Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Categories:

Повести исконных лет

В лето 6477 (969). Се есть последнее известие летописи сей. Изгнан бо есмь Святославом с Руси после успения в Бозе блаженной и праведной великой княгини Ольги, и прочих всех клириков болгарских и греческих изгнал он, мстя за обиду свою в Болгарии. Ныне же скончаю труд свой иеромонахом монастыря Св.Пантелеймона, не имея благословения архиепископского продолжать летописи сии; да и не знаю, что ныне на Руси происходит.
В начале года сего, прогнав печенегов, остался Святослав на зиму на Руси. Тут стал он уставлять землю русскую. За болезнию матери своей, великой княгини блаженной Ольги, коя томилась сердцем после нашествия печенежского, повелел он сыну своему Ярополку стать в его место в отсутствие своё. Хотел ведь Святослав вернуться в Болгарию и сделать Переяславец центром земли своей и вея Руси. За несовершеннолетием же Ярополка приставил Святослав к нему воеводу именем Блуд, из волынян родом.
Второго же сына Олега отправил наместником своим в Деревскую землю, в город Вручий, и к нему приставил воеводою сына Асмуда именем Вузлейф.
Владимира же хотел Святослав оставить покамест в Киеве за малым возрастом его. Но тут подступили к нему гости и слы Новгородские, что приехали в Киев искать у великого князя правды от насилий норманнских, - наезжали ведь норманны на Ладогу и на Новгород малыми шайками, и не было на них управы без руки княжеской. А перед тем подучил их Добрыня, вуй Владимиров, брат матери его Малуши, ключинцы Ольгиной: да просят они Владимира князем себе. И когда те подступили к Святославу, сказал тот: "Да если бы кто шёл к вам; нет у меня воеводы для вас". Они же сказали: "Дай нам Владимира, сына твоего. Будем во всём слушать его и дядьку его, а ходить под рукою твоею". Ответил Святослав: "Берите". И так отправил Владимира в Новгород, иде же сам сидел при отце своём Игоре Ольговиче; а воеводою к нему поставил Добрыню.
После того стал собирать Святослав воинов, хотя весною идти разорять вежи орды иртим, мстя печенегам за осаду Киева и за смерть людей русских.
В то самое время император Никифор послал к царю Петру в Преслав послов своих Никифора Эротика и епископа Евхаитской эпархии Филофея. Намеревался ведь теперь базилевс помочь болгарам против русов и тем укрепить своё влияние на болгар. Сии слы говорили с Петром очень ласково, не требовали более отправить в Константинополь царских сыновей заложниками и предложили вечный союз, а для того сочетать браком дочерей царя с сыновьями императорского дома греческого.
Болгары же, забыв о недавних неправдах греческих, а наипаче же страшась владычества русского, с радостью приняли посольств; посадили девиц на повозки и отправили их к базилевсу Никифору с просьбою о союзе новом и с тем, чтобы тот пришёл на помощь и отвратил повисшую над их головами секиру Святославову.
По весне ближе к лету болгары, получив от греков заверения в дружбе, отложились от Святослава. Произошло то по велению царя Петра, который сам отложился от мира со Святославом и объявил болгарам, что отныне снимает с них роту, данную русам. После того во многих городах русских в Болгарии поднялись болгары и перебили русов; в других же русы подавили восстание и убили его вождей. Войско же болгарское осадило Переяславец, где сидел воевода Волк; Свенельд же сидел в Доростоле.
Император же Никифор стал укреплять стены Константинополя и распорядился отковать новую цепь, коею велел замкнуть Суд. А войска своего болгарам не послал, но пошёл сам в Сирию, штурмовать Антиохию.
По весне Святослав собрал вои многие комонные, и отправился через землю древлянскую воевать орду иртим. По Днепру же другую рать пустил на лодьях; прошла та через земли харавои, и пропустили её, ибо были харавои союзниками Святослава. Так с двух сторон напала русь на иртим и многих убила, и вежи разорила.
Сам же Куря хан утёк в земли цопон и большую часть орды своей увёл – не мог ведь Святослав нагнать его из-за пешего войска своего, а на конях одних бежать за печенегами опасался, зная о хитростях их и засадах.
Цопон же приняли иртим за дары богатые и потому, что на греков всегда смотрели, получая от них дары многие; греки же, как сказано, хотели Святослава из Болгарии удалить, и на то своих союзных печенегов подбивали тайно, чтобы те вместе с иртим путь Днепровский руси закрывали.
Не стал Святослав нарушать мир с цопон, посчитав, что довольно наказал уже хана Курю, а наипаче же не желая новой войны, покамест войско его главное на Дунае стоит, и дела болгарские не улажены. Кочуют ведь цопон по Климатам и по Лукоморью тож до той стороны Днепра: могут они торговлю русскую с греками преступить на Низу, покамест связаны силы русские в Болгарии.
Так вернулся Святослав с добычею и полоном и сказал матери своей и боярам: "Не любо мне сидеть в Киеве, негде тут силе моей разгуляться, а добыча мала – полонянников всё меньше берём, зане всё русское уже вокруг Руси. А от печенег челядь худая, мало её продать можно – не могут ведь хорошо работать печенеги. Потому хочу я жить в Переяславце на Дунае, и там хочу сделать сердце земли моей. Туда ведь стекаются все блага: из Греческой земли - золото, паволоки, вина, плоды разные, а из Чехии и из Угор серебро и кони, а из Руси же меха и воск, мёд и челядь.
Отвечала ему тогда блаженная Ольга: "Зачем оставляешь меня, о сын мой? Куда идёшь, чужого желая? А свою землю кому поручаешь? Дети твои малы, а я стара и уже смертельно больна.
Я, сын мой, преже уже горячо умоляла тебя, чтобы ты со мной вместе верил в единого истинного Бога, и Он даровал бы тебе к земному царству и небесное. Ты же пренебрёг моим советом и отверг мои слова, не захотел постичь истину и даже разгневался на меня. Ты не сделал Бога помощником себе, но возложил упование на тлен земной и человеков смертных.
Теперь, сын, не ходи никуда, пока я не отойду от этой жизни и погребению не буду предана. Тогда иди куда хочешь".
И гневался на слова такие Святослав, но молчал, ибо любил он матерь свою и не хотел перечить ей в её последний час.
И завещала Ольга сыну своему: "После моей смерти не делайте ничего по вашему языческому обычаю; но пусть мой священник погребёт грешное тело моё по обычаю христиан. Кургана же пусть не дерзнет никто надо мною сыпать, ни тризны творить; но пошли золота в Царьград к патриарху, пусть он совершит моление к Богу о моей душе и нищих милостыней оделит".
И потребовала она со Святослава священной вары в том, что точно исполнит тот последнюю волю её. И тот поклялся так древнею этой клятвой прежних русингов, норманнов и варягов, как дают её варяги христианам, не принадлежа сами к вере Христовой, но и языческими богами клясться в Христианской земле не должные.
Сказала Ольга сыну напоследок: "Уже приближается время моей кончины; через три дня  уйду к желанному Христу, в которого верую. Побудь со мною мои последние дни; когда похоронишь меня, - отправляйся куда захочешь".
Когда Святослав услышал слова матери своей, слезами наполнились глаза его, и хотя он не уверовал во Христа, но по сыновней любви обещал ей всё сотворить, как она просила.
И верно говорят то: кого любит Господь, даёт им прозрение смертного часа их. Так и Ольга знала, что вскоре вознесётся ко Господу. Через три дня, как и сказала тогда, умерла июля 11 дня.
И был я пред нею, когда возлежала она на смертном одре своём, и слышал, как особенно благодарила она Бога и Пречистую Богородицу, а также всех святых она в молитве на помощь призывала. И настал час, когда от телесного союза захотела душа ея отделиться и к вышнему переселиться чертогу, к которому давно стремилась. И сподобилась она причаститься животворящих тайн тела и крови Христа, Бога нашего, и с благодарением и молитвой на устах, радуясь, что может уже предать святую свою душу в руки Божии, и перейти в обители вечные.
И плакали по ней плачем великим сын её, и внуки её, и с ними князья, и бояре, и прочие вельможи, и все люди. И били себя в грудь и христиане, и язычники, крича: "Осиротела земля Русская матерью ея!"
И так лежало тело её в горнице княжеской три дня; на третий же день к полудню подняли краду ея и понесли к церкви Св.Илии, где завещала она похоронить себя.
Когда понесли её хоронить, тогда все, сколько там было христиан, так и язычников, и приезжие из многих стран, купцы и гости, все горько плакали о потере блаженной Ольги. Для князей и вельмож и прочих сановников она была мудрейшей и разумнейшей управительницей государства и защитницей державы, для них же самих была она тихой и приветливой в совете и справедливой в наказании. Кияне же и приезжие люди русские также находили у неё прибежище и упокоение, вдовы же и сироты приют, насыщение и одежду от неё получали с любовью; нищие же и убогие — всё в изобилии получали от неё, что им было потребно. А жизнь блаженная Ольга вела воздержанную и целомудренную; не хотела выходить вторично замуж, но пребывала в чистом вдовстве.
И говорили люди так: "Жила бы она ещё, когда бы не печенеги и осада их – переживала ведь Ольга сильно за люди своя и народ свой; держала город перед натиском поганых до последней возможности и спасла его молитвами своими; сердце же своё надорвала на том". И пуще люди плакали, вспоминая, как заботилась великая княгиня о всех них во время осады прошлогодней. Все дни те Ольга молилась, ограждая крестом град свой и имея себе в помощь Пречистую Богородицу и всех святых.
И принесли её на то место, где блаженная Ольга завещала себя похоронить. И отпел я, грешный пресвитер великой сей и истинно святой женщины, над ней положенные по уставу псалмопения и молитвы, и всю службу совершив, благоговейно похоронил ея; и все было сделано так, как она завещала. Сын же и внуки ея проводили блаженную Ольгу до ворот погоста церковного; а далее не пошли; и хотя гневался Святослав на меня за разъяснение, отчего не может он до могилы проводить её, но сдержал гнев свой.
Так похоронили блаженную Ольгу, и верую я, что ещё многими чудесами удивлена будет могила ея, и возвеличена будет она в сонме святых, в земле Русской просиявших!
Святослав же устроил поминки большие по матери своей, и для людей киевских столы были накрыты, и бочки мёда хмельного были им поставлены. И так пили все и поминали блаженную Ольгу, святую правительницу свою.
На седьмой же день после того, когда Святослав и жёны его, и дети носили ещё траурные одежды, прискакали гонцы из Болгарии с известием, что восстали болгары, и власть Святослава над страной своей сокрушают.
Прислал же тех вестников Волк воевода, присовокупив, что не смог удержать Переяславца за большим заговором внутри города против русов. Велел передать Волк: "Поспеши, княже, защитить землю свою, покамест Доростол ещё держится, и Свенельд в нём. Падёт Доростол – снова землю эту воевать придётся; мы же ляжем тут все, сраму не взяв на тебя и русь сдачею нашей в плен".
Разгневался тут сильно князь великий за измену болгарскую, и дружина его мечами о щиты стучать начала. И горожане многие, когда о вести той узнали, стали негодовать на христиан, ибо, как кричали они, убивают-де христиане отцев и братьев их на Дунае.
И взволновались тут многие из бояр великого князя и старших воев, кои особенно были недовольны христианскими деяниями многими матери его, и ждали токмо успения ея, чтобы восставить опять полную веру в идолы поганские. И подступили ко князю Святославу: да восставит он веру древнюю, к коей сам принадлежит. Сказали ему: "Видишь, мирны были нам печенеги, покуда не начала великая княгиня Веру Христову устанавливать; никогда до того не слыхано было, чтобы иртим на Киев нападали. То гнев богов на нас, на Русь; ты же, княже, сам воюешь с Христианы на Дунае, -  отчего позволяешь им здесь богов наших старых сокрушать?"
И лукаво говорили то они, а за ними и многие горожане повторяли; но потому ведь пришли печенеги, что Святослав одних взял с собою на войну и добычу, а с другими враждовал; и сам он землю свою без защиты оставил, всю русь без малого забрав с собою на Болгарию.
Но не слушали люди увещеваний моих и других христиан; и верно сказано, что гневливы язычники и несправедливы, ибо бесы им глаза застят; христианского смирения и исходящего из него суждения разумного не ведают.
Тогда приходил Святослав к церкви Св.Софии и окружил её воями своими. И сказал мне: "Вот, вызвали христиане гнев людей русских на себя, ибо напали на братьев наших на Дунае. Не держат христиане роты своей перед нами язычниками: знаю я, что не считают они то и за клятву. Не могу потому я в Киеве христиан оставить – шипом они колючим будут в спине моей. Выведи добром христиан своих из храма вашего, ибо велю сжечь его. Кто же не изыдет, сгорит".
И сказал ещё: "Ты же отправляйся в Болгарию к сородичам твоим и христианам; не хочу губить тебя, зная, что предан ты был матери моей, а она тебя любила".
И просил я его лишь дать нам возможность унести святыни наши; тогда же и Крест Животворящий уберегли христиане, иже Ольга блаженная из Царьграда привезла.
Изошли тогда многие христиане из Киева и ушли в Любеч, где дозволил Святослав селиться им; церкви же святые сожгли язычники.
Через четыре дня ушли русы на конях к Дунаю; пешее же войско, да с пополнение, отправилось на судах. Нас же, четверых клириков православных, двух греков и двух болгар, держал Святослав при себе – не хотел ведь он нашей смерти, зная, что после того не будет уже ему мира от христиан на Болгарской земле. Говорил то ему преже Калокир – ежели хочет он замирить землю ту, чтобы уставить там княжество своё, то не может он священства тамошнего жизни лишать.
На Хорсовом острове остановились русы, дабы совершить там требу свою языческую у священного их дуба. Дуб тот громаден и мрачен, и окружили его ночью, и зажгли костры; а вкруг дуба укрепили стрелы в земле и молились; потом же принесли в жертву трёх чёрных петухов и гадали по ним на успех свой. Но не хочу писать о том, ибо поистине зловещи требы эти поганские; и сами поганые обернулись ликом своим истинным в Киеве, где преже все веры мирно уживались.
Ещё стояли на Березани, на острове Св.Эферия; тут соединились с конным войском, и дальше поспешили к Дунаю в виду друг друга.
К Дунаю, где ждал помощи Волк воевода с войском своим и с союзными болгарами, русы пришли в августе, 8 числа – так быстро шёл Святослав. Печенеги же и угры были в Доростоле со Свенельдом и Ингмором, и оттуда бегали изгоном на веси и сёла болгарские.
И высадились ночью тайно, а наутро подступили к городу, дожидаясь комонной рати. Переяславцы же, извещённые, однако, о приходе русов рыбаками местными, ждали их; исполчилось войско болгарское, соединив к себе городское ополчение, и выступило против русов.
И была сеча велика, и стали уже одолевать болгары; русы же начали пятиться к берегу. Тогда вскричал Святослав: "Уже нам здесь пасть; не волим же того, братие и дружино, но потягнем мужески!".
После того ступил он в первый ряд и убил несколько воев болгарских. В ужасе попятились болгары, ибо истинно не мог никто противостоять Святославу. И образовали русы строй за своим князем, который они называют "свиньёю", а у греков то называется "клин". А на флангах же фаланги русской то же сделали Ингмор и Волк. И сделали русы общий наступ, и пали многие вои болгарские; остальные же бежали. Так одолели русы болгар, и Переяславец взяли.
Здесь велел князь Святослав казнить всех изменников, коих сам и счёл; и стали ими все знатные, кроме тех, на кого указал Волк как на союзников русских. И так посадили на кол 57 человек. А имущество их Святослав забрал себе.
После же сражения сего и взятия Переяславца отпустил Святослав меня и других клириков, сказав, что не с христианами воюет, а с изменниками; нам же, честным, путь чист.
На том заканчиваю я труд сей тяжкий. В печали и унынии пребываю. Ибо видел я Русь и русов, и много спрашивал и узнавал историю их, и записывал песни и предания их, наблюдал за тем, как живут и умирают они, как воюют и празднуют. Воистину велик народ сей, и большее величие грядет ему. Но пребывает он во мраке язычества и невежества, и сам лучший воин и князь их затоптал огонёк истинной Веры, что затеплила в земле той северной блаженная и святая мать его.
И жаль мне народа сего, плачу я о нём и о вражде его с народом болгарским. И уповаю токмо лишь на Бога нашего милосердного Христа, да просветит он сердце Святославово и русов его, и о том молюсь.
АМИНЬ.
 
Tags: Повести исконных лет
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 6 comments