Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Папка

- Значит, смотри, что получается, - продолжал Ульф. – Противник от тебя чего ждёт? Что ты будешь с ним биться, как равный. Он тебя рубит, ты – его. А надо его удивить. Удивил – победил. Значит, что? Он тебя рубит, а тебя – нет! Но! Это не новость. Естественно, что ты уклоняешься от удара. И он ожидает, что ты окажешься где-то в стороне, или отступишь, или даже подпрыгнешь – сам знаешь, есть любители по ногам лезвием шаркнуть. Но в целом останешься на месте боя. А ты должен сделать так, что тебя на этом ожидаемом месте не окажется.
А что ты можешь сделать, чтобы не оказаться? Крыльев-то нет у тебя. Значит, два только варианта остаются. Убрать себя, ну, своё тело, то есть, с высоты. Он рубит тебе шею, а там её нет. Там ничего нет. Потому что ты вдруг другого роста стал.
Ингвар слушал заворожённо. Он чётко представлял себе все картины, что обрисовывал наставник. Только как это – меньше ростом?
- А как это – меньше ростом? – словно эхо, повторил Ульф. – А это значит, что присел ты. Хорошо присел, низко. Да, встать неудобно. Лишнее время теряешь. Но смотри: если противник боку ударить тебя пытался, то меч его неизбежно за собой разворачивать начнёт. Тут ты и колешь. И тебе уже ни меч, ни щит не помеха – ты же со своего гномьего роста попадаешь ему или в бедро, или под юбку кольчуги в худшем случае. А если поднимешь руку, как я тебя научу, то можешь ему и кольчугу под мышкой пробить. Надо только резко уколоть – тогда меч вроде стрелы кольца пропорет.
А второе – ты с длины, как с высоты, уйти должен. Что значит, с места своего быстро и неожиданно для противника убраться. А как это сделать? Надо уйти туда, где он меньше всего тебя увидеть ожидает – к нему под ноги. Вот так, сидя, и рыпнись.
Тут же, напомнив, что у них воинское упражнение, а не говорильня бабья, Ульф заставил мальчика проделать этот фокус – из положения полуприсяда делать шаги по направлению к себе. И довольно чувствительно бил прутиком от куста по голове, обозначая, что он успел перехватить движение ученика.
Это было трудно, но головой, как учил Ульф, Ингвар понял: надо делать быстрые стелющиеся шаги в полуприсяде… нет, неправильно понял, указал хёвдинг. Шаги должны быть приставными. Ноги, как ножницы у хозяйки. Растворил – в длину, в длину, - будто выбросил одну… ниже, ниже сиди… вторую мгновенно подтащил… опёрся на неё, снова те, что спереди, выбросил… Да, так. А теперь всё в сборе. Одним слитным движением. И ниже, ниже!
- Ну, примерно так, - наконец, пропыхтел Ульф удовлетворённо, казалось, и сам несколько уставший. – Тренироваться до остановки сердца будешь – освоишь. А в результате у тебя должно получаться два слившихся элемента: движение ногами в полуприсяде и отдельно от них движение большого пальца, который ты от всей души хочешь воткнуть сопернику в нужное тебе место. А к большому пальцу у тебя словно меч привязан.
И тогда самое главное, - поднял указательный палец хёвдинг. – Тебе уже не нужно будет дожидаться, когда враг к тебе приблизится, чтобы мечом на тебя замахнуться. Тут тоже риск есть. Нарвёшься на бойца славного, успеет он удар свой погасить, а то и вовсе перенаправить, - и конец тебе. У всего есть другая сторона, сам знаешь. Сидя на корточках, ты тоже даёшь ему преимущество удара сверху. Но если ты будешь владеть ногами, как я тебе показал, то сможешь держать врага на расстоянии. То есть, не так. Точнее, ты можешь держаться от него на расстоянии, не давая ему с тобой сблизиться. А затем неожиданно для него это расстояние сжимаешь, и вот он никого не видит на уровне своих глаз и в том месте, куда собирался передвинуться, чтобы тебя достать. А ты уже тут, под ним практически, а твой удлинённый мечом большой палец вонзается ему в то место, куда твой мозг прикажет…
И Ингвар стал тренироваться. Действительно до изнеможения, до потери пульса. На каждой стоянке, когда русинги делали привалы после дневной работы на корабле. Всю дорогу вниз по Итилю, куда они отправились после решения не идти обратно мимо земель растхофских русов. Даже и на корабле он старался почаще вертеть кистью с зажатой в ней палкой, когда был свободен от гребли – ведь титул княжича и гостя не избавлял его от своей доли в общей работе. Недаром всякие сумь и корела звали их «руотси» - как уверяли близко знакомые с этими народами альдейгьюборгские, это шло от русского «гребцы». А грести приходилось часто: ветра или не было, или он дул в левую скулу, принося жаркий и сухой воздух из Хорезма. А Итиль свои воды несла медленно.
И постепенно к Ингвару приходило умение. Умение управлять кистью. Умение превращать тренировочную свою палку в полное продолжение большого пальца. Умение делать длинные низкие шаги, растягивая ноги едва ли не в прямую линию. И к тому времени, когда они подошли к волоку из Итили на Дон княжич умел делать это настолько хорошо, что сам Ульф крякнул, взирая на его упражнения:
- Эх, хорошо быть молодым! Ты стелешь свои шаги уже лучше, чем я…
Приврал, конечно. Поощрить хотел. Но, Тор, как же это было приятно!
Tags: Папка
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments