Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Тайный дневник фельдмаршала Кутузова

6 сентября. Отправил императору донесение:

«За последним всеподданнейшим донесением, которое я имел счастье повергнуть ВАШЕМУ ИМПЕРАТОРСКОМУ ВЕЛИЧЕСТВУ о том, что армии ввел я в позицию при Бородине в ожидании сил неприятельских на себя. 24 числа с отступлением арьергарда к Кор-де-Баталь, неприятель предпринял направление в важных силах на левый наш фланг, находящийся под командою Князя Багратиона. Видев стремление неприятеля главнейшими силами на сей пункт, дабы сделать таковой надежнее, признал я за нужное, загнуть оный укрепленным прежде сего возвышением. С 2 часов пополудни и даже в ночи сражение происходило весьма жаркое; и войска ВАШЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА в сей день оказали ту твердость, какую заметил я с самого приезда моего к армиям. Вторая же кирасирская дивизия должна будучи даже в темноте сделать последнюю из своих атак, особенно отличилась, и вообще все войска не только не уступили не одного шага неприятелю, но везде поражали его с уроном с его стороны. При сем взяты пленные и 8 пушек, из коих 3 совершенно подбитые, оставлены на месте.
Многие при сем деле заслуживают внимание ВАШЕГО ИМПЕРАТОРСКОГО ВЕЛИЧЕСТВА; о всех таковых списки буду иметь щастие повергнуть в след за сим. Теперь же ограничиваюсь кратким извещением ВАШЕГО ВЕЛИЧЕСТВА».
Сам же всё продолжаю размышлять над вчерашним.
Ну, хорошо, Коновницын. Но с чего бы это его арьергард, до этого, в общем, успешно сдерживавший французов, так неожиданно подвергся сильнейшему давлению Мюрата у села Гриднева. Причем дело – для арьергардного - оказалось достаточно необычное: целый корпус французов попытался обойти Коновницына по правому флангу. На следующий день давление усилилось. Немудрено, что запаниковал Коновницын и фактически не оазал сопротивления, почему и был так быстро сбит и практически на своих плечах внес французов на бородинскую позицию. Точнее – шевардинскую. Так и не успевшую достаточно укрепиться.
Вот отчего это – вместо, в общем, традиционной рутины арьергардных схваток, позволяющих отточить лишь тактические навыки свои генералам дивизионного звена, французы бросились в столь сильное наступление, и уже не авангардом своим, а сразу тремя корпусами?
Одно у меня сегодня, после ночи, почти бессонной и едва не слёз досады и сожаления в подушку: похоже, Наполеон понял, что я ему готовил. Он ведь мне даже приснился нынче! На верное не помню, как и всякий почти сон, но вроде как показывал он мне по карте, как проник он в замыслы мои. Указывал: вот частый и лишённый тропинок лес, занимая всё пространство между Утицею, Дорониным и Ельнею, поставляет границы движениям обеих сторон. А далее высоты, кои спускаются к Колоче возвышенностями, представляющими амфитеатр, которым повелевают курганы противоположного берега... Отсюда ясно, что Кутузов непременно установит свою боевую линию на берегах Колочи, упирая левый фланг в леса и ручей у Доронина, а правый в Москву реку; и когда форсирую я Колочу, с этих высот амфитеатра природного он меня и возьмёт в огни...
Мистика, конечно, но что мы знаем о Промысле Божественном?
Только показал во сне Наполеон мне, будто от ведетов своих узнал, где работы у нас ведутся и немедля сообразил, что ждёт его, ибо сам же поступил бы так же. Дескать, давно он знает Кутузова, не мог «лис севера» не измыслить чего-то хитрого. Что, дескать, понял он: пока арьергард сдерживает французов, русские до крайности укрепляют свои редуты, после чего ему остается небогатый выбор: ломиться на Шевардино и ждать обхода слева, либо втягиваться на поле между контролируемыми неприятелем высотами, где ждать все того же обхода слева.
Чушь, в общем, ибо не могло быть ведетов его столь далеко, но в целом сон мне вещим кажется: должен он был, едва расположение войск наших узрев глазами передовых пикетов авангарда его, сообразить, что к чему. Потому Наполеон ждать не стал и кинулся на Шевардино. А у меня, напротив, войски правого фланга уже на биваках с ночи; их поднять, изготовить и бросить на неприятеля в атаку, сколь-нибудь на успех рассчитанную, – это часов 6 со свёртыванием в колонны походные, маршем и последующим развёртыванием в боевой порядок.
Эх, Коновницын, Коновницын… Ну хоть бы донёс вовремя, что поспешает, трюх-трюх, к позициям нашим! Хоть бы изготовить мне заранее солдат! А то, вишь, три эскадрона неприятельских он «полностью истребил» – а через час уж в виду у всей армии показывается!
Какое значение Наполеон придавал Шевардину, сей день уж ясно видно хотя из того, какие мощные силы были задействованы в ходе этого боя с его стороны. По показаниям пленных и по оценкам штаба нашего, на нашу неполную дивизию Неверовского, пять егерских, два драгунских полка, да два кирасирских и дивизию Карла Мекленбургского, что в ходе боя к ним присоединились, французы бросили больше 40 тысяч солдат при 186 орудиях – без малого два корпуса пехоты с кавалериею.
Надобно же и доблесть войск наших признать: 9 часов дрались они противу таковой-то силы!
СНОСКА: Кто-то, не помню, уж позже гораздо, когда пленных стали много брать, и с офицерами штабными, донёс мне из показаний их, как вожди неприятельские о солдатах наших в день сей отзывались. Оказалось, вечером император Наполеон роптал на малое число пленных, взятых после такой сильной и убийственной атаки. Герцог Виченский же сказал ему, что «Русские показали себя стойкими, так что их мало было убивать, их приходилось ещё обваливать». – «Ну, отвечал Бонапарт, завтра до полудня у меня будут артиллерийские резервы, и мы их обвалим»
Это мне большую надежду на завтрашнее сражение внушает. И потому, мню, ещё ничего не потеряно: французы завтра – день нынешний провели они в подготовке, на нас не покушались за исключением горячего дела в Утицком лесу - упрутся в центральный теперь курган, Бородино и Семёновское. Так что справа по ним всё ещё можно осуществить охватывающий удар.
Иное дело, что готов к нему Наполеон, узрел он вчерась возможность таковую, мною подготовленную. И, видно, учитывает её. Видели его сегодня в сером сюртучке. День почти на лошади он рекогносцировался, местность осматривал. В особенности продолжительно наблюдал, остановившись на левом фланге своём; осмотрел с величайшею подробностью, в окрестностях Бородина, долины Колочи и Войны. Замечательно, что приказал он далее начать здесь значительные укрепления, долженствовавшие, по видимости, обеспечить здесь опорный пункт свой. Многозначительно сие; будто говорит он мне о том же всё: дескать, вижу замысел твой…
Я тоже выезжал осматривать позиции. Как и ожидал, заметил сосредоточение значительных сил неприятеля у Шевардинского редута, против нашего левого фланга. Сие закономерно: ничем не прикрытый фланг наш просто напрашивается на концентрическое движение больших масс наступающих. Картечь положит многих; но именно массою задавить флеши довольно нетрудно будет. На них же много орудий не разместишь, так что защищаться им надлежит только грудью оборонителей своих, храбростию их и стойкостью.
Но при том флеши становятся не более чем передовым охранением; потеря их – несчастие не велико. После известного срока, понятно. Да, жертва сие, ибо позиция истинная за оврагом Семёновским лежит: там сама местность изрядную защиту придаёт. Но надобно: доля князя Петра такая – поболее войск неприятельских на себя оттянуть. А далее и утянуть их за собою, к оврагу Семёновскому, где стойко стать, сикурса ожидаючи. Он же от двух ударов сам себя окажет – с правого фланга и с левого самого, от Утиц. Там корпус ежели поставить скрытно, то оный, дождавшись, покуда французы пред Семёновским соберутся, через лес Утицкий им во фланг и тыл ударить мог бы. Лес осматривал я: за завесой егерей можно по нему войски провести, хотя и без пушек. Теи, однако, по дороге рокадной пойдут, ибо роль их вспомогательная.
Посему приказал я внесть изменения некоторые в занятие позиции. Сводной гренадерской дивизии графа Воронцова приказал занять Семёновские флеши, а за нею стать 27-й пехотной дивизии Неверовского. 2-й же гренадерской дивизии стать за Семёновским. За сим перебросил на крайний левый фланг, как и собирался, отдельный корпус. Назначил таковым 3-й корпус генерал-лейтенанта Николая Алекссевича Тучкова 1-го – весьма дельный начальник воинский. При Пройсиш-Эйляу удачно удерживал правый фланг и активно контратаковал при этом. В Финской войне хорошо действовал. И далее подвижность его заметна была – под Островною, при Лубино. Так что, полагаю, сей военачальник сможет действовать во фланг неприятелю, когда тот на флеши взойдёт. И при том наблюдать будет Старую Смоленскую дорогу; ибо хот авантюрою считаю я выдвижение Наполеоном корпуса по ней во фланг наш; однако же при крайнем напряжении сражения, да при столь изрядном превосходстве его численном – по последним оценкам нашим, экстраполяционно из показаний пленных двух корпусов французских сделанных, до 185 тысяч войск у Бонапарта, - при толиком превосходстве появление корпуса на фланге нашем, в битве обычной на окружение было непременно обречённого, стало бы сложною проблемою.
Так что для наблюдения больше усилил, если можно так сказать, я корпус этот из общего резерва семью тысячами ополчения московского. Впрочем, как сказано, не ожидаю я сильной здесь атаки. Для связи же корпуса сего со 2-й армиею велел четырьмя егерскими полками заняли кусты и лес между Утицей и Семёновским.
Так что общий план оставляю прежним, и основная часть армии сконцентрирована на правом фланге, чтобы нанести отрезающий удар. А буде навалится Наполеон слишком сильно на левый фланг наш – так переброшу войска оттуда как резерв. Сражение станет глупым: на перемалывание солдат друг у друга; но зато понятным весьма генералам нашим и, смеюсь, но скажу - историкам будущим. Вон Михайловский-Данилевский всё порывается узнать, отчего большинство войск наших на непреодолимых позициях справа стоят. Ну так а что это и за план сражения, коли он понятен даже капитану ополченческому будет? Или тем паче червю кабинетному, с фолиантами древними в обнимку спящего…
И паки скажу: как плохо, что не привилось у нас ещё единоначалие полное в армии нашей! Вроде и главнокомандующий я, и приказы мои обязательны – да не напрямую исполняться они будут. Как вчера: могу только через князя Багратиона его войсками распорядиться. А он – медлил! Оно и завтра на то же только рассчитывать и приходится: до «гг. командующих» диспозиция доведена, а уж воплощать они её сами будут.
Во всё время сие продолжали срочно возводить флеши, поднимать курган, оборудовать позиции за оврагом у Семёновского.
После полудня снова войски объехал, с ходом крестным. По фронту войск обносили икону Смоленской Божьей Матери; пред нею служили молебны.
С солдатами говорил. Настрой у них бодрый весьма, многие говорили, что побьём супостата. Все в чистое одеваются; у кого нет – стирает спешно. То есть знают, что смертушка уж клыки свои точит на них, и каждый себя под них готовит; однако радуются! Снова вижу я доброго солдата русского, высокого солдата русского; слёзы застили глаза мне!
Меж тем день сей тихим назвать тоже нельзя. Весь день изрядно беспокоил неприятель нас на левом фланге позиции, в Утицком лесу. По числу наших войск, участвовавших в деле, судить можно, что едва стычки эти в не маловажное сражение не переросли. Хотя участвовали почти исключительно егерские полки 2-й Западной армии, однако ж пришлось их даже сменить далее Смоленским пехотным полком и батальонами 2-й сводно-гренадерской дивизии генерал-майора графа Воронцова.
С другой стороны, боем это тоже назвать трудно. Палили тут наши егеря в французских вольтижёров и польских тиральеров ещё в ночь; затем стычки продолжались ранним утром сего дни; затем затихло, а ввечеру разгорелося вновь.
Бой шел с переменным для нас счастьем. Иной раз превосходный численно противник отодвигал наши войски к самым флешам; но и наши отбрасывали неприятеля и занимали даже и у Шевардинского редута лес.
Перечислю их, ибо в уверенности пребываю, что сражение завтрашнее затмит бой сей; между тем, надобно запомнить героев сих, загородивших неприятелю дорогу в тылы наши; где обозрел бы он линии наши. Хватит с нас вчерашнего, когда разгадал Наполеон планы мои; пусть завтра хотя сюрприз какой отведает.
Итак, участвовали с нашей стороны: 6-й, 41-й егерские полки (всё та же егерская бригада полковника Глебова 1-го) 12-й пехотной дивизии 7-го пехотного корпуса, 5-й и 42-й егерские полки (егерская бригада полковника Гогеля 1-го 26-й пехотной дивизии 7-го пехотного корпуса), Смоленский пехотный полк (12-й пехотной дивизии 7-го пехотного корпуса), некоторые сводные гренадерские батальоны 2-й сводной гренадерской дивизии генерал-майора графа Воронцова и, кратковременно, Нижегородский и Полтавский пехотные полки 26-й пехотной дивизии 7-го пехотного корпуса и батарейная № 32 рота (подполковника Белинсгаузена) 3-й резервной артиллерийской бригады.
СНОСКА: Эпизод, немало развлекший штаб наш, когда позднее листы наградные подписывались здесь, не могу не привесть: «Астраханского гренадерского полка унтер-офицеры Осип Макаров, Евдоким Петров, Трифон Романов, рядовые Петр Картаули, Иван Карапанов, Алексей Трофимов, Семен Иванов, Леонтий Симаков, Аким Кожблюк, Исайя Рудаков, Иван Яковлев, Григорий Зеленский через всю ночь находились в передовых постах, а на рассвете неприятельские стрелки, наступая, открыли сильный огонь, противу которого цепь передовая принуждена была отступить. Заметя же беспечно идущего французского офицера с восемью стрелками, его защищающими, оные унтер-офицеры с своими рядовыми, презирая угрожающую опасность, решились во чтобы то ни стало истребить командующего стрелками и его конвоиров. Засев в кустарниках и пропустя, со словом «ура» ударили сзади в штыки, офицера и трёх французов убили, а пять взяли в плен, отступающие же, когда услышали победоносное «ура», с отважностию наступили, опрокинули неприятельскую цепь и заняли прежнюю свою позицию; оных же пленных отдали майору 6-го егерского полка Мигаю».
Меж тем, и на правом фланге малые перепалки происходили. Здесь оставались на левом берегу реки Колочи для наблюдения и прикрытия правого фланга казаки Платов. Взято ими несколько пленных.
Ну… же: отдыхать, поесть и спать. День завтра многое покажет. Уповаю на Господа и длань его надо мною; но при любом исходе с места не сойду я…
Tags: 1812
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments