Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Тайный дневник фельдмаршала Кутузова

1 сентября. Главные силы армии отошли за день до деревни Дурыкина.
Арьергарду пришлось сегодня тяжело. Ген.-лейтенант Коновницын донёс: «Сего числа в продолжении целого дня с семи часов утра неприятель с большим числом кавалерии и пехоты и с орудиями самого большого калибра преследовал ариергард. Несколько раз удерживали мы место и всегда принуждены были уступать оное. Следуя шаг за шагом, к вечеру он с 40 эскадронами атаковал мой правый фланг под протекциею двух батарей. В девятом часу дело прекратилось, неприятель остановился у деревни Старой, в десяти верстах от Дурыкина, имея свои ведеты впереди. Арьергард весь расположился при деревне Поляникове за семь вёрст от Дурыкина».
Под городом Гжатском арьергарду генерал-лейтенанта Коновницына пришлось проходить через обширный лес, затем через самый город и через мост в городе на реке Гжати. Здесь как раз и случился такой критический момент, когда, как сказывали участники дела, казалось, гибель была почти неизбежна.
Мюрат и Даву не упустили случая воспользоваться затруднительным положением Коновницына и настойчиво атаковали его. Одновременно с этой атакой левая французская колонна, наступавшая по дороге из села Белого, угрожала правому флангу арьергарда генерал-лейтенанта Коновницына обходом.
Однако наш арьергард вышел с честью из такого не только затруднительного, но и опасного для него положения. Много изумительных подвигов мужества оказали при этом чины арьергарда.
И опять пионеры! Хоть всем им Отличный знак вешай! Вот: роты подполковника Афанасьева 1-го изнова того же 1-го пионерного полка унтер-офицер Гавриил Иванов, пионеры Наум Мартынов, Гавриил Кондратьев, Юган Биллем, оставаясь в ариергарде последними, под сильными ружейными и пистолетными выстрелами, во время быстрого неприятельского наступления, с отменною быстротою, неустрашимостью и мужеством, подавая собою пример и уговорив товарищей, зажгли мост, чрез что и остановили неприятеля, а ретирующиеся наши войска довольно имели времени к выстраиванию.
С другой стороны – что же это? Да просто всё! Та же система моя, за что солдаты любили меня всегда: что заслужил, за то и получи – награду, либо наказание. Но беспременно: ни добрый поступок, ни злой без выдачи ответной быть не могут.
Рад я! Дня не прошло, как объявил я удовольствие – ещё и не наград! – вчерашним пионерам – а тут снова подвиг истинный! Под выстрелами пистолетными! Это ж с сажён десяти! Как представить сие! – один или двое держат неприятеля от приступа, пока товарищи их мост зажигают – и всё в двадцати, мочно тридцати шагах от врага!
Про казаков отмечу, кои с известного времени под вниманием особенным моим пребывают. Донского войска подполковник Власов 3-й «на правом фланге при городе Гжатске, имея в команде полки свой, 1-й Бугский, Перекопский конно-татарский и 1-й Тептярский, и выдержав в больших силах неприятельскую на себя кавалерийскую атаку, два раза обращал оного назад с потерею его и тем не допустил его отрезать наш арьергард».
Отметить должно и умелые и храбрые действия арьергарда генерала барона Крейца. Это отображение с другой стороны того же положения, когда войска арьергарда Коновницына стали отступать через город и переправляться по мосту в нём на реке Гжать. Угрожавшая обходом правого фланга арьергарда французская колонна двигалась к городу Гжатску по дороге из села Белого и так как эта дорога составляла кратчайший путь к мосту, то неприятель, овладев мостом, мог вполне свободно отрезать отступление нашим войскам, занимавшим лес перед городом.
Французский авангард стремительно атаковал наших егерей в лесу и хотя они отбивались настолько упорно, что дали время кавалерии и артиллерии центрального арьергарда переправиться по мосту через реку Гжать, но в конце концов вынуждены были очистить лес и были опрокинуты к городу Гжатску.
Из-за того арьергард генерала барона Крейца оказался не только отброшенным к реке Гжати, но и окружённым неприятелем. Нисколько не смущаясь таким оборотом дела, Крейц кинулся со своими драгунами и казаками в реку Гжать, перешёл через неё частью вплавь, частью вброд и перетащил по дну реки – подчеркну: по дну! - бывшие при арьергарде два конных орудия.
Неприятель к этому времени успел уже перебраться по не вполне сгоревшему мосту почти вслед за арьергардом Коновницына и вторично отрезал путь отступления арьергарду барона Крейца. Последний тогда бросился в сторону (к северу от города Гжатска), пошёл полями, ломая разделявшие их заборы и плетни, и успел ускользнуть от баварской кавалерии к деревне Лескино.
В этой деревне расположились драгуны, а Донской казачий Андреянова 2-го полк устроил засаду в лощине так скрытно, что неприятель не заметил её своевременно. 13 баварских эскадронов приблизились беспечно к деревне Лескино и совершенно неожиданно для себя были атакованы с фронта драгунами, а с флангов – казаками. Бой окончился в нашу пользу: баварцы потерпели полное поражение и были обращены в бегство с большой потерей.
Весь бой длился 13 часов. Коновницын на 16 верстах останавливался 8 раз, но всегда уступал.
При всей положительности известий сих меня это несколько тревожит. В достоинствах генерала сего и в мужестве войск сомнений нет. Но такой натиск, который ныне французы показывали, должен быть как-то отвечен; а чем? Не желаю в арьергард выделять больше войск, нежели есть там; иначе можно дойти до того, что там будет сражаться более, нежели в армии главной останется. Бонапарт хочет принудить меня к сражению, столь рьяно на арьергард мой наваливаясь, - но рано ещё. Так и так Коновницыну держаться надобно, ибо нечем подкрепить мне его.
По данным нашим (пленных давно уже не было) Наполеон сам прибыл в Гжатск.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments