул. Потом промямлил:
- Да…
- Не так! Как отвечают верные русинги?
- Да, мой конунг!
Хельги шумно перевёл дыхание, испытующе глядя в лицо сыну.
Потом, так же не отрывая взгляда, нащупал ножны и с лязгом вернул в них меч.
- Ты запомни одно, сын, - тяжко проронил затем конунг. – Я тебя растил для государственного дела. И ты его будешь делать.
Он помолчал, по-прежнему упёршись взглядом в сына и отрезая острыми мечами глаз куски от воли Игоря.
- …Или не ты.
Холодно, одними губами улыбнулся.
- Объявлю твою мать квенно, провозглашу твою Ольгу водимой женой, приживу с ней сына, который продолжит моё дело… раз уж ты оказался таким размазнёй…
От паха холод поднялся до желудка. Этот… этот может!
И главное – всегда так происходит! Вот ведь виноват он во всём, вопило что-то ещё не сдавшееся в мозгу Игоря. Он же взял и всего лишь своей своевольной похотью завёл ситуацию в тупик! А теперь с яростью целого экипажа боевого драккара прокладывает, нет, проламывает из него путь! И нечего ему возразить!
- Прости, отец, - тускло проговорил Игорь. – И приказывай, мой конунг…
Олег молча обошёл стол, вернулся на скамью. Жестом разрешил сесть сыну.
- Ещё раз, рассказываю всё сначала, - после новой тяжёлой паузы проговорил он. – Всё равно ничего не изменишь. Хельга уже официальная твоя жена. Во Пскове мы сыграли свадьбу с посажённым женихом. Со Свенельдом. Твоим же дружком, кстати.
Свенельд был не то чтобы другом, но… Чем-то вроде старшего наставника, но в то же время не старого, а почти ровесника. Он происходил из древнего ярлского норвежского рода, прошёл несколько виков, набрался опыта. И хотя в здешних, степных делах ещё плавал, но рубака был великолепный, и преподал сыну конунга несколько очень ценных уроков. На этой почве они и сошлись, в общем-то. А главное, Свенельд притащил с собою больше сотни норманнских викингов, от которых буквально исходил запах стали и крови. Через мужа двоюродной сестры Свенельд приходился отцу, а следовательно, и ему, Игорю, родичем, так что никаких вопросов с вливанием его викингов в Русь не возникло. А сам их лидер закономерно стал сотником в дружине отца. Что, кстати, формально оказалось даже выше, нежели звание Олегова сына. Ибо с одной стороны, был Игорь, конечно, наследником конунга, а с другой – своей дружины ещё не водил и был как бы на подхвате у отца. А сотня головорезов Свенельда – это и есть сотня головорезов. Лично ему подчинённых и лично ему преданных…
- С Хельгой свита её приехала, двор, - продолжил отец. – Тюргисл, отец её, через неделю прибудет, во главе своего двора. Ты представляешь, какое оскорбление ему прежде всего нанесёшь, если от его дочери откажешься? Да ты войну между нами вызовешь, - вдруг снова вскипел конунг.
Игорь лишь опустил голову. Какая разница, что он теперь думает? Действительно, изменить ничего нельзя.
- Да и боги с ней, с войною, - махнул рукой Хельг. – Псковские русы не так и сильны, одолеем мы их. Но ты прикинь, что это нам даст? Ну, взяли мы Псков. А по пути Полоцк надо взять. А там Рагнвальд молодой силу набирает, сын конунга Трюггви Бородатого. А если с ним сюрнесская Русь пойдёт? Как ты собираешься волоки на Двину преодолевать?
Да и цель моя не в том, пойми, ты, мальчишка бестолковый! Ты посмотри вот как на все эти дела. Сейчас мы, русы, кто в этих землях, славянских, финских, кривичских? Находники, по-прежнему находники. Хоть и укрепившиеся, захватившие кто что смог. Одни в Альдейгьюборге сидят, другие в Растхофе, третьи – в этом Сюрнесе-Смоленске, будь он неладен. А теперь скажи мне, чем они все занимаются?
Игорь растерялся. Такого поворота разговора он не ждал.
- Н-ну, - пожевал он губами. – Известно, чем. Торгуют. Мехами, рабами… Мёдом.
- А с кем торгуют? – сощурил глаза отец.
- С булгарами. С хазарами. Мы вот в Грикланд ходим…
- Именно! – поднял палец Хельг. – Только правильнее будет сказать: торгуем. Все мы, русы, торгуем одним и тем же с одними и теми же. Каждая Русь прихватила себе делянку и знай её под дань подводит. Кого примучил, от того и кормимся. То есть вместо того, чтобы складывать добычу и богатство в одних руках, мы его что? – точно так, делим. Да так, что когда и воюем за одних и тех же данников.
Но главное дальше, - продолжил отец, стукнув по столу кубком, который опустошил, прервав разговор. – А дальше мы везём это одним и тем же покупателям. Булгар, Хазария, Византия. Хорошо, у нас ещё есть какое-то преимущество – не больно-то мимо нас на Миклагард походишь, ежели нам подношение малое не сделаешь. Потому и побогаче прочих будем. Псковских тех же. И на северах мы сели, деда своего благодари. И к хазарам мимо нас с запада не пройдёшь. Но через другие-то Руси – запросто! А уж к булгарам идти – уже мы должны чужим русингам кланяться! А как дошли – оказалось: одним и тем же одно и то же продать пытаемся. Конкурируем друг с другом, вместо того, чтобы одним, самим всю торговлю под контроль взять!
Нет ты понял, что я говорю, понял? – снова начал раздражаться отец.
Игорь кивнул:
- Да, если к хазарам мы одни с товаром приходить будем, нам они и отношение другое…
- Нет! Не только! – горячо перебил Хельги. – Хазары сильны, нам с ними не справиться. Но ежели мы, только мы, киевские русы, будем одни между ними и Европой стоять – представляешь, как они заговорят?
По Игорю пробежала дрожь. Что ж ты, папка, раньше так просто всё не объяснял?!
Он жадно выпил из своего кубка. Про пиво он и забыл от всех этих коловращений!
- Но… как мы сможем это сделать? – спросил он, переведя дух.
Впрочем, он сам уже знал ответ…
- Да вот тут ты мне и нужен, балда ты упрямая! – воскликнул отец. – Под нами – древляне, волыняне, северяне и радимичи. Теперь мы породнимся с псковичами – в наши… в твои, будущий конунг, в твои руки кривичи упадут! На пару с ними мы смоленских русов додавим. Они и так-то не особо против нас настроены – всё ж на Миклагард мы с ними вместе ходим. От Пскова же – два шага до Хольмгарда. С теми русами повозиться придётся, но заметь – мы уже сила будем. А там эти оторвы из Растхофа останутся – так мы их всей силой уже подвинем! И всё, понимаешь, Всё! Даже так, без Полоцка и Мурома мы самое главное под себя возьмём – все торговые пути с севера на юг! Да все богачества края здешнего нашими окажутся. Твоими, дурак! Ты уже не просто киевским князем великим будешь, в подручниках у хазар ходить! Ты во главе всех русов встанешь. А с такой силой ты и Хазарию эту в бараний рог согнёшь. Или сын твой…
Хельги помолчал.
Игорь молчал тоже, обмысливая такие перспективы и всё больше убеждаясь, что ничего невероятного в плане отца нет! Действительно, где дипломатией, где, что называется, таской и лаской – а русов можно подмять под себя. Это на внешний взгляд они кажутся многочисленными и хорошо знающими своё дело торговцами и воинами. А на деле всё это даже не конунгства. Это так, проходные дворы для новых находников с севера, для торговцев и охотников за людьми, где даже власть постоянная не укрепилась. И в этом смысле им, киевским, все карты в руки. Благодаря ли хазарам, вопреки ли им, - но тут, в их пока формально Самвате, возникло именно постоянное русское конунгство. Где есть власть, уже в третьем поколении власть. И куда те же находники приходят уже не в качестве новых временных хозяев, а либо торговыми транзитёрами – за мзду, естественно, - либо воинами-клятвенниками. Варингами. Которые уже не себе служат, и им, князьям русским.
О боги, как же ловко всё отец замыслил!
Но благодарно-удивлённый взгляд сына наткнулся на по-прежнему чуждо-внимательные глаза отца.
- А ведь знаешь, сынок, - проговорил тот медленно. – Мы ведь с Хельгой твоей на том и сошлись… Ну, с отцом её сначала, с которым союз заключили… А потом ведь это именно она весь замысел ухватила. Сама! Государственного ума я тебе жену достал! Так что нам с тобою её терять никак нельзя. Такой ум в чужие руки достаться теперь не должен…
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments