Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Category:

Сага о Вие готском

После битвы похоронили готы великого Эрманариха,
Павшего смертью храбрых на поле битвы,
Главной битвы своей великой жизни.
Отступили гунны,
А Эрманариха погребли
С великими почестями
И плачем великим
В кургане высоком,
Что и по сей день в том поле высится
На страх врагам, а готам - на память грозную.
И избрали готы своим новым королём
Аровульфа славного,
Ибо принадлежал он к священному роду Амалов.
Но одну только мысль вынашивал Аровульф –
Отомстить Кую коварному
За смерть короля своего Эрманариха,
За измену жены своей Сванхильды,
За гибель многих славных готов,
За наведение на людей отродий бога смерти,
Древнего Балора,
От коих уже многие погибли
И многим ещё погибнуть суждено.
Собрал тогда Аровульф войско бессчётное,
Что дышало мужеством и ненавистью к венедам,
Убийцам своего короля,
Славного Эрманариха.
Исполчились тут многие тысячи,
Приоделись оружием грозным,
Исполнились духа ратного
И пошли искать Куя злобного
Во глубине лесов венедских.
А Куй по-прежнему плёл ковы мрачные,
Волшбу древнюю.
Угнетала его злоба лютая
Против Аровульфа славного
Готов короля благородного.
И наслал тогда Куй чары крепкие
На венедов своих псоголовых,
Что от века готов ненавидели,
С самых пор тех, когда спалами звались
И от готов побеждены были славно,
И от них же покараны люто.
И не стали бояться теперь венеды,
Не страшились они больше готов,
Злобой сильною на них ярились,
Разорвать на куски сулились –
Вот как сильно было заклятье Куя,
Что и страх перед готами прошёл у венедов.
И отправился Куй тогда к королю их,
Что сидел за болотами тухлыми,
А потом сидел за горами дальними,
А потом сидел за лесами тёмными,
Предводительствуя венедами дикими.
А звали того короля – Бус-король,
И несметно было у него воинов.
И сложил Куй к его ногам дары богатые,
И молвил ему таковы слова:
«Ай же ты, собака Бус-король,
Повелитель ты диких венедов,
Я принёс тебе дары великие,
От тех венедов да от готских,
Что жили под королём Эрманарихом,
А теперь от него отвалиться хотят,
Да к тебе привалиться, к державе твоей.
Ибо суть ведь мы да родственники,
От одного идём корня-дерева,
От великого племени венедского,
Что с Кесарем-царём долго билося,
Да того Кесаря побеждало есть,
А ушло потом в леса дикие,
Как велели волхвы тогдашние,
Чтобы мудрость сохранить,
Мудрость древнюю,
От отцов пошедшую
Да в темные века.
Сохранили ведь мы суть
Веру древнюю,
Одной веры ведь мы с вами,
Волошской,
Что завещана была
Волхвами старыми.
А сам ведь я волох есть,
А зовут меня Куй-колдун,
Это я изгубил Эрманариха,
Это я навёл страшных фоморов,
Да на войско его на готское,
Погубил есмь я войско готское,
Не осталось в нём уже воинов,
Изгубились его все герцоги,
И один лишь остался – славный Аровульф,
Что решил погубить всех венедов здесь».
И разгневался тут буйный Бус-король,
И созвал своих воев тысячи,
Чтобы вышли они на готов тех,
Погубить хотя Аровульфа-вождя.
И выплеснулись венеды ярые
Из лесов своих водой вешнею,
И обрушились на готов они,
Грозя затопить войско их,
Своей яростью,
Растрепать его
Своими стрелами,
Завалить его
Своими копьями,
В землю вбить
Своими дубинами.
Но не дрогнуло тут войско готское.
Исполчилось оно строем воинским,
Защитилось оно крепким деревом,
Ощетинилось оно копьями,
Заблистало мечами острыми,
Застреляло стрелами буйными,
Укрепилось духом могучим.
И сразились тут готы славные
С озверелыми злыми венедами,
И один гот бился с десятком их,
Ну, а двое – с целою сотнею.
Кровавая то битва была,
Жестокая.
Одного увидишь – мечом пронзает,
Другого увидишь – копьём протыкает,
Третьего увидишь – стрелу запускает.
И никто тут щиты не пользовал:
Готы – от доблести своей,
А венеды – от ярости.
Много тут пало славных воинов,
Напоилась трава красной кровию,
Радовался Вотан душ обилию,
Что предстали Валхаллы пред воротами.
День весь первый бились до вечера.
И второй день бились аж до ночи.
А на третий день к полудню
Пали стяги венедские,
Побежали вои их ярые
От могучего натиска готского.
Но смогло избежать лишь немного их
Справедливой мести Аровульфовой,
Мало их ушло от смерти,
А ещё меньше – от пленения.
И попали тут в руки готские
Семьдесят бояр больших венедских,
Но радовались всего больше
Той из них добыче,
Что поймали готы Буса-короля,
Что пленили они Куя коварного.
И восстал пред Куем Аровульф-король
И изрёк он ему таковы слова:
«Что, коварный волхв, извиваешься?
Злобой чёрною исполняешься?
Погубил ты, вражина, жену мою,
Погубил ты братьев верность королю,
Братьев ведь своих изменой ты сгубил,
Славу их бесчестьем вечным заменил.
Лыбедь, Секач, Хоробр жили бы сейчас,
И Балор, Бог Смерти, не открыл свой глаз.
Главное ж, что был бы Эрманарих жив,
Гуннов бы проклятых дальше не пустив.
Готы бы стеною встали на пути,
А теперь к венедам скоро гуннов жди.
Милосердны гунны будут к тем из вас,
Кто полёг на землю в этот смертный час.
Остальные завистью будут к ним пылать,
Когда гунны в плен их будут угонять.
Матери завоют,
Деток хороня
Глазки им закроют,
Жизнь свою кляня.
А в лесах венедских
Будет хищный гунн,
Ухмыляясь зверски,
Пленных гнать табун.
И глумливо девок
Будет раздевать,
С ними дальше делать,
Что не описать.
И никто не выйдет,
Гунна не убьёт,
За свою обиду
Кровь уж не прольёт.
Никто не двинется, когда кровавый гунн
Венедов мясо будет жарить,
Лишь потому, что ты, колдун,
И их, и нас к богам отправил».
И предсказав так венедам их участь,
Велел им Аровульф в назидание
Изготовить крестов на бояр на всех,
А числом на семь десятков ровно.
А два креста велел он сделать побольше.
И сотворили то венеды, как король велел.
И встали те кресты на горах Данапрских,
Посредь леса дремучего,
Где было Куя кровавое требище,
Где было потайное его святилище.
И распял тут Аровульф бояр вендских,
Во главе с королём их Бусом.
А отдельно распял он Куя,
Гвоздями прибив ему руки,
Чтоб не смог волшбу сотворить,
Чтоб не смог с креста вырваться,
Чтоб не смог позвать Балора-бога,
Чтоб не смог пролить он больше крови.
И восславили тут люди рикса Аровульфа,
Мудрого владыку и воина,
И прозвали его люди Винитарием,
Венедов прозвали его Опустошителем.
Ведь воистину – распотрошил он венедов.
Уничтожил их сущность подлую,
Восстановил славу готов ярую,
Запер в Хеле смертного бога Балора,
Чтобы никогда уж не велел он,
Кровавую реку отворяя,
Никогда не сказал он больше:
«Поднимите мне веки!»
Покуда о нём Гоголь не вспомнит…
И на том – конец этой саге.
Юношам вдумчивым – на поругание,
А Видерде сластолюбивому – на поучение.


Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments