Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Тайный дневник фельдмаршала Кутузова

26 октября. Наполеон сего дни приказал своей армии отступать на север, через Боровск и Верею в Можайск и далее двигаться к Смоленской дороге. Его армия стала исполнять этот приказ в ночь сию, оставив Малоярославец и двинувшись в Боровск. Сие было замечено ведетами нашими.
Утром сего дня Паскевич прибыл в Медынь. За ним приспела главная армия. Хотя сие слово подходит не совсем: двигаться я приказал медленно, чтобы не оставить Наполеону соблазна вернуться назад и обойти меня через Малоярославец, который я оставил ради Медыни.
ПРИМЕЧАНИЕ НА ПОЛЯХ. Вновь приведу тут документы и письма французские, что достались нам при отступлении неприятеля. Прелюбопытно заглянуть по другую сторону, посмотреть, как оценивают себя, тебя и твои действия противники твои. Вот только Боже мой, как лгут они! – даже самим себе!
Маршал Дюрок:
"Громадное расстояние, отделявшее Его Величество во время пребывания его в Москве от различных корпусов армии и от Империи, навело его на мысль о переходе к наступательным действиям и о приближении к Литве. А потому армия, перед выступлением на Смоленскую дорогу, пошла на неприятеля, бывшего на Калужской дороге, в Калугу и, овладев его позициями и разбив его самого, двинулась по намеченной заранее дороге".
Император прибыл вчера в Смоленск. Его Величество совершенно здоров; часть армии прибыла уже туда, а остальная идет. Погода, бывшая в начале довольно хорошей, благоприятствовала движению, но за последние дни она испортилась; морозы и снег испортили дороги. Армия нашла в Смоленске большое количество запасов и приближается к стране, которая доставит ей таковых в изобилии. Ожидаются события в корпусах слева, состоящих под начальством маршалов: герцога Реджио и Беллюн. На правом же фланге кн.Шварценбергу, получившему подкрепление, пришлось отразить неприятельский корпус, приблизившийся к Бугу».
Бюллетень великой армии, составленный в Верее 27 октября 1812 г.:
«29-й бюллетень великой армии. Верея, 15/27.10.1812.
10/22 числа князь Понятовский двинулся к Верее. 23-го армия собиралась уже последовать за ним, как вдруг после полудня получено было известие о том, что неприятель оставил свой укрепленный лагерь и направился к городку Малоярославцу. Сочтено было необходимым двинуться на него, чтобы вытеснить его оттуда.
Вице-король получил приказание отправиться туда. Дивизия Дельзони прибыла 11/23, в 6 часов вечера, на левый берег, овладела мостом и приняла меры к восстановлению оного. В ночь с 11/23 на 12/24 две русских дивизии вступили в город и заняли очень удобные высоты на правом берегу.
12/24 на рассвете завязался бой. К этому времени явилась вся неприятельская армия и заняла позиции за городом. Дивизии Дельзони, Брусье, Пино и итальянская гвардия вступали в бой поочередно. Сражение это делает величайшую честь вице-королю и IV армейскому корпусу. Неприятель двинул в бой две трети своей армии для того, чтобы удержать позицию. Но вотще. Как город, так и высоты были взяты. Отступление неприятеля было столь поспешным, что он был вынужден побросать в реку двадцать штук орудий. Под вечер маршал принц Экмюльский выступил со своим корпусом, и вся армия расположилась в боевом порядке, вместе со своей артиллерией, 25-го числа, на той самой позиции, которую неприятель занимал накануне.
Император перенес свою главную квартиру 12/24 числа в 7 часов вечера в деревню Городню. 6000 казаков, пробравшихся в лес, атаковали с криком «ура» тыл позиции и овладели 6 орудиями, стоявшими парком. Герцог Истрийский помчался туда галопом со всею конной гвардией. Вся эта орда была изрублена, отброшена и опрокинута в реку. От нее отняли захваченную ей артиллерию и несколько штук собственных ее повозок. 600 человек этих казаков были убиты, ранены, а трое взяты в плен. 30 человек гвардейцев были ранены, а трое убиты. У дивизионного генерала графа Раппа была убита бывшая под ним лошадь. Мужество, доказанное столь много раз этим генералом, проявляется при всяком удобном случае. В начале атаки казацкие офицеры, узнавшие гвардию, называли ее «парижскими франтами». Драгунский майор Лётор отличился. К 8 часам порядок был восстановлен.
Император отправился в Малоярославец, произвел рекогносцировку позиции неприятеля и назначил атаку на следующий день; однако, ночью неприятель отступил. Маршал принц Экмюльский преследовал его на протяжении 6 миль. Император не препятствовал ему и приказал двинуться на Верею.
14/26 главная квартира находилась в Боровске, а 15/27 в Верее. Принц Эимюльский находится сегодня вечером в Боровске. Маршал герцог Эльхингенский в Можайске. Погода превосходная, дороги в наилучшем состоянии; теперь конец осени. Такая погода продержится еще в течение недели, а к этому времени мы будем уже на своих новых позициях. В бою под Малоярославцем отличалась итальянская гвардия. Она овладела позицией и удержалась на ней. Генерал барон Дельзони, заслуженный офицер, был убит тремя пулями. Наши потери составляют 1500 человек убитыми или ранеными. Неприятель же потерял от 6000 до 7000 человек. На поле битвы оказались 1400 человек русских, в числи коих было 1100 человек рекрутов, одетых в серые куртки и проч., служивших вряд ли более двух месяцев. Старинная русская пехота уничтожена. Русская армия держится только сильными подкреплениями из казачьих войск, только-что прибывших с Дона.
Сведущие люди уверяют, что в русской пехоте только первый ряд состоит из солдат, второй же и третий ряды – из рекрутов и ополченцев, записанных в полки вопреки данному им обещанию. Русские потеряли убитыми трех генералов. Генерал граф Пино легко ранен».
Восхитительно! Всюду победили, русских отбросили, преследовали их 6 миль – но каким-то образом составляют бюллетень свой в Верее, Ней уже в Можайске, да ещё и генерала убитым потеряли! Впрочем, и не одного, но о тех молчат.
На самом деле Давуст, оставленный у Малоярославца, действительно прошёл ещё несколько вёрст вперёд. Но Милорадович следил за ним внимательно, и вскоре, заметив, что за ним идет только авангард, а неприятельская армия отступила, остановился. С обеих сторон открыли канонаду, продолжавшуюся несколько часов. Но Милорадович держался твёрдо, а армия наша была рядом, посему Давуст действия боевые прекратил и потянулся назад, к Малоярославцу. Здесь он переправился за р. Лужу и расположился в пяти вёрстах за нею, на дороге к Городне. Милорадович двинулся за ним, занял Малоярославец и донёс об этом мне.
Таким образом, вышло так, как я задумал: армия французская оказалась в некоем бредне; войски мои были растянуты, и ими ловил я щуку французскую на любом направлении, куда бы они ни сунулась; для того и нужно мне было отойти к Полотняным Заводам.
Но читаем далее.
«Донесение герцога Эмилия Гессен-Дармштадтского царствующему герцогу. Смоленск 10/29.11.1812.
17/19-го октября армия отступила из Москвы по Калужской дороге, потом свернула вправо на Каменское, откуда отправилась снова по Калужской дороге и 12/24 встретилась с русскими под Малоярославцем. Сражение, которое там произошло, и которое длилось полтора дня с величайшим ожесточением, окончилось наконец в пользу нашей армии, которой удалось заставить неприятеля покинуть почти непреодолимую позицию. После сего армия отступила в Боровск, может быть потому, что император отказался от намерения идти в Калугу, или же потому, что все движение это было только стратегической демонстрацией; потом она направилась через Можайск опять по Смоленской дороге и последовала по оной, перенося величайшие лишения и преодолевая невероятные трудности. Не знаю еще, проведем ли мы здесь зиму, или же станем зимними квартирами еще далее в тыл.
18/30 октября по прибытии моем в Гжатск император приказал мне собрать 3 пехотных полка Великого Герцогства в одну бригаду и принять начальствование над ней. Она должна войти в состав дивизии Лаборда, из молодой гвардии. Вследствие этого распоряжения я собрал сии полки в Вязьме и последовал за 1-й дивизией молодой гвардии. Трудность этих переходов была выше всякого описания. Солдатам приходилось делать невероятные, сверхчеловеческие усилия; многие из них погибли. Люди, лошади и обозы остались позади в большом количестве, и к величайшему моему сожалению я не знаю, в состоянии ли будут явиться пушки гвардейского полка и обоз главного штаба.
Не представил моего донесения раньше за полным отсутствием почты и каких бы то ни было способов сношений.
Герцог Эмиль Гессен-Дармштадтский, генерал-майор».


Tags: 1812
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment