Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Categories:

Новый солдат Империи

Ященко три дня отгула разрешил. Но от себя заявил, что в поездке смысла нет, потому как отца отыскать можно только в двух местах: либо у бабки в Алчевске, либо уже на погранпереходе. Во всех иных случаях остаётся только кататься по донбасским просёлкам, договариваясь о рандеву по плохой связи и рискуя угодить в лапы самых непонятных вооружённых формирований. А их реакция непредсказуема. Во всяком случае, бандитизма много. Люди пропадают, особенно мужчины на хороших машинах. Иные попадают "на подвал" – и хорошо, если к ополченцам или казакам. Тогда есть шанс выпутаться. Иные люди попадают на деньги или квартиры. Бизнесы  отжимают.
Глава Луганской республики Волоков человечком оказался то ли неспособным к государственному управлению, то ли действительно, как про него говорят, с криминальными замашками. В последнее Ященко, по его словам, не верил, но некомпетентность Волокова достала многих в Москве, не говоря уже о Луганске, гда даже в местном "Союзе ветеранов ВДВ" все мгновенно замолкают, когда заходит речь о нём. А ведь он позиционирует себя председателем областного союза бывших десантников. Как бы то ни было, ситуацию он контролирует плохо, а боевыми действиями командует ещё хуже. Так что на защиту официальных властей рассчитывать нечего, подытожил Тихон.
Со стороны же Москвы информацией о реальном положении на Донбассе владеют единицы. Да и те собраны в министерстве обороны. А Шойгу если с кем и делится информацией, то не менее как с президентом. А как президент поставил режим секретности в своей работе, ты и сам знаешь, намекнул Ященко на известные им обоим обстоятельства, в которых пару раз приходилось работать.
Во втором же случае, если отцу удастся добраться до погранперехода, помочь ему проще отсюда, добавил шеф. "Пара звонков нашим партнёрам в ЦК – и их встретят, переведут через "ноль", отвезут в Ростов и посадят на самолёт. Ты только точно скажи, когда и где они будут выходить", - распорядился Ященко.
На это можно было полагаться твёрдо. Слово шефа было даже не железным – титановым. И с "партнёрами из ЦК" у него были отношения взаимно обязательные. Так что в этом отношении Алексей мог успокоиться. Но что по "минусу" – то есть по ту сторону "нуля", границы – продираться лучше вместе, в этом он тоже был уверен. Так что осталось только дозвониться отцу, назначить день и место рандеву и вылетать в Ростов.
Ему не хватило ровно одного дня. В тот вечер связи не было – отец на звонки то не отвечал, то в трубке повисало неживое молчание, после чего она сама отсоединялась и переключалась на обычный режим. Такое бывало, и Алексей ещё не беспокоился. Червячок начал точить сердце со следующего полудня. Связи не было как явления.
Он заказал билет на следующее утро.
А потом позвонил тот таксист…
*  *  *
Дальнейшие несколько дней были самыми чёрными в жизни Алексей Кравченко. Он и поминать их старался пореже. Да, собственно, вспоминать было и нечего: ощущение сплошной черноты со спорадическими проблесками зацепившихся за сознание сцен.
Ященко оказался на высоте. Без его помощи ничего у Алексея с розыском, эксгумацией тела отца и вывозом его в Брянск не вышло бы. Не то время и не то место было в Донбассе в конце июля 2014 года, чтобы даже подготовленный военный мог в одиночку справиться с таким делом.
Но во-первых шеф выделил двух человек из "Антея" ему в помощь. Во-вторых, связался по каким-то своим каналам с активистами, связанными с ЦК – ну, назвал он их так, а в остальное Алексей не вникал. Не до того ему было. Те дали связь с Бэтменом, а тот выделил людей от себя. Которые и встретили Алексея на "нуле" в Изварино, до которого его доставили трое молчаливых ростовских ребят. Сильно похожих на бандюганов из 90-х годов. Да может, они ими и были – связи шефа и ЦК неисповедимы.
От Изварино укров отогнали и где-то в стороне дожёвывали артиллерией. Проезд на Луганск был открыт, но вокруг самого Луганска было сложно. Впрочем, там и делать нечего было.
Отца вытаскивали из земли под звуки недалёких разрывов: укров отогнали недалеко, они продолжали давить, и, в общем, по мнению людей Бэтмена, Кравченко вовремя успел со своим печальным делом. Как выяснилось, само пребывание здесь украинских военных в день гибели отца было не закономерным. Формально эта территория находилась под контролем ополчения. Но… Это же гржданская война. Самое начало. Слоёный пирог, причём всё в движении и перемешивании. Может, окруженцы какие пробивались. Из-под Изварина, к примеру. Хотя вряд ли: те на север отходили. Может, подразделение какое заблудилось – добровльцы-каратели из нацгвардии подчас странные чудеса в этом смысле творили. Может, ДРГ поработала. Что скорее всего, ибо гражданских отпустили, а российского офицера казнили. Для полезной отчётности…
Бабушка, естественно, не знала, кто это был. Да даже, похоже, и не понимала, что за люди и почему убили её сына. То есть, видела и знала, конечно, что это украинские солдаты. Но так и не сумела понять, отчегои зачем им было убивать человека.
Таксиста Алексей расспросил детально: было у него поначалу подозрение, что тот нарочно повёз россиянина той дорогой, где был шанс наткнуться на укров. Но нет, в этом водитель был не виновен. Хитрый и битый шоферюга, как все таксисты, он – видно было – переживал искренне. Мать довёз потом до дома бесплатно, завозил по пути в больницу, где ей вкололи чего-то укрепляющего-успокаивающего. Соседей нашёл, передал им бабушку под опеку. Позвонил Алексею. И сейчас был готов на всякую помощь.
Иное дело, что помочь он мог немногим. Укропы ему, естественно, не представлялись. На вид, по его, шофёра, мнению, были это не срочники. "Не зачуханные", - определил таксист. Какой-то из нацбатов. Но какой – этого дядька не понял. "Тризуб, палки какие-то перекрещённые, да узор внизу, на свастику похожий", - вот и всё, что он мог описать.
Решение отыскать убийцы отца у Алексей тогда только окрепло.
Как везли тело, от которого ощутимо уже попахивало сладко-приторным, как покупали гроб, как собирали бабкины вещи, как ехали потом на "ноль", - это Алексей помнил, но как внешнюю картинку. Как будто кино смотрел. И даже не с собственным участием. Ибо ходил, разговаривал, расспрашивал, распоряжался – не он. Некий человек в его образе. А он как бы висел рядом и наблюдал за всем происходящим.
Потом была граница и неприятные формальности на границе. Потом дорога до Брянска и неприятные формальности в Брянске. Потом – похороны. И "скорая" для бабушки. И неприятные формальности с нею в больнице.
В общем, много было всего неприятного – помимо самой главной…
Помимо самого главного горя.
Tags: Новый солдат империи
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments