Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Categories:

Новый солдат империи

Алексей как раз под фашиста и косил.
Едва он увидел в допросной Лысого, как кинулся на него с медвежьим рыком. Что-то из кино. Типа: "Попался, падла! Замочу, бля! Ответишь, на…!".
"На…" – это от Гюрзы. Тот пытался в очередной раз воспитать из себя интеллигента, потому присказку свою матерную проглатывал. И получалось чудесно: "Для того, чтобы будущее обеспечивать, на… надо людей воспитывать, на…".
У Лёшки такого не выходило – не выходило столь же естественно, имеется в виду. Но подчас, когда пребывал в соответствующем настроении, он эти милые "на…" вставлял в речь не без определённой красоты.
Сейчас такое настроение было.
Следователи МГБ, которым Митридат расписал выгоды задуманного плана,  вполне сочувственно разрешили нарушить Женевскую конвенцию. Тем более что Лысый военнопленным и не был, а был задержанным на "деликте" бандитом. И пройтись задержанному по печени пару раз. Или чуть больше. Но без фанатизма…
Ну да, получается избиение задержанного. Но, во-первых, у свидетеля состояние аффекта! К тому же бить он обязуется по мягким тканям тела, чтобы следов не было. А во-вторых, в какой ментовке не бьют? Это мы тебе, гражданин Чупрына по кличке Лысый, ещё уборщицу не подвели. Ну, в смысле, не саму уборщицу – зачем даму растлевать грязными сценами? – а её инструмент. Всего лишь обиженный тобою военный тебе по рёбрам пройдётся, пока его не оттащат. Но ты не волнуйся, гражданин Чупрына, мы рапорт на его неподобающее поведение его начальству отошлём, да. Не сомневайся. У нас тут знаешь, законность какая? Мощная у нас законность!
Гражданин Чупрына знал про законность. Ещё с малолетки. Потому, когда Лёшка, как бы приглашённый на как бы очную ставку, перемахнул через стол и с оттягом врезал ему по селезёнке – по рёбрам на самом деле, чтобы не порвать её, - Лысый взвыл и очень быстро пополз в ноги к гэбэшникам.
Это ему не очень помогло, потому как удар по печени всё равно был запланирован. Так что Алексей, которого уже очень старательно держал охранник, очень же невероятным усилием сумел вырваться из его захвата, и хорошо пробил Лысому в правый бок.
А удары по печени тем и хороши, что побиваемый некоторое время хорошо их терпит – недолго, в общем, - а потом его настоятельно тянет скрутиться в червячка. Для сугубого послушания Лысого это было самое то.
Впрочем, Алексей не без удовольствия исполнил свою роль. Оно, конечно, офицеру, тем более офицеру возрождающейся империи, упражняться в нанесении побоев заключённому было не слишком достойно. С другой стороны, империя, прошедшая через гражданскую войну, а потом ещё и через девяностые годы, ещё и не такое видывала. Тем более, что цена вопроса – не с камбродскими пацанами до первой крови махаться…
Словом, Кравченко отыграл свою роль с удовлетворением. Даже – грех, но желанный, после того, что Лысый сделал с Иркой, - по печени съездил врагу не просто болезненно, а очень больно. Не по рёбрам, грубо говоря, стукнул - с тем, чтобы импульс глубоко в тело ушёл, а под них. В живот фактически. Чтобы печёночка лично сказала "Ай, бля!" хозяину. 
Да он вообще убил бы эту тварь, если б Лысый не был нужен в дальнейших раскладах!
А раскладано – сделано. У ГБ. И военных – в определённой мере. И потому Кравченко придушенно хрипел, очень натурально вырываясь из рук бойца:
- Ты, падла, девочку мою убил! Не жить тебе, сучара! Я тебя в рот! Я лично! Я роту подниму! Всех твоих замочу! И хозяев! Хер кто защитит тебя, обсос долбанный! Я тебе, петух ты конченный, приговор, бля, вынес, сука! На высшую меру!
Нет, испуганным Лысый не выглядел. Достаточно опытный бандос. Много чего повидал. И разборок – тоже.
Но озадаченным он был, да.
- Э-э, - морщась от боли, обратился он к гэбэшникам. – Чё за тема? Уе…
Тут его скрутило последующей болью. Лысый скривился и буквально взвыл, приложив руки в наручниках к правой стороне тела.
- С-сука… - прохрипел он..
- Ах ты падла! – взревел Алексей, вырываясь из не очень твёрдых рук бойца. – Ты кого, ты меня - сукой назвал?!
И верхним с правой пробил ему по яйцам.
Удар придерживал, конечно. Во-первых, сам мог пострадать, ибо мужские гениталии – плохая подушка для защиты кулака от соприкосновения с деревянным табуретом. Во-вторых, бандита приходилось жалеть, ибо Лысый был нужен для исполнения важного плана.
Впрочем, мало тому тоже не показалось. Алексея даже пробило на секундную жалость. Впрочем, именно секундную - пока он не подумал о том, из-за кого сейчас Ирка мается между жизнью и смертью. И тогда он захотел пробить ещё раз – да хоть по хребту скорчившегося вокруг своих немилосердных ощущений Лысого. Но его снова "скрутили"…
Tags: Новый солдат империи
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments