Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Тайный дневник фельдмаршала Кутузова

27 июля. Начать бы надобно с событий военных, но сию новость почитаю наиважнейшей: сего дня, наконец, стал я уполномоченным государем корпуса Невского создателем. Доставлен именной ЕИВ рескрипт об организации корпуса для обороны Петербурга. Значится в нём следующее.

«Москва

Михайла Ларионович! Настоящие обстоятельства делают нужным составление корпуса для защиты Петербурга. Я вве¬ряю оной вам. Воинские ваши достоинства и долговременная опытность ваша дают мне полную надежду, что вы совершенно оправдаете сей новой опыт моей доверенности к вам. В состав сего корпуса войдут все войска, находящиеся в Петербурге и окрестностях, равномерно и новое вооружение, которое я ожи-даю от дворянства петербургского, одушевленного, конечно, тем же усердием, как и московское. Предписываю вам сообра¬зить все нужные меры по сим предметам с фельдмаршалом графом Салтыковым, ген от инф Вязмитиновым и ген-лейт кн Горчаковым.
Пребываю навсегда вам доброжелательным
Александр»
Конечно, нимало не льстил я себя надеждою, что государь наш всемилостивейший до благожелательных ко мне слов снизойдёт. Но всё же к лицу ли монарху страны европейской столь явно раздражение своё выказывать? Ни «милостивый государь», ни «ваше сиятельство», ни другой общепринятой в обществе благородном формы обращения вежливого! «Совершенно оправдаете сей новый опыт»! «Моей доверенности»! И то, что лишь усмешку сардоническую вызывает: «Вверяю вам корпус»! Где же он? Ах, вот же: «Делают нужным составление оного»! Вверил то, чего нет!
Сколь же отмечательно сие: при толикой фанаберии так мало осмысленности в речах. И раньше так с ним было. Сколь мучительно приходилось в бытность мою генерал-губернатором Петербургским пытаться понять, чего он самом деле хочет, уловить смысл слов его. На то ещё батюшка его Павел Петрович внимание обращал: слова, говорит, понимаю, а что он говорит – нет. Государь на воспитание Лагарпово грешил, а я так думаю, что в том просто раздвоенность разума в царе нынешнем объявляется. Не в том даже дело, что на русском худо говорит он; но ведь и по-французски тёмен смысл слов его. Нет, поправлюсь: не всегда. Иной раз всё понятно. Но вслед за этим подчас оказывается, что опять не так понимал ты его…
Подумалось вот сейчас: а ведь вполне возможно, что несправедлив я к нему. Напрасно подозреваю его в причастности к убийству прежнего императора. В силу лукавства своего врождённого он просто не смог дать им недвусмысленно понять, что убийство исключено должно быть. Хотя… Принципиально важно другое: не смог – или не захотел? Насколько двуличие слов его есть продукт двуличия души, а насколько –двуличия мозга? Двоемыслия его? Насколько самая двусмысленность слов его, коя временами вот такую забавную форму принимает, как в рескрипте сём, - насколько она задуманной является, а насколько непроизвольно вырывается с уст или сходит с пера; потому непроизвольно, что отражает собою ту уже степень двуличности, когда она воистину в две уже личности обращается?
Действительно всё это объясняет. Как царь слабость свою имитацией силы прикрывает; но знает о слабости и знает, что другие о ней знают, а оттого и сам в образ силы, себе присвоенной, не верит; но оттого только крепче навязывает оный себе и другим. Как он и в политике стержня не имеет; потому как для того убеждения нужны, а сих нет у него, или меняются они, волнам, на берег накатывающимся, подобно. Как и отцеубийство позволил; ибо убийства, станет, и не хотел, но избавиться от императора желал и заговорщикам то разрешил. Либо же по двуязычию своему так им отказал, что они то за разрешение приняли, потому как было оно в душе его, разрешение то; боялся он просто, что откроется сие и потому прятал слабость таковую за очередной позою, кою сильной почитал, и тем в заблуждение фон Палена и прочих ввёл…
Да, что-то расписался я. Одна неловкая фраза на сколь рассуждений навела. Меня ведь тоже в двуличии обвиняют, хотя ничего дальше от истины не лежит. Я себе не лгу нисколько, потому с уверенностию сказать могу, что решения мои прямы и однозначны, когда продуманы они мною, и в правильности их убеждён я. Иное дело, что не хочу – да и должен ли кому? – показывать решения мои другим; тем паче – делиться ими. Граф Румянцов-Задунайский жестоко научил вообще язык за зубами держать; жизнь дальнейшая научила использовать слова для сокрытия мыслей своих. Ибо нет в мире сём у человека врага жесточее человека; но не потому, что убить может за мелочь мельчайшую, а потому, прежде всего, что через слова твои в душу тебе забраться пытается – дабы затем в орудие своё превратить. Неправы римляне были, утверждаючи, что человек человеку – волк. Не волк. Человек человеку – дьявол, ибо главным образом душой твоею завладеть хочет и пользоваться ею в интересах своих. Так зачем я буду позволять это делать с душою своей?
Но душа одна у меня; я скрываю её. У Александра же две души; и они обе наружу у него выглядывают…
Впрочем, хватит. Император – человек зрелых лет уже, его не переделать. Мне себя переделывать тоже нужды нету. Но Отечества ради действовать через него не раз ещё придётся, так что рассуждения сии дневнику лишь доверю. А сам с ним верноподданно работать постараюсь. Тем более, что в годину военную царь стержневою опорою является для страны нашей, ибо от его воли ключевые решения зависят. И наша, дворянская, честь и должность во время сие – на решения таковые елико возможно влиять. Ибо царь – он; но страна – наша. Ивана Грозного времена ушли, и сегодня царь – лишь дворянин первый…
Итак, армии. В армиях у нас новое отступление наметилось. Барклай, наконец, твёрдо уверился, что не подойти Багратиону к нему никоим образом; надобно армиям в Смоленске соединяться. Потому Витебск он оставляет сегодня или с надёжностию оставит завтра.
Меж тем, ариергард ген.-майора графа Палена, усиленный егерскими полками, расположился в ночь сию на позиции в 8 вёрстах от Витебска, на левом берегу речки Лучосы, не доходя дер.Добрейки. Позиция сия – примерно та же, что прежде занималась, разве что позади тех линий: правый фланг упирается в Западную Двину, левый – в лес. Впрочем, для того арьергарда, что граф Пален получил давеча, позиция сия велика весьма, потому точнее сказать будет, что фланг левый его в воздухе повисает. Либо же батальоны расставлять надобно с промежутками большими, что позицию ослабляет критическим образом.
В таком положении началось третье за трои дни сражение. Рассказывают, что несмотря на «сильное стремление неприятеля», Пален удержался против превосходивших его численно неприятельских сил почти до 5 часов пополудни. При этом главную честь удержания сражения несёт левый фланг наш, который открытость свою отличною храбростью своею компенсировал.
Однако ж около 4 часов пополудни были примечены четыре французские колонны, которые, следуя по правому берегу Западной Двины, приближались уже к Витебску в обход и «на отрез» нашего ариергарда. Тогда Пален приказал отступать за р.Лучосу, прикрывшись кавалериею своей, где на правом берегу и остановился на ночь.
Собственно, роль свою он выполнил исчерпывающе: пока происходило все описанное, 1-я Западная армия отступила тремя колоннами от Витебска по направлению к Поречью и Смоленску. Трудное это движение в ясный летний вечер, вблизи неприятеля, было исполнено в таком отличном порядке, что Наполеон принял его за построение армии к бою. Он также стал готовить к сражению свои огромные войска и послал Сен-Сиру и Груши предписание поспешить к Витебску. Выжидая их, Наполеон отложил решительное сражение до следующего дня, а это значительно облегчило задачу Барклая. Граф Пален держался на Лучосе до ночи, после чего ушёл изо города и последовал за армией, оставив аванпосты, которые ночью поддерживали огни.
В это же время Багратион последних солдат своих через Днепр перевёл и также к Смоленску устремился.
Продолжает радовать Тормасов. При Кобрине разгромил он 3-тысячный отряд Клингеля из корпуса Ренье. Подробности обещаются завтра, но уже ныне сказать можно: победа не горазда по численности войск разгромленных неприятельских, но важна тем, что не тихий фланг тут у Наполеона получился, и не может он отсюда ни батальона забрать для основных сил своих; напротив, вот-вот начнёт снабжать подкреплением эту в целом незначащую линию операционную.
Tags: 1812
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments