Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Русские среди славян

В это время каким-то образом (мы точно не знаем, каким) сменились базовые идеологические надстройки общества. Основным символом этого является распространение с рубежа VI - VII вв. (после 570 – 600 гг.) нового вида погребений: ингумаций в ладье.
Это весьма важный исторический признак: такие погребения продержались до середины XI века, то есть фактически до конца эпохи викингов. Причём появляется новый ритуал уже в сложившемся виде, без всяких переходных форм. Будто его взяли и принесли. И он резко отличается от традиционного для Средней Швеции обряда - кремация с захоронением под курганной насыпью.
Нет, понятно: гражданская война и всё такое. Но всё же смена образа захоронений означает нечто большее, нежели победу какой-то стороны в гражданской войне. Это явственным образом примыкает уже к смене религиозной или этнической формации – а ни того, ни другого, мы знаем, в Скандинавии не происходило.
При этом основные захоронения такого типа сосредоточены в Упланде. То есть его можно связать с новой элитой. Об этом же может говорить тот факт, что ингумации в ладье составляли небольшие замкнутые кладбища, где похоронены только мужчины. И –

- в каждом могильнике этого круга на одно поколение приходилось по одному мужскому захоронению в ладье. (Лебедев)

Это – погребения явно высших лиц в иерархии, конунгов или кого-то в этом роде:

От рядовых могил эти погребения отличались пышным и сложным ритуалом. Покойника укладывали (или усаживали) в кормовой части ладьи, рядом с ним в определенном порядке складывали парадное оружие, в средней части ладьи, в ларцах или на скамьях – остальные вещи. Вдоль бортов и у форштевня ладьи хоронили жертвенных животных (от 3 до 17 голов скота, а иногда и соколов).
   В каждом погребении найдены обязательные наборы вещей: роскошное парадное оружие, пиршественная посуда, орудия труда, парадная конская сбруя. Графическая корреляция археологических признаков погребального обряда позволяет выделить «вендельский тип» погребений (Vt): мужские ингумации в ладье, в грунтовых могилах, с парадным вооружением, пиршественными и кузнечными наборами, верховыми лошадьми и большим количеством жертвенных животных [106, с. 155-180],

Этот обычай распространяется по Скандинавии везде (Ютландия, Зеландия, Вендсиссель, Борнхольм Эланд, Готланд, Сконе), не вытесняя в то же время полностью обычая кремации.
Значит, по совокупности данных, без большой ошибки можно предполагать, что сменилась именно элита. Но вот национально или, так сказать, социально-религиозно? То есть захватила ли элитарные позиции, включая королевские, некая иноязычная и инообычная корпорация (такое бывуало, мы помним)? Или же произошла трансформация прежних элит с изменением религиозных (ведь новый обычай захоронения обзятальено должен быть связанлибо со сменой богов, либо с крупной религиозной реформой) воззрений, как было, например, при крещении Руси?
Проще говоря, мог ли Ивар Широкие Объятья принести такую революцию с собою (и в себе!) – или же предание об изгнании Инглингов прячет под собою приход элит инокультурных? Но в этом случае – откуда они взялись? Из соседнего с Уппсалой Сконе?
Вообще говоря, обычай распространялся действительно с юга на север – а Сконе южнее. Но кто принёс этот обычай на юг?
И ещё один момент примечателен: различия в оснащении могил не выходят за крайне незначительные, буквально внутри одной большой семьи, границы. То есть это всё та же, местная элита, но новым обрядом противопоставленная основной массе населения - общин и общинников.
И получается в итоге, что в начале перехода к вендельскому времени произошла действительно смена элит, причём на новом идеологическом базисе. И описать этот базис, судя по находкам вешей в захоронениях, нетрудно: власть конунга стоит над обществом, от родов и их объединений она оторвана; власть – инакова; власть священая и сакрализована, дана свыше, дана богами; власть – также и средоточие богатств; власть вооружена и очень опасна для тех, кто отважиался бы ей противостоять.
А если к этому добавить, что могильники вендельского типа строго связаны с поселениями, служившими центрами ремесленно-торговой и административной активности, то вывод напрашивается однозначный. А именно: в ходе недолгой, но жестокой гражданской войны прежние родо-племенные конунги сменились королями, ставшими вне и над обществом, но при этом опиравшимися на оторвавшееся от родов пассионарное население, служившее непосредственно власти, обслуживающее её, подпитывающее её элиты своими кадрами.
Что это означает в целом?
То, что на место родо-племенной структуры общества пришла прото-государственная структура. Произошёл действительно общественный переворот: пала власть родов, и на место конунга, представлявшего просто самый сильный род, стал конунг, представлявший государство. Пусть последнее само базировалось ещё на родах. Вот только даже административно прежние folk`и-полки сменились на hundar – «сотенные округа», то есть родовые ополчения сменяются территориальными.
Но вот откуда новая знать, новые короли взяли свои новые обычаи, так и непонятно. Г.С.Лебедев указывает в этой связи на большое сходство вендельских погребений с англосаксонскими курганами в Саттон-Ху и Снэп. При этом учёный отдельно оговаривает:

Детальный анализ основных компонентов культурного комплекса, представленного в Саттон-Ху и памятниках «вендельской культуры» позволяет в ряде аспектов допустить если не независимое развитие, то, по крайней мере, опору на некий общий, континентальный источник [414, с. 212-218].

Интересно, что в это же время создаётся англосаксонский эпос «Беовульф», связь которого с памятниками круга Саттон-Ху не вызывает сомнений, как не вызывает одновременно сомнений и связь его содержания с событиями в Скандинавии, со скандинавскими бытом и нравами. Наконец, конкретно связь со скандинавскими племенами – свеев, гаутов, данов, ютов. То есть где-то был исходный пункт для англо-саксонских и скандинавских элит, но где – неизвестно.
Однако я рискну предположить.
Итак, что представляет собою захоронение в Саттон-Ху?
Во-первых, находки, сделанные в большом кургане, не имеют аналогов на Британских островах.
Набор предметов довольно странен и сильно эклектичен: большой круглый щит и меровингский меч с золотой рукояткой, украшенные в едином стиле с применением гранатов; золотая пряжка в зверином стиле и подобие скипетра в форме оленя; лира о шести струнах; кошель с золотыми монетами франкских Меровингов; серебряная посуда византийского и египетского происхождения. Наконец, сам корабль.
Вот описание шлема:

Этот шлем покрыт пластинками лужёной бронзы, украшенными анималистическим орнаментом и героическими сценами, привычными мотивами германского мира того времени. Маска, закрывающая лицо, самая примечательная черта этого шлема. Бронзовые брови украшены серебряной проволокой и гранатами. Каждый край имеет изображение позолоченной кабаньей головы, вероятно, это был символ силы и храбрости. Идущая вдоль по спинке носа к его верхушке, между бровями, позолоченная драконья голова лежит нос к носу с простой драконьей головой, которая находится на конце гребешка, что бежит вокруг шлема. Нос, брови и дракон формируют огромную птицу с распахнутыми крыльями. (http://www.skydive.ru/ru/shedevry-muzyeya-britanii/1555-shlem-s-pogrebalnoy-ladi-iz-satton-hu.html)

Богатый инвентарь указывал, что перед археологами было погребение короля. Так как относительно недалеко от курганов находился так называемый королевский тун в Рендлшеме, возникла гипотеза, что курган принадлежит одному из королей Восточной Англии. Историк и филолог Гектор Чедвик первым предположил, что там был похоронен король Редвальд, правивший примерно с 599 по 624 год.
Монеты, обнаруженные в кургане действительно позволяют говорить, что он был создан приблизительно в год смерти Редвальда.
Найденные чаши и ложки служили предметами христианского культа, что совпадает со сведениями Беды Достопочтенного о принятии Редвальдом христианства. Правда, обращение Редвальда оказалось своеобразным. Как пишет Беда Достопочтенный: «…Редвальд давно уже был посвящен в тайны христианского учения в Кенте, но по возвращении домой он отпал от веры, соблазненный женой и дурными советниками, и последнее стало для него хуже первого. По обычаю древних самаритян он служил и Христу, и тем богам, которым поклонялся прежде; в одном храме у него был алтарь для христианских обрядов и другой алтарь поменьше, на котором он приносил жертвы демонам» (Церковная история народа англов. II, 15. Перевод В. Эрлихмана).
Tags: Русские среди славян
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 2 comments