Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Categories:

2014-Й. РУССКАЯ ВЕСНА. КРЫМ

Два года назад началось то, что позже стало известно как "Русская весна"

Это была целая череда событий, в итоге закончившихся освобождением Крыма из-под власти ставшего после Майдана нацистским Киева. Сегодня эти события вспоминают их непосредственные участники, активисты, первыми призвавшие Крым к неповиновению хунте, первыми начавшие организовывать акции протеста, первыми взявшиеся за сколачивание сил самообороны полуострова от сорвавшихся с поводка бандеровцев и прочих нацистов, уже проливших в Киеве первую кровь гражданской войны на Украине.

"Луганск-1" собрал воспоминания только некоторых участников событий, которые порой носят очень личный характер. Но тем они ценнее, ибо свидетельствуют о главном: на защиту русского Крыма первыми поднялись его граждане. Все остальное - демонстрации, резолюции, референдум - стало следствием тех первых акций, которые организовали сами крымчане. И они сами добились своей цели - возвращения в Россию, частью которой себя всегда ощущали.

Игорь Руденко-Миних,

атаман казачьей общины "Патриоты Севастополя"

Подготовка к противостоянию Майдану в городе-герое началась еще в конце 2013 года. Группа активистов уехала на "антимайдан", в городе проходили митинги. Все понимали, что противостояние с украинскими неонацистами мирным не будет. Понимали задолго до начала Майдана. Уже с начала 2014 года в Севастополе действовала самооборона "Русского блока", с которой тесно взаимодействовала наша казачья община.

23 февраля 2014 года на ставший потом историческим митинг собрался, казалось, весь город-герой. Это был не первый митинг "антимайдана", но такого столпотворения горожан я раньше не видел. Весь транспорт шел до площади Нахимова забитым, а обратно - пустым. Машинами были забиты все тротуары центрального кольца города, по улицам густыми потоками шли севастопольцы с российскими, андреевскими, севастопольскими флагами.

Сам митинг на площади прошел в образцовом порядке. Редких провокаторов спокойно, но убедительно выводили вон. Помню, как передал власть митингу глава города Яцуба, который поблагодарил севастопольцев и предложил, если надо, если обидел чем, стать на колени. Его уважали, а за такой поступок стали уважать еще больше.

После заявления об отказе Севастополя в повиновении киевской хунте и о необходимости возвращения в Россию молодежь забралась на башенки у морского вокзала и сорвала украинские флаги, сбросив их вниз. Подошла группа милиции. Подтянулись казаки. Но милиционеры спокойно (а кое-кто и с одобрением) наблюдали за тем, как на флагштоки подняли триколоры. Украинские флаги в этот день стали срывать повсюду.

Константин Ерманов,

амооборона Керчи"

Мы пешком выдвинулись на центральную площадь города, с флагами России. Когда мы пришли, нас уже было несколько тысяч - народ ехал со всех уголков Керченского полуострова. Примерно к 12 часам дня на площади Ленина не было свободного места. Я призвал народ к выходу Крыма из состава Украины, на что люди отреагировали единогласно! После этого, понимая всю ответственность и возможные последствия, призвал людей идти на Горсовет, менять флаг. Мы прорвали кордон милиции, и нам удалось задуманное. Уже вечером эту новость показали все центральные СМИ. Мы, керчане, первыми в Крыму и на Украине поменяли флаг на Горсовете и объявили о выходе из состава Украины. В тот день мы отправили семьи к родителям, попрощавшись с ними.

После этого события нашему примеру последовали остальные города Крыма. И это было 23 февраля, когда еще не было "вежливых людей" и над Совмином Крыма и Администрацией Севастополя висели украинские флаги. Начался эффект домино - и крымчане молниеносно поддержали наш призыв. Севастополь, Симферополь и другие города последовали нашему примеру, за что я благодарен всем крымчанам.

Мы сразу начали вести переговоры с командирами украинских военных частей, расположенных на Керченском полуострове. У меня на столе оказались десятки рапортов о переходе на нашу сторону. Особую благодарность хочу выразить Саенко: он, будучи командиром морской пехоты, перешел на сторону народа, не позволив сбыться событиям, происходящим сейчас в Донбассе.

Хочу отметить и позицию начальника милиции Ткаченко Николая Николаевича. Если бы тогда он нас арестовал - непонятно, чем все бы закончилось. Но он проявил мужество, предупредил нас, что на него оказывают давление из Киева и требуют нашего ареста, тем самым дал нам время на реализацию задуманного. И это - до ввода войск! Он рисковал тогда не меньше нас.

Алексей Васильев,

главный редактор портала "Наша Держава", обозреватель газеты "Крымское время", председатель Союза ревнителей памяти императора Николая II

Война в Крыму могла начаться 23 февраля 2014 года. В этот день на главную площадь Симферополя - площадь Ленина - выползли (по-другому и не скажешь) мрази всех цветов и оттенков. Прежде всего, это были члены незарегистрированной татарской организации - меджлиса, украинские националисты (филаретовцы), на нескольких автобусах привезли молодняк из "Правого сектора". Была группа и русских фашистов - диверсионный проект симферопольского отделения СБУ.

Некоторые приезжие бандеровцы были с боевым оружием (я видел пистолеты). Отдельные милиционеры пытались робко воспрепятствовать незаконному ношению оружия, но их требования были игнорированы. Над площадью реяли желто-голубые, черно-красные, голубые с тамгой флаги и звездный флаг Евросоюза.Собравшиеся не скрывали радости: они обнимались друг с другом и уже отмечали свою победу.

Сделав ряд снимков на площади Ленина, я отправился к зданию ВС Крыма, где, слышал, тоже был митинг. Я увидел на прилегавшей территории к зданию ВС и в соседнем парке Победы сотни мужчин - гражданских и казаков, жителей Симферополя и приезжих из других регионов Крыма. Я не слышал радостных возгласов или пьяных "базаров". Люди были серьезны и сосредоточены. Они записывались в ополчение. Столы для записей стояли там же. Это был настоящий День защитника Отечества, без водки и подарочных носков на праздник. На небольшом импровизированном митинге я застал Сергея Аксенова и некоторых членов его партии "Русское единство", но многих, очень многих, нынешних "героев" Крымской весны там не было и в помине.

Анатолий Филатов,

председатель Крымской республиканской общественной организации "Таврический союз"

Уже вечером 24 февраля в соцсетях и телефонными эсэмэсками симферопольцы и крымчане стали призывать к тому, чтобы собраться у Верховного совета и потребовать от депутатов принять решения, которые бы обезопасили население республики от произвола и беззакония, которые исходят от политических авантюристов, захвативших власть в Киеве. В основной массе граждане собрались самостоятельно и не представляли какие-либо партии и общественные организации.

25 февраля поздно вечером стало известно, что меджлис принял решение также провести митинг у стен Верховного совета Крыма и назначил сбор своих сторонников. Действия меджлиса были провокационными, так как они фактически намеревались вторгнуться на территорию другого митинга. Надо сказать, что до 26 февраля в Крыму никогда не проводились в одном месте митинги сторонников меджлиса и русских организаций. Это был своего рода этикет, который ни та, ни другая сторона прежде не нарушали.

Около 16 часов со стороны "меджлисовцев" в русский митинг были брошены свето-шумовые и газовые гранаты, в результате чего три русских демонстранта погибли. Среди них - молодой 19-летний парень и 60-летняя женщина. Сведения о третьем погибшем до сих пор не обнародованы.

Добившись отмены сессии, которая должна была принять решение о достаточно лояльном по отношению к Украине референдуме, "меджлисовцы" вломились в боковую дверь здания Верховного совета. Во время визита радикально настроенных митингарей от меджлиса в здание ВС АРК была достигнута договоренность, что власть в Крыму делится на троих, или на три этнические группы - русских, украинцев и крымских татар. Причем в равных долях - по 33,33 процента каждой. Таким образом, "Русскому единству" в лице Сергея Аксенова отводилась роль оппозиции во власти.

Меджлис, сорвав проведение сессии Верховного совета Крыма 26 февраля, способствовал тому, что формулировка референдума на следующий день стала более определенной в сторону государственности Крыма. А ранним утром 27 февраля в здания Верховного совета и Совета министров АР Крым вошла Крымская самооборона.

Позывной "Юг",

общественное движение "Крымский фронт"

К Верховному совету отправили самых надежных и проверенных атаманов - Вадима Иловченко и Сергея Звездова. В принципе, все были в курсе переговоров между Аксеновым, Чубаровым и Сенченко накануне - было понимание, что русским снова пытаются замылить глаза бывшие представители БЮТ и "Нашей Украины".

Позже ребята вернулись со списками и телефонами на две роты ополчения. 9-я и 10-я были названы казачьими (в среднем - по 150 человек). В кафешке на Архивном спуске сформировали уже свои списки. Потом подтянулся Володя Кузьменков - с телефонами своей роты десантников и афганцев.

С этого момента начали действовать: отправили группы для наблюдения за воинскими частями, объектами СБУ и за митингующими "меджлисовцами" на площадь. Установили пост и возле меджлиса.

Позвонил в университет культуры - выдернул двух знакомых студенток. Отправил их крутиться возле магазина "Весна" на бульвар Франко, где у кофейного аппарата постоянно пасутся эсбэушники. Там же - университет, то есть, по логике, в глаза студентки бросаться не будут. Девчонки там примелькались. Именно они позже сообщили, что, по разговорам, опера (особенно крымские) полностью деморализованы. С того момента начали прорабатывать себе информаторов среди эсбэушников - искали крымчан.

Штаб временный развернули в кафе "Ностальгия" на Архивном спуске. Девчонки-официантки заперли заведение и пускали сюда только по условному стуку. Тут же в кафе развернули пресс-центр - на основе казачьего сайта "Новоросс". Если нужна была информация оперативно с площади Ленина, оккупированной меджлисом, отправляли кого-то из корреспондентов. В принципе, на митинге постоянно кто-то крутился.

Приехали представители от чеченцев. Подтянулись армяне. В общем, поддержка диаспор была обещана.

К вечеру двумя казачьими ротами перебрались к базе "Беркута". Мы задержались, и не зря - приехал Аваков собственной персоной. С собой притянул Авруцкого - якобы начальника нового главка МВД. От КПП Авакова отогнали наши казаки, а могли же и взять его тогда! До сих пор себе простить не можем...

Софья Пчелкина,

студентка Таврического университета

Крым захлестывает волна революции - татарский митинг, первые отряды самообороны, приезд "Беркута", попытка снести памятник Ленину в Симферополе... На душе было неспокойно, не было четкой уверенности в дальнейшей судьбе Крыма, да и страны в целом. Но кроме всего этого, близкий человек был в гуще событий, а я не могла увидеться и поговорить с Ним уже несколько дней. Понимала, что Он сейчас - среди тех, кто борется за наше будущее, что Ему не до меня, но унять нарастающую тревогу и волнение было крайне сложно.

...Вся площадь перед Верховным была занята людьми, преимущественно мужчинами 20-35 лет, с голубыми флагами... Это был меджлисовский митинг. Организованный, проплаченный, хорошо спланированный. В подворотнях вокруг Верховного стояли автобусы, на которых всех этих "активистов-добровольцев" свезли на площадь.

Вон Он! Слава Богу! Я стремглав рванула к Нему. Он общался с какими-то мужчинами, лица у всех были сосредоточенные, и разговор явно был очень напряженный. Я молчала и смотрела на Него. Он всегда много шутил и балагурил, но сейчас все Его слова и движения были полны нервозности. Вдруг Он сказал:

- Ты понимаешь, люди начинают приходить на площадь на наш митинг, но они не видят места нашего сбора. Нужны какие-то реперные точки, маячки... Нужны флаги, а их нет.

- А в штабе есть?

Молчание.

- Да, в штабе есть штук пять флагов и древки.

- Давай ключ.

Он молча достал из кармана ключ, протянул его на раскрытой ладони, как будто в никуда. Я смотрела несколько секунд на этот кусочек железа - обычный, ничем не примечательный. Запомнила только, что к нему была прикреплена огромная канцелярская скрепка с бумажкой.

Пока бежала, я так сильно сжимала ключ в своей руке, что на ладони у меня остался след. Руки были замерзшие, а ладошки - мокрые. Дрожащими пальцами вставила ключ в замок, провернула дважды. Я у цели. Сгребла флаги, древки.

Он ждал меня возле Массандры.

- Собирай флаги - пойдешь, встанешь на перекресток Карла Маркса (Екатерининскую) и Серова. Я пойду на ту сторону, к медучилищу. Нам нужно обозначить места сбора наших людей. Держи и размахивай флагом повыше, люди должны тебя видеть издалека.

Мы собрали флаги, закрепили их на древках. Я встала "часовым" на обозначенную точку. Через какое-то время ко мне начали подходить русские люди. В основном это были женщины в возрасте. Они задавали много вопросов: "А за что тут стоят?", "Кто организовывает митинг?", "Во сколько все начнется?", "А где взять флаг?" и т.д. и т.п.

Я вцепилась в древко, смотрела на обступавших меня женщин, у меня отнялся язык... Вдруг, совершенно неожиданно голос прорезался:

- Женщины, миленькие, вы, главное, не расходитесь. Мы должны собираться, должны показать всем, где правда и зачем мы сюда пришли. Сейчас начнется митинг, все лозунги озвучат. Нам просто нужно собираться здесь. Звоните знакомым и близким, пусть приходят. Нас должно быть много. И чем больше - тем лучше!

Пока я говорила, людей вокруг меня значительно прибавилось. Они стали собирать деньги, чтобы купить еще флагов. Кто-то сказал, что у нас мало атрибутики, нас не видно и нужно бежать в книжный - покупать еще триколоры. Я смотрела, как эти женщины - домохозяйки, бухгалтеры, продавцы, учителя, медсестры... - простые русские женщины достают из кошелька кто гривну, кто десять, чтобы купить знамена, которые в этот день сплотили нас, стали символом единения и предстоящей победы (но до этого пока было далеко, и об этом тогда еще не задумывались).

Постепенно на площади стали то тут, то там появляться, уже в наших прибывающих рядах, российские или крымские флаги. Народ подтягивался. Нас становилось все больше.

Через час-полтора я стояла с российским триколором в окружении огромного количества людей, которые что-то обсуждали, выдвигали свои версии происходящего и того, что может произойти, рассуждали о том, как Украину довели до такого... Я их слышала, но мысли были где-то далеко. Я не могла обстоятельно ни о чем подумать. Только когда наша "точка" разрослась и стала внушительной, я вдруг осознала, что ужасно замерзла. Тонкая кожаная куртка, накинутая на шелковую блузку - не лучший вариант одежды в феврале, особенно когда ты уже несколько часов торчишь на улице.

Внезапно я спиной почувствовала Его приближение. Он подошел сзади, встал за мной и начал общаться с народом. У меня как будто гора с плеч упала. "Он рядом, теперь мне нечего бояться, Он сейчас все объяснит, всех успокоит", - думала я.

Большинство людей Его узнали (Он - крымский русский политик). Стали задавать вопросы, о чем-то говорить, но мне (уже почти замерзшей) сложно было собраться и вслушаться - все вокруг превратилось в бессвязный шум. Я очнулась от криков "Ура!!!". Вслушавшись, поняла, что к нам на подмогу выехали автобусы с активистами из Севастополя. "Ура!" - воскликнула я про себя. Теперь мы точно выстоим. Севастополь с нами. Город-герой нас не бросил. Все будет хорошо.

Мы стояли и держали свой сектор по внешнему периметру здания Верховного совета. Внутри двора были казаки и ополченцы. Между нами и где-то слева - "меджлисовцы". Народ на контуре нужно было сплотить, и эту роль на себя взял Он. Он кричал в мегафон: "Севастополь! Крым! Россия!", "Севастополь - город русских моряков, Симферополь - город русской пехоты!", еще какие-то речи и лозунги.

В ответ на действия экстремистов мы с нашим сектором митингующих начали тараном проталкиваться во внутренний двор, где стояли казаки и задиравшиеся с ними "меджлисовцы". Кто-то сказал, что депутаты пытаются выйти через черный ход. Часть митингующих побежала их стыдить и призывать вернуться для принятия решений в пользу крымчан. Потом произошли первые серьезные столкновения, смяли милицейскую "цепочку". Затем немного стихло... Нервы на пределе. Вдруг Он опустил мегафон, повернулся ко мне и ласково сказал:

- Пойдем чаёк пить. Нужно погреться. Погреемся - и вернемся. Ты вся дрожишь, да и у меня садится голос. Мы тут уже несколько часов. Пошли. Тут рядом "Ностальгия" - это наш кризисный штаб.

...Мы незаметно улизнули из кафе. Празднующей и ликующей общественности внутри было не до нас. Вечер был на удивление тихий и спокойный. Людей на улице почти не было, только возле Верховного совета суетилась самооборона, казаки и просто зеваки, городили баррикады... А мы пошли пить шампанское... за Победу… За нашу Победу!

Tags: Россия великая
Subscribe

  • Песенка в переводе с древнесеверного

    На тинге кольчуг жатва Хели Снопы собирает для чаек моря травы. Долети ты, чёрный вестник, До родимой стороны, Передай моей невесте - Не приду уже…

  • Папка

    А вот сам Гуди Косматый молчал, глубоко задумавшись. И чувствовалось в этой задумчивости большое сомнение. Если вообще не противоречие… - Что не…

  • Папка

    - А на что нам то место? – вроде бы нейтрально спросил старый Гуди. Вроде бы? Или нейтрально? Если первое, то политически крайне могучий соратник…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments