Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Categories:

Новый солдат империи

Допотопный "МАЗ" с одышкой и кряхтением вновь забирается на дорогу. Пустыня – живая, она вновь откусила часть шоссейного полотна, вывалив на него языки серо-жёлтого песка. Где-то там, сзади, сюда ковыляют два доходяги-бульдозера, а пока нашему древнему ископаемому приходится обиженно реветь, объезжая бархан по целине. Как только он нащупывает колёсами наждак асфальта, внутри его изношенного организма что-то всхлипывает, рычаг передачи со скрежетом встаёт на место, и пустыня начинает уходить назад чуть быстрее.
С тех пор, когда солдаты остановили на блок-посту этот "МАЗ" и велели водителю прихватить нового пассажира, Александр всё больше раскаивался, что решился на эту авантюру – самостоятельно добраться до Хайратона. Напряжение в кабине было столь плотным, что казалось, будто всё здесь запаяно в стекло. Старик-водитель изредка бросал на попутчика оценивающие взгляды. В них было все что угодно кроме дружелюбия. Его молодой помощник – то ли сын? - не отрывал взгляда от дороги, но в его безразличии было столько нарочитого, что прямо воочию представлялся направленный на русского автомат. Сзади, на лежанке для сменного водителя  молча сидели еще двое молодых парней и таджик средних лет. Самая удобная позиция, чтобы беспроблемно придушить. Или по голове монтировкой… И вокруг пустыня - на десятки километров. При том, что в Афганистане вооружены почти  все, любая остановка здесь может стать последней...
Да и без оружия. Что такое человек один среди афганцев и среди пустыни, без защиты и без документов, до омерзения грязный после трёхдневного ползания по блок-постам с налётами и обстрелами, и вооружённый лишь старой видеокамерой с кассетодержателем на резиночке?… К тому же Александр видел, как напряглись лица тех, кто был в машине, как бритвой резанули по нему глаза старика-водителя, когда на блок-посту прозвучало слово "шурави"…
И единственный у него здесь друг – пробоина в ветровом стекле, прямо против лица. Здоровая, миллиметров двадцать, от зенитного, должно быть, пулемёта. Странно связывала она, эта пробоина, его с тем лейтенантом или прапором, что ехал здесь старшим машины, вглядываясь в горы, с которых и хлестнула ему в лицо последняя очередь…
И крутился в голове куплет из старой солдатской песни, тех ещё, "афганских" лет:
Только эхо отзовётся в горах,
И душа моя домой полетит.
У него за каждым камнем Аллах,
А меня кто, сироту, защитит?
…Афганистан врезается в сознание, как осколок в сердце. Эта совершенная, законченная отстранённость природы – как на Луне… Эти розовые клыки гор, когда с них каплей крови скатывается вечером солнце… Этот перепляс лучей света там, где туннель Саланга превращается как бы в галерею по ту сторону перевала… Эти невероятного цвета скалы за Ташкурганом…
И люди здесь... Они тоже – лунатики. Не из нашего мира. Очень душевные – и очень жестокие. Наивные, как дети, - и хитрые, как дьяволы. До изумления неграмотные – и в то же время знающие что-то такое, что нам никогда не будет доступно. Очень бедные – и очень гордые… Их можно сильно уважать – они с одними мотыгами обиходили и обжили эти бесчеловечные горы и пустыни. И их остаётся сильно жалеть, потому что те же пустыни и горы еще долго, если не никогда не позволят им вырваться из замкнутого круга их натурального хозяйства. У них нет ресурсов. Поэтому у них нет промышленности. Поэтому у них нет заработка. Поэтому практически нет платёжеспособного спроса. И поэтому не на что развить производство, даже если бы его имело смысл здесь размещать…
Образом Афганистана в сознании Александра стал – продавец под навесом, пытающийся продать скрученный в бывшем общежитии советских специалистов водопроводный кран. Все остальное, чем торгуют многочисленные дуканщики, - по сути, продукция натурального хозяйства: рис-изюм-кишмиш, ножи-мотыги, ткани ручной выделки. В каждом кишлаке все это производится, и товарообмена, по сути, нет. И значит, нет прибыли, о которой можно было бы всерьёз говорить.
Золотые времена торговли, сказал тогда дуканщик в Чарикаре, у которого Александр смеха ради сторговал паранджу для московской жены, ушли вместе с советскими.
- Да, с вашими, - сказал он ещё раз, выждав, пока генерал Хизбулла закончит перевод на русский. - Там дальше у гор их городок был. Солдаты покупали аппаратуру, джинсы, а люди везли это из Кабула и Пакистана. А потом советские ушли, а наши покупать это все не хотят.
Точнее, не могут. Люди, для которых галоши – кстати, русские – служат зимней обувью, а одеяла на плечах – зимней одеждой, вряд ли способны очаровываться качеством звучания "Сони". Да им просто нечем и платить. Денег просто нет. Единственный шанс их экономики – прилепиться к сильному и не сильно озабоченному прибылью донору. Каким когда-то был Советский Союз. Дороги, газопроводы, электростанции. Туннель тот же на Саланге. Ткацкая, что ли, фабрика в Пули-Хумри, уже, впрочем, разрушенная. Все – практически за бесплатно. Точнее – за политическую выгоду, за право считать Афганистан в своей политической орбите.
И, собственно, Афганистан был с этим согласен. И афганцы в большинстве своем считали "руси" если не друзьями, то, скажем, старшими товарищами. Но вот затем кто-то решил поторопиться и подхлестнуть "клячу истории". У нас были самые добрые намерения - помочь «демократической революции», раздать крестьянам землю и воду, дать людям образование, выстроить промышленность. Сколько в этом было холодного стратегического расчёта, сколько старческого маразма последних романтиков мировой революции - неизвестно. Факта два.
Русские действительно поначалу считали, что выполняют интернациональный долг и помогают афганцам начать жить чуть получше.
Афганцы действительно поначалу встречали русских цветами.
Но очень скоро и те, и другие избавились от иллюзий. Место иллюзий заняла кровь...
Почему так произошло? Когда проедешь по этой ведущей от Саланга вниз, к Кабулу, "дороге смерти", когда насмотришься на кажущийся бесконечным ряд подбитых советских танков, когда окажешься на передовой вместе с моджахедами, съешь с ними пополам кисть винограда и услышишь весёлое: "А, руси, душман будем долбит?" - и когда от самого Масуда услышишь как бы полуизвинение-полусожаление, что "воевали мы не с русскими, а с советскими, помогавшими антинародному режиму", а с Россией он готов на дружбу и даже на военный союз, -
- тогда задумаешься: ради чего была та война? Ради чего мы полезли с кулаками в страну, и без всяких "апрельских революций" дружественно настроенную?
Вот хохлам бы сейчас о том задуматься… Тут ведь и вовсе не чужая страна. И с цветами их тут точно никто не встречал. Если уж в будущее заглянуть ума не хватает – хоть бы в прошлое оглянулись. Хоть вон в то же афганское…
А самого Александра спас тогда от расправы тот самый таджик, попутчик из древнего "МАЗа". Тогда, в пустыне на том простреленном железном динозавре остановка была вовсе не для того, чтобы прикопать русского в пустыне. Старик просто достал какую-то  коробочку  с маленькими зелёными шариками и бросил часть из них себе в рот.  Какой-то наркотик. А потом сказал:
- Москава - карош. Русия карош. Ахмад Шах карош. Талиба - палох.
После чего снова пришпорил своего бронтозавра. И тем самым словно разрешил напряжению раствориться в воздухе. И первым, кто заговорил с русским, стал таджик. Как оказалось, беженец от своей гражданской войны, что разразилась в Таджикистане после распада СССР. Беженец был не "вовчиком", не был он и "юрчиком" – чужая жертва в чужой войне. И теперь застрял он в Афганистане, но из слов его лилась такая тоска по родине, причём именно по советской родине, что буквально сжималось сердце! От осознания невозможности хоть чем-то помочь ему…
Зато помог таджик. Он бурно, даже яростно стал что-то говорить толкающим Александра солдатам, а потом даже забежал вперёд и встал у них на пути! Да-а, мужественный дядька. Правда, имя "Дустум" звучало с частотой пулемёта – Александр успел во время поездки рассказать, по чьему приглашению он здесь, - что, судя по всему, в конце концов и заставило солдат отказаться от своего кровожадного намерения. Но по сути таджик жизнью своей вписался за бывшего соотечественника!
Как много на свете хороших людей! Ну какие фашисты их одолеют?
Tags: Новый солдат империи
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments