Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Categories:

Новый солдат империи

Эти двое на заброшенном блок-посту возле Самсоновки не могли не насторожить. Во-первых, отчего только двое. Во-вторых, что они тут делают, на морозе, в сгущающейся темноте длинного зимнего вечера? Можно предположить, что из-за случая с Бэтменом ввели усиление. Но опять же – отчего только двое? Да и появились как-то быстро – час назад здесь же никого не было.
Потому застращённый Митридатом Алексей на всякий случай переместил пистолет из кобуры в нишу между дверью и сиденьем. Движение правой руки к груди довольно хорошо можно контролировать через лобовое стекло. А вот за левой, которая вроде бы естественно тянется к ручке двери, если машину остановят и последует команда выйти, проследить тяжелее. Правда, тут нужно уметь так открыть дверь, чтобы правильно из неё вывалиться, не теряя директрисы на противника, - но этому как раз Кравченко учили.
Он всё же надеялся, что впереди так, залётные какие-нибудь казачки. Вышли на нехитрый гаишный промысел. А на Мишкиной машине номера всё же не гражданские. И кстати, пропуск у него должен быть? А где?
Но времени найти документ уже не хватило. "Казачки" или кто там они - явно приготовились "принять" запозднившегося водителя.
Один повелительно махнул рукой. Без всякого жезла, кстати.
Подошёл по-хозяйски, но глупо. Остановился возле открытого Алексеем окна водительской стороны, в то время как напарник его остался сзади машины.
По камуфляжу не поймёшь, откуда парни, и шевронов не видно.
- Куда едем в поздний час, что везём? – лениво осведомился "гаишник". В том, что самодеятельный, сомнений уже не было. – Документы на машину есть?
Ну, это был совсем не по делу вопрос. Не Москва.
- На номера обрати внимание, - холодно ответил Алексей, нащупывая левой рукой пистолет. – Не подлежит остановке и досмотру.
- Не знаю я, что это за номера, - хмыкнув, протянул собеседник. – А кто надлежит осмотру на блок-посту, а кто нет, решаю тут я. Из машины выходим!
И приподнял ствол автомата.
Всё стало ясно окончательно. Как ни запутана оказалась силовая система в Луганской республике, как ни конкурируют в ней разные ведомства, гэбэшные номера настоящие гаишники или те, кто их тут заменяет из комендатуры, знают прекрасно. И вести себя могут как угодно напряжённо, но никак не по-хамски. Чревато боком, как любит говорить Злой. К тому же – война.
Дальше действовали только навыки, вколоченные ещё в ЧОПе у Ященко.
- Всё, командир! - поднимая правую руку, чтобы показать нечто среднее между исполнением команды "хенде хох" и демонстрацией полной безоружности, заюлил голосом Алексей. – Выхожу, документы в переднем кармане, не стреляй…
"Казачок" успел ещё лишь победно усмехнуться, когда резко открывшаяся дверь машины толкнула его назад. Такой удар обычно сильным не получается, но дарит нападающему одну-две секунды. Настоящие гаишники его знают. Хотя ленивы тоже, черти, не соблюдают правил осторожности. Отчего и гибнут нередко в подобных ситуациях.
Специалисты уровня Кравченко за одну-две секунды могут сделать многое. Выстрелить, например, в не успевающего среагировать второго "казачка", перекатиться вперёд, подсечь первого, который ещё ловил на скользкой дороге равновесие после удара дверью, выстрелить ему в ляжку, откатиться за капот машины, прикрывшись мотором.
И затем скомандовать:
- Оба - бросай оружие! Работает спецназ четвёртой бригады!
Почему четвёртой? Он же из второй! А, Сан Саныч в четвёртой. Был. Хотя при чём тут он?
А это ещё одно правило, которому неукоснительно следовали у Ященко: никогда не называй собственного имени. Потому как многие разные могут по тебе работать, и хорошо разыгранное удивление в ответ на вопрос: "Кравченко Алексей Александрович?" вполне может подарить опять-таки несколько спасительных секунд. Главное – в ответ не сказать пресловутое: "Нет, я Иванов Иван Иванович". Что-нибудь нужно совсем обычное. Типа, Сергеев или Семёнов.
- Ты мне ногу прострелил! – обвинил Алексея старший пары подранков, держась за бедро.
- Да ты что? – удивился Кравченко. - А щас прострелю голову, ежели автомат в сторону не отпихнёшь, - и недвусмысленно повёл стволом ко лбу пострадавшего.
- Всё-о, - простонал тот. – Только не стреляй.
Надо было узнать, что там со вторым. Что-то затих он подозрительно. Может и каверзу готовить. Стрелял ведь Алексей всё же второпях, мог попасть и не в плечо. Чтобы не убить, но руку обездвижить.
Он осторожно выглянул из-под колеса. Нет, похоже, попал. И судя по неподвижности тела, куда-то всерьёз. Или же паренёк всё же думает о чём-то нехорошем.
- Эй, второй, - позвал он. – Не изображай мне тут убитого. Автоматик от себя отпихнул быстренько, чтобы я видел. И пистолетики свои – тоже. Оба!
Старший был под полным контролем Кравченко и сам понимал это. Поэтому, подвывая, и держась одной рукой за рану, другой осторожно, двумя пальчиками, извлёк из-под мышки ствол и пихнул его в сторону.
- Опа! – удивился Алексей. – У кого же это ты "Глок" отжал? Ну, ничего, теперь мой будет.
- Мы от Зимина, - почему-то ответил раненый. – Он тебя найдёт.
Алексей хмыкнул:
- А вот этого я не стал бы на твоём месте говорить. Вот добью обоих и отволоку в "зелёнку". До весны под снегом погреетесь, а там найдёт сельский механизатор. И думаешь, кто-то будет заморачиваться с экспертизой, чьи это трупешники? Так и уйдёте двумя укропами…
- Не убивай, - быстро проговорил оппонент. – Не подумавши сказал, прости.
Эх, не любил Алексей Кравченко таких вот деятелей! Не в том даже дело, что трус оказался "казачок". В том, что – падальщик. Готов грабить и убивать слабых, а встретив отпор от сильного, лебезит перед ним и раболепствует ради спасения своей никчёмной жизни.
Он уже процентов на девяносто понял, с кем он имеет дело. Может, и впрямь казачки. Даже и от Зимина. А может, одесская шантрапа, которой тоже в количествах собралось на Луганщине. Прямо в этих местах, в Краснодоне. Осталось только убедиться в этом окончательно. И, главное, выяснить, отчего они за ним охотились. Ещё ему и с этой стороны врагов не хватает? Или они тоже на уцелевших карателей из "Айдара" трудятся?
Но сперва надо было нейтрализовать второго. Тот по-прежнему лежал неподвижной тушкой. Автомат, правда, откинул в сторону. То есть в сознании и понимании человек. Но почему молчит?
- Эй, неразговорчивый! – позвал его Алексей. – Сюда ползи, если в состоянии. Не то выстрелю. Для гарантии безопасности.
- Ты мне руку отстрелил, - стонущим голосом ответил "казачок". – Не смогу я доползти. Не стреляй, я не сопротивляюсь.
- Раз можешь не орать, а молчать, значит, ничего я тебе не отстрелил, - наставительно ответил Кравченко. – Поцарапал, разве что.
Он встал, сторожко – вдруг гад только прикидывается сильно раненым? – подошёл ко второму. Нет, попал грамотно. Ключицу парню перебил. Чем хорош ПМ. Автомат или Стечкин с такого расстояния ключицу ему просто вынес бы! Не говоря о ТТ.
Он общупал раненого на предмет другого оружия, извлёк штык-нож. Стыдоба! Вот тоже голь-моль перекатная, по дорогам разбойничать собралась.
Затем, ухватив за шиворот, отволок его к первому. Конечно, парень вполне мог бы идти и сам, но нечего его выводить из шока раньше времени. Потом взял за шиворот уже обоих и потащил их к обочине. Хорошо, что подледенило за эти дни, нетрудно стаскивать с дороги два тела. Но ноги скользят, что досадно.
Тела хныкали и пытались сопротивляться. Видать, вправду решили, что он их сейчас кончит. Но пара даже несильных ударов по раненым частям теля успокоила злодеев. Такое нередко бывает, знал Кравченко: перспектива смерти всегда кажется отдалённой, даже тому, кого допрашивают в полевых условиях. Вернее, надежда заставляет верить. А вот боль – она конкретна. Она здесь и сейчас. Потому и пойманные в деле, в бою диверсанты почти всегда раскалываются и говорят всё. Даже зная, умом зная, опытом своим спецназерским, что в живых его никто оставлять не будет.
А вести допросы в полевых условиях Алексея тоже учили. Так что не прошло и пяти минут, как он знал, что не ошиблась его интуиция. Да, ребята вышли на дорогу, чтобы, как это называется на языке Уголовного кодекса, просто поразбойничать. Нападение в целях хищения чужого имущества, совершённое с применением насилия или угрозой его применения. Да, ребята действительно Зиминские, но тут недавно, не во всё въехали. Потому ошиблись в определении, кто сейчас перед ними оказался. Нет, зашли из России. Со Ставрополья. Нет, гаишниками не были, но много раз видели, как те работают. Да, решили немного срубить бабла. Нет, не в первый раз на дороге встали, второй, но не больше, клянёмся.
И главное: нет, мы на вас не охотлись. Мы вас впервые видим, никакого задания не получали! Нет, не с укропами! Нет, никакого "Айдара"! Нет, мы вообще за ЛНР пришли воевать!
Машины тут что, вовсе не ездят? Что с этими ушлёпками делать? Даже не бойцы. Точно, охлопье, которое вышло приподняться на ночной дороге. Неплохо, кстати, придумали: по нынешнему времени возвращение блок-поста никого не удивит. Значит, граждане останавливаются, досматриваются, добровольно лишаются части имущества. А потом рассказывают всякие вещи про луганских бандитов, захвативших власть в области.
Ненавижу!
Слизняки, блин! Другого чувства у Алексея не было.
И что с ними делать? Из зиминских он не знал никого. Вызывать милицию? Местную? Глупо, да и не в его нынешнем положении. К тому же Мишка рассказывал пару недель назад, как тут местные ребятишки аж танки вывели, чтобы отбить склады своей контрабанды, захваченные спецназом официальных властей. Неучтённые танки!
Ещё кого звать? Комендатуру из Луганска? Тоже смотря на кого нарвёшься. Для ГБ – не их случай.
В общем, ребятишки, придётся мне тут стать для вас и законом, и судьёй. Как при Сталине, если офицер пристрелит бандита. Ещё и благодарили.
Он поднялся на ноги. Тронул легонько старшего носком ботинка по рёбрам:
- Быстро оба перевернулись на живот!
Старший заворочался, меся снег здоровй ногою. Второй заныл, заканючил что-то, тихо и жалобно.
- Не бойтесь, живы останетесь, - успокоил их Алексей. После чего дождался, когда они примут веленную позу, и выстрелил два раза.
По ягодицам.
- Перевязывайтесь, - сказал он в ответ на вскрики. – Кровью истечёте. Автоматы свои найдёте через двести метров в "зелёнке".
И уехал.
Tags: Новый солдат империи
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments