Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Category:

Новый солдат Империи

- Сан Саныча завалили? Известно, кто?
Новость была ошеломляющая. С Лёшки сразу слетела нега. Он резко сел на кровати.
Сан Саныч Бледнов, по позывному Бэтмен, был одним из лучших командиров луганского ополчения. Впрочем, уже армии – не так давно он со своим отрядом влился в 4-ю бригаду, став в ней начальником штаба. Летние и особенно осениие тёрки его с руководством республики остались, казалось, позади. Совсем недавно он, Сан Саныч, сидел здесь, на краю этой самой кровати, ел расклякавшиеся от долгой варки – увлеклись разговором, что поделаешь. И говорил как раз о том, что "атаманщину" действителоно пора изживать, и альтернативы этому нет, и что он сам как раз государственник, а прежние тёрки-разборки – в забытом прошлом.
И вот – убит…
Была надежда, что Митридат, с недавних пор ставший официально сотрудником госбезопасности ЛНР, скажет сейчас, что Бэтмена каким-то образом ликвидировала диверсионно-разведывательная группа укропов. Но холодок осознания, что виновники гибели Бледнова – не они, уже сползал из мозга к сердцу. Бывал Лёшка у Сан Саныча в Красном Луче, сиживал и езживал в его броневичке фольксвагеновском – ничего не давал на откуп случайности товарищ Бэтмен, хороший был броневичок. Не для вооружения обычной ДРГ. И охрана была у него хороша. Казалось бы, к своему в гости заходил. Но два бойца были в квартире, ещё один в подъезде, а четвёртый – возле подъезда на улице. Грамотные люди охрану ставили, недаром, говорили, что один из его людей, с позывным Кот, аж в Кремлёвском полку служил. Надодумать, не ножку лишь тянул в балетной тамошней шагистике…
Но Митридат сказал лишь:
-Давай, одевайся. Буду у тебя через полчаса… 
И всё стало ясно.
*  *  *
К Сан Санычу Алексея подвёл тот самый Ященко. Когда Кравченко безальтернативно поставил вопрос о том, что едет на Донбасс разыскивать и карать убийц отца, тот сдался и передал контакты людей, которые могли бы правильно принять на месте его сотрудника. Заодно подробно проинструктировав относительно того, с кем какие отношения и как строить.
Высказав соболезнования по потере и предложив махнуть за невинно убиенного раба Божия Александра, Тихон сразу перешёл к делу.
"Намерение твоё мне не по нраву, но я его одобряю, - высказался он парадоксально. Впрочем, тут же пояснил свою мысль: – Не по нраву потому, что ставишь своей вопрос против моего. Грозишь увольнением, хотя ты мне нужен. И хочешь ехать на войну, хотя я тебя не пускаю.
Но одобряю потому, что иначе я и сам бы не поступил. И тебя бы перестал уважать, послушай ты моего запрета. Но я знал, что ты его не послушаешь", - совсем уж нелогично закруглил шеф.
Разговор этот был отражением предыдущего, произошедшего накануне. Тогда Алексей, ошеломлённый и буквально растерзанный звонком из Алчевска, едва дождался, когда Тихон сможет принять его, и положил перед ним заявление на увольнение. В ответ на логичный вопрос о причине, сказал, что твёрдо решил ехать на Донбасс по личному вопросу. Но поскольку не уверен, что вернётся, то предпочитает уволиться заранее.
Тихон молча сходил до шкафчика, в котором хранились у него разномастые бутылки, принёс коньяка. Разлил. Спросил: "Не чокаясь?" – и не дожидаясь ответного кивка, приподнял рюмку, словно отдавал честь.
"Кто?" – был следующий вопрос.
"Отец", - трудно, не веря сам в это слово, вытолкнул Алексей.
"Как?" – последовал второй вопрос.
"Украинцы. На блок-посту. Расстреляли".
"Данные точные?"
"Да. Позвонил водитель, который их вёз с бабушкой моей. На его глазах отца расстреляли. За то, что назвался русским офицером. Бабку отпустили. Велели домой возвращаться и там помирать".
"Вернулась?"
"Не знаю. Мобилой она не владеет. Связи с Алчевском нет. Шофёр говорит, что до дома довёз. Но в состоянии почти коматозном. На глазах сына убили…"
Отец давно собирался вывезти свою мать в Брянск. Впервые он собрался за бабушкой в начале июля, когда прошли сообщения об оставлении Смелковым Славянска и обстрелах Луганска из артиллерии. Он позвонил Алексею и вполне уверенно – он ведь был знающий данную кокретную местность офицер – предсказал, что дальше следует ожидать штурма города со направлений Славяносербска, Счастья и Станицы Луганской. Значит, неизбежно навалятся они на Металлист, Александровск и Юбилейное. Про Октябрьский район Луганска и говорить нечего. "Но туда сунутся в последнюю очередь, побоятся именно сейчас ввязываться в бои в городской застройке, - предрекал отец. – Сперва блокадой сломить попытаются.
Соответственно, Алчевск автоматически попадает в прифронтовую зону. О том, чем это может обернуться для 80-летней старушки, говорить не приходится.
Тем не менее она ни в какую не соглашалась покидать родной дом. Пока была связь, отец разговаривал с нею почти ежедневно, но успеха не добился. Тем более что вокруг Алчевска покамест было всё спокойно, и бабуля просто не верила, что война доберётся и до них.
Отец было дёрнулся вывезти её чуть ли не силком, но задержала неясная обстановка на границе – вроде бы ещё 3 июля украинская армия установила контроль над пропускным пунктом "Изварино". Не полем же вывозить старушку с вещами! Тогда он собрался ехать через Должанское, но что там творилось дальше на дорогах, было совершенно непонятно. Опять же, как говорил он по телефону Алексею, - сам бы он как-нибудь пробрался. Но как вывозить мать с вещами?
Пока суд да дело, 13 июля появились сообщения о штурме Луганска как раз со стороны посёлков Металлист, Роскошное, Юбилейное и Александровск. Прорвавшись к окружённому аэропорту, войска хунты тем самым завершили практически полуокружение Луганска.
Алчевск оказывался у них в непосредственной близости, что означало неизбежность обстрелов, разрушений и жертв в ближайшем будущем. И отец решил ехать в любом случае. При этом – он всегда был слишком упрямым в принятом решении! – не стал дожидаться сына, которого Ященко как раз послал в командировку. Причём в специфическую, в Латвию. Надо было там по заказу одного серьёзного завода поискать ключики к местным бизнесовым и исполнительным структурам в условиях санкций и контрсанкций. Не вырваться, даже если бы знал о намерении отца.
Но тот ничего не сказал. И пока Алексей пил с нужными людьми в продвинутом ресторанчике недалеко от Рижского порта да демонстрировал силу воли, шлёпая по холоднющей – сгонный ветер поработал – воде взморья до положения "по шейку", когда даже ногти на ногах замёрзли, - в эти дни отец и уехал в Алчевск.
Что было дальше, Алексей мог заключить из разговора с ним по телефону – очень трудного в смысле связи даже несмотря на то, что отец для соединения должен был доехать аж до Луганска. Тем более что и разговор вёлся через какого-то украинского оператора – российскую симку настоятельно попросили сменить. Дескать, любят укры пустить снарядик по месту, где локализуют выход в эфир с российской "симки". Всё рассчитывают таким образом разгромить штаб "оккупантов".
В общем, в том, что удалось разобрать, значилось, что бабка уезжать по-прежнему не хочет, но отец её практически додавил. Но за это время ситуация опять изменилась, местами осложнилась, и как теперь выбираться непонятно. По сообщениям, от Краснодона укров отбили ещё 15 числа и даже окружили близ Изварино. С другой стороны, обстреливают они Луганск уже из миномётов, а также держат Лутугино и аэропорт. И там не проехать, получается. Последнее, что разобрал Алексей, это фразу отца о намерении выбираться через Петровское – Ивановку – Красный Луч – Свердловск и Червонопартизанск на Гуково.
Попытку сына заикнуться о помощи он отверг. Но Алексей всё равно направился к Ященко просить об отпуске за свой счёт, чтобы срочно выехать на помощь к отцу.
Ященко тогда не отпустил, сказав, что Алексей нужен ему на месте, а в поездке смысла нет, потому как отца он сможет отыскать либо в бабки в Алчевске, либо уже на погранпереходе. В первом случае он ничем не поможет, а только сам подвергается риску угодить в нелепую заварушку – ибо, значительным тоном отметил шеф, на данный момент ситуацией с реальным положением на Донбассе в Москве владеют единицы, и те собраны в министерстве обороны, а Шойгу если с кем и делится информацией, то не менее как с президентом. А как президент поставил режим секретности в своей работе, ты и сам знаешь, пожал пречами Тихон.
Во втором же случае помочь проще отсюда, отрезал он: "Пара звонков нашим партнёрам в ЦК – и их встретят, перевезут в Ростов и посадят на самолёт. Ты только точно скажи, когда и где они будут выходить".
И Алексей успокоился – хоть несколько минут назад пригрозил, что будет ставить вопрос об увольнении, если начальник не отпустит его хоть на несколько дней. Просто он знал, что если Тихон Ященко говорит о ЦК, то помощь будет. Потому как Ященко сам был руководителем одного из "боевых отрядов ЦК". И, собственно, сам Алексей, работая у Ященко, работает на "ЦК". За последние несколько лет приходилсь уже в этом убеждаться…
Tags: Новый солдат империи
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments