Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Тайный дневник фельдмаршала Кутузова

31 июля. Сегодня продолжился бой вчерашний у Витгенштейна.
Теперь уже явнее стала препозиция.
Итак, 28 сего числа Удинот занял деревню Клястицы с 28 тысяч солдат и 114 пушками. При этом, однако, Удинот рассредоточил свои силы, имея в виду и дотянуться до Макдональда, и защитить переправы, и прогнать Витгенштейна. Оный же решил воспользоваться растянутостью французскою во главе с авангардом под командованием Кульнева (близ 3700 кавалерии при 12 пушках) надвинулся на неприятеля.
В этих условиях авангард наш столкнулся с французским возле Якубово, каковая стычка переросла во встречное сражение, закончившееся для нас успехом и французским отступлением.
Сего дня Витгенштейн настиг французов возле Клястиц в довольных силах, не давши противнику укрепиться на переправе через реку Нища. Несмотря на мощную батарею французскую на берегу и зажжённый неприятелем единственный мост, французов удалось опрокинуть. При этом, рассказывают, чудеса совершил Павловский гренадерский полк, атаковавший прямо через горящий мост. Кульнев с конным авангардом своим переправился через брод, ударил во фланг неприятеля. Чем вынудил того продолжить отступление.
Преследование продолжалось до реки Дриссы, за которую французы зацепились. Однако к вечеру наши имели на том берегу плацдарм возле села Боярщина, куда переправился Кульнев с авангардом своим в силах 2-х кавалерийских полков при поддержке казаков, с пехотным батальоном и артиллерийской батареею.
Всё это время Макдональд бездействовал. Удинот, таким образом, и ныне оказался лишь с третью сил своих, ибо целую треть отряда своего оказался отделить принуждённым для охраны мостов через Дриссу, а другая треть под командою генерала Verdier`а оставалась возле Себежа, ранее быв туда направленною.
Благодаря обстоятельствам сим, а в первую голову храбрости своей и таланту воинскому Кульнев и разбил Удинота, ибо не Витгенштейну, а ему единственно принадлежит успех дела сегодняшнего, в коем генерал сей не токмо пленных под тысячу взял, но и обоз маршала сего французского!
У меня же тем временем дела с ополчение продвигаются не худо.
Не наипервейшее дело, но, однако ж, важнейшим я его почитаю – о знамёнах ополчению нашему. Без оных, известно, подразделение воинское таковым и считаться не может; я же не желаю командовать крестьян и мастеровых сборищем, хоть бы его и ополчением прозывали.
Почему отписал я рапорт государю нашему, в коем истребовал «дать по два знамя, под коими бы новопоступающие воины приводились к присяге».
Знамя, как сим положено быть, белого цвета с красным крестом. Надпись предложил я такову: «Сим знамением победиши».
Зная, впрочем, неторопливость государя нашего в вопросах таковых, упомянул я, что, впрочем, оные знамёна уже делаются. И тем не оставил ему иного выбора, кроме как освятить символы сии чести воинской, присовокупив, что «дворянское сословие будет только иметь щастие ожидать высочайшего соизволения вашего императорского величества» на то.
Так и надобно с ним, так и буду: я командующий, и в делах воинских он – лицо частное. Ежели аудиенция высочайшая случится, о том и скажу ему: государт, вам империи в руки вдана, мне же войско – вот и будем исполнять долг свой на месте том, кое Бог нас занять попустил.
Далее – дела обыденные. Писал Вязмитинову Сергею Кузьмичу отношении о выделении казарм для сих новопоставляемых воинов, готовил обоснование для чисоенности с структуры воинства моего. Постановили по предложению сему составить восемь дружим; каждая из них должна состоять: из одного полковника, трёх штаб-офицеров, двух адъютантов, двух им помощников, одного квартермейстера, двух ему помощников, четырех капитанов, восьми порутчиков, шестнадцати подпорутчиков, четырех прапорщиков и шестидесяти урядников. Все сии чины разделяются на четыре роты.
То ж – с обмундированием, снарязением и снабжении ополченцев, хотя первоначальном. А именно: провианта — муки на 3 месяца, круп шесть гарнцов, соли один фунт и деньгами по два рубли в месяц, итого шесть рублей. Платья: кафтан должен быть серой или какого бы цвету ни был, хотя не новой, только и не старой и не длиннее вершка за колено, не узок и не широк; воротник пришить в палец красной; кушак какой бы ни был только крепкой; портков двое, одне на нём, другие в ранце; две рубашки неразорванные, а крепкие, одна на нём, другая в ранце; сапогов двое крепких и подбитых железными гвоздями; чулок двое; рукавицы небольшие кожаные чёрные, мягкие и крепкие маленькие варежки; шуба должна быть крепкая, короче кафтана, но не узкая; шляпа должна быть хотя не новая, но крепкая; ранец непременно должен быть для поклажи белья и прочего; к кушаку привязываться должна сумочка из кожи, где он сохраняет свои 80 патронов, к тому должно иметь топор.
Мелочным для главнокомандующего сие казаться не должно: в деле военном мелочей нет, а сам не досмотришь – столкнёшься затем с неприятностями. А виноват сам будешь, потому как командир ты, и на тебе ответ за всё лежит…
Tags: 1812
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments