Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Categories:

Глава 16. Лебединая песня Готской державы

Хорошего много не бывает. А потому всегда люди ищут возможность его улучшить. И когда рядом с тем местом, где ты живёшь, ярким маяком загорается более богатая культура, то её свет так или иначе касается и тебя.
Скажем, ездил ты всю жизнь на изделиях Тольяттинского автомобильного завода. В обиходе – «тазиках». Но однажды тебе привезли подержанную «японочкку». «Мицубиси», скажем. И сильно это изделие заморских мастеров тебе понравилось. А также и твоим согражданам. И как только создались условиях, которые благоприятствуют приобретению этими массами утомившихся от «тазиков» людей новой, в разы более совершенной техники, - оная техника начинает безудержно распространяться.
А будущему археологу – задача. Отчего это археологическая культура «тазиков» на российском Дальнем Востоке довольно резко сменилась новой. Носящей выразительные черты близлежащей культуры «мицубиси»? И означает ли такая смена культур смену этноса – с леворульного на праворульный?
Что-то похожее явно происходило и с нашими представителями киевской культуры. напрмиер, в киевских древностях –

- исчезают украшения с эмалями и вообще стиль украшений меняется в связи с началом массового импорта черняховских изделий с территорий, лежащих к юг
у.

Где проходила зона контакта между черняховцами и киевцами? Напомню территориальные очертания этих культур.
Собственно киевская культура –

охватывает Среднее Поднепровье по обоим берегам его вплоть до устья Березины, Среднее и Нижнее Подесенье, весь бассейн Сейма, на юге простирается вплоть до устья Роси и среднего течения Псла и Сулы, а на востоке достигает Курска, верховьев Северского Донца и даже Дона.

Черняховская культура имеет –

более широкий ареал приблизительно от Клужа в Румынии до Курска, а на Правобережье Днепра от линии Луцк-Киев вплоть до побережья Черного моря.

И следовательно, зона пересечения и контакта этих культур находится на левобережье Днепра. Именно здесь отчётливо видно, как осуществлялось взаимодействие одних с другими:

…На киевских памятниках есть иногда примесь черняховской гончарной керамики, а на черняховских — лепной киевской, но слияния не происходит, поскольку каждая из культур занимает свою экологическую нишу. Черняховские тяготеют к черноземам, а большинство киевских располагается на песчаных дюнах в поймах рек.


Конечно, времена были, возможно, и не такими жестокими, как ныне, но зато о правах человека, нерушимости государственных границ и Организации Объединённых Наций тогда и слыхом не слыхивали. И интерес к другим культурами выражался прежде всего через насилие, в первую очередь военное. И та же археология же говорит, что по драться друг с другом, судя по всему, носители этих двух культур в большой дружбе не пребывали. Например,одно только свидетельство о многом говорит:

…на поселении Глеваха под Киевом слой киевской культуры перекрыт черняховско-вельбаркским.


После чего открывается «кооперация»:

На поселении киевской культуры Александровка в Подесенье, наоборот, выявлен момент кооперации носителей двух культур. Жители поселка в массовом порядке нарезали из рогов лосей и оленей пластинки, которые служили заготовками-полуфабрикатами для изготовления знаменитых черняховских гребней. Нет, однако, ни одной пластинки, где бы были уже пропилены зубцы или просверлены отверстия для скрепляющих штифтов. Эти достаточно сложные по технологии операции, как и сборка гребней, осуществлялись, вероятно, уже черняховскими мастерами. Мастерские, где можно наблюдать весь процесс, в черняховской культуре известны.

Знаем мы такую «кооперацию»! Чистый даннический промысел.
И по другим признакам видно: киевцев с черняховцами разделяла какая-то идиосинкразия. И археологические маркеры свидетельствуют, что эти культуры тяготели к разным даже образам жизни. Черняховцев, как мы видели, тянуло к Империи, хотя они и сохраняли многие свои германские, скандинавские особенности. Потому мы видим здесь распространение римских и сделанных под влиянием римских монет, стеклянных кубков, амфор, характерных фибул, пряжек и так далее.
А киевцев это всё интересовало мало. Они тяготели к культурам лесной зоны, взаимодействовали с балтами и финнами, придерживались консервативных приёмов в агрокультуре, глиноделии, в украшениях. Последние, кстати, по-своему тоже вполне высококлассные, изящные.

Что касается северных соседей, то, при наличии определенных различий (городища, домостроительство), носители киевской культуры имеют с ними не только сходство структуры культуры, принадлежа к общему “лесному миру”, но и ряд общих элементов. Вот как, например, описывает Е.А.Шмидт один из типов керамики Днепро-Двинской культуры: “Поверхность сосудов снаружи приглаживалась пальцами или специальной палочкой в вертикальном направлении от горла ко дну, поэтому на ней заметны полосы или вмятины” (Шмидт 1961: 355). Но ведь это как раз тот признак, своеобразная “расчесанность”, что позволяет всегда отличать посуду киевской культуры от прочих. Да и формы горшков киевской и колочинской керамики, выделенные Е.А.Горюновым в виды IV, V и VIII, а О.М.Приходнюком в тип V для посуды пеньковской, вполне сопоставимы с днепро-двинскими и тушемлинскими. Хотя, справедливости ради, стоит сказать, что в названых культурах есть и керамика, по отощающим примесям и способу обработки поверхности отличающаяся несколько от киевской — примесь дресвы или песка вместо шамота и пр.
Еще один элемент, объединяющий киевскую культуру с памятниками глубинки лесной зоны, — пряслица с большим отверстием, отсутствующие в черняховской культуре и в древностях Центральной Европы. Можно было бы вспомнить здесь еще и железные булавки типа «пастушеского посоха», и некоторые другие элементы.


В общем, киевцам с северными лесными балтами-финнами было легче, нежели с черняховцами. И тем не менее на стыке этих двух цивилизаций всё равно возникает зона взаимодействий. Дрались ли, дань ли платили, торговали, обменивались – сегодня однозначно не скажешь. А точнее – можно быть уверенным: было всё. И по-разному.
Результатом же такой жизни в Пограничье и стала трансформация части киевской культуры в то, что в конце концов связало её носителей уже со славянами. Не очень ловко сказал, но смысл, в общем, простой: между киевцами и славянами простой, непосредственной исторической преемственности нет. Зато есть генетическая. А значит, должен был быть толчок, чтобы она вышла на эта «славянскую» дорогу.
Этот толчок дали гунны.
Напав на готов.
Но сначала напали готы.
На венедов.
На венедов? Они тут при чём? Это же дальние лесные «партизаны». Или в ходе того возвращения после краха зарубинецкой культуры они и заместили собою постзарубинецких киевцев, став собственно киевцами? Не оттого ли так беднели постзарубинецкие древности в ходе трансформации в киевские? Помните? –

В III веке, с переходом к «киевскому» этапу развития резко снижается изготовление лощёной посуды, почти исчезает орнаментация горшков по венчику, а сами горшки несколько изменяются по форме, становятся более приземистыми.


Что же, всё получается логично. Зарубинцы – народ развитый, с богатой археологией, с культурой, почерпнутой, в частности, из походов на Македонию и Рим. И, значит, постзарубинцы не могли не сохранить чего-то из боевых и культурных традиций своих предтеч. И потому сумели отразить первоначальный удар готов во время ещё давнего того их прихода. Отразили, возможно, с помощью родственных венедов из леса.
А дальше было то, о чём мы уже говорили: постепенное возвращение лесных родичей на родину предков. Вот только несли они при этом нисколько не передовую культуру. Где её взять-то в лесу? Разве что некоторые ухватки и технологии от балтов притащить можно. Но ведь и те – тоже ни разу не римские патриции…
Этакие гастарбайтеры таджикские! Тоже когда-то совесткими людьми были, но давно-давно… А теперь на корточках орлами сидят.
Так что могло быть и такое – по мере прибавления числа репатриантов заменялось и название киевцев со «спалов» на «венедов»…
Во всяком случае, вот здесь Германарих явно не деревушки лесные зорил –

- после поражения герулов Германарих двинул войско против венетов, которые, хотя и были достойны презрения из-за [слабости их] оружия, были, однако, могущественны благодаря своей многочисленности и пробовали сначала сопротивляться. Но ничего не стоит великое число негодных для войны, особенно в том случае, когда и бог попускает и множество вооружённых подступает. Эти [венеты], как мы уже рассказывали в начале нашего изложения, — именно при перечислении племен, — происходят от одного корня и ныне известны под тремя именами: венетов, антов, склавенов. Хотя теперь, по грехам нашим, они свирепствуют повсеместно, но тогда все они подчинились власти Германариха.


Раз пробовали сопротивляться – значит, был некий центр сопротивления. Значит был какой-то организатор «всех наших побед». А у него должно было быть достаточно компактное пространство, которое можно и нужно было защищать, а не необозримые лесные чащи с редкими хуторками. И значит, речь идёт о тех самых «сотовых» поселениях киевской культуры, обитателей которых кто-то собрал в «полки» и дал отпор готам.
Иное дело, что Германарих разбил венедов-киевцев. И даже, похоже, до территории современной Латвии дошёл, если иордан не соврал:

Умом своим и доблестью он подчинил себе также племя эстов, которые населяют отдаленнейшее побережье Германского океана. Он властвовал, таким образом, над всеми племенами Скифии и Германии, как над собственностью

Мог Иордан и не соврать: близкие родственные связи киевцев и «лесных» венедов в пределах III-IV веков археологи видят вполне чётко. Например, об этом свидетельствуют недавно открытые памятники типа Заозерье в Белорусско-Псковском пограничье и в верховьях Ловати:

Обнаружены полуземлянки, столь нехарактерные для таких северных районов, некоторое количество обломков чёрнолощёных мисок и штрихованная керамика. Выясняется, что штриховка на эти сосуды наносилась, скорее всего, обломками черняховских костяных гребней.

Так что похоже, Германарих всерьёз взялся сделать из киевцев-венедов своих подданных – уже не в прямом смысле, так как дань те, по крайней мере, частью своей, и так платили. А в государственном. Ввести их в состав, как прибалтов в СССР. Для чего, как известно, нет лучшей методы, чем разместить на территории нового братского народа свои гарнизоны. Вот и появляются на землях киевцев чересполосно готские поселения, перемежаемые укреплёнными бургами.
Не всем, надо полагать, такое положение вещей пришлось по вкусу. Ну не любили венеды готов! Любопытно, что наблюдается немало случаев смешения между готами с одной стороны и сарматами, даками, не говоря уже о близких германцах. Но с людьми киевской культуры симбиоза не фиксируется.
Тем не менее, Германарих втянул венедов в состав своего государства.
Напрасно он это сделал.
Государственное строительство – оно ведь такое дело, где одни совершенно необходимые действия приводят к необходимости совершать другие. А также вызывают необходимые и неизбежные последствия, которых ты, может быть, хотел даже избежать. Вот, скажем, если продолжать те же прибалтийские аналогии, вырастили в недрах КГБ оголтелого борца за независимость Литвы Витаутаса Ландсбергиса. Планировали с его помощью оседлать процесс. А он возьми и надуй кураторов. И сам оседлал процесс. Даже ускорение ему придал – чтобы уж окончательно прежние связи порвать. И ни за что не ответить.
Вот и у Германариха вышла похожая история. Ведь для того, чтобы собирать дань и осуществлять контроль, нужно кого-то ставить на выполнение этих задач. Поставить своего, гота – так его ножиком в лесу прирежут и скажут. Что волки загрызли. Да и опять же – что ставь своего, что не ставь: всё равно от дани собираемой толика малая на руках у местной администрации оставаться будет. А значит, неизбежно начнёт она превращаться в местную элиту.
Вот с местной элитой у готов и возникнут нелады. Позже.
Когда на них нападут гунны.
Но до прихода гуннов готское государство пережило, что естественно, определённую эволюцию. Общение с Империей, рост материального достатка знати, естественное увеличение роли политического руководства как организатора и вдохновителя всех готских побед закономерно приводили к усилению значения государства. К усилению, так сказать, государственности государства. Жизнь в условиях, когда, по словам Ю.В.Готье, -

- одни были властители и собирали дань, другие были подневольные и платили дань ценностями, натуральными продуктами, а иногда просто поставляли властителям живую силу – воинов, -


- постепенно приводила к такой системе господства, которая нам знакома по курсу истории феодализма. Хотя, конечно, о классическом феодализме говорить рано. Тем не менее, постепенно сложилась некая структура, которую называют «государством Германариха» - полиэтническое, многоплеменное образование под политическим руководством готов.
Опиралось королевская власть на ту самую сеть вельбаркских, то есть готских населённых пунктов, которые располагались в том числе и на землях как других пришлых племён, так и на территориях местных аборигенов. Очевидно, эта сеть поселений при необходимости могла выставить достаточное количество вооружённых отрядов, которые могли навести нужный готам порядок. Ничто не ново под Луной. Похожую вещь задумывали гитлеровцы для оккупации Советского Союза: безраздельный политический контроль со стороны рейха, сеть поселений привилегированных выходцев из Германии и местное население в качестве безусловно подчинённой рабочей силы. Конечно, все аналогии хромают, и готы далеко не были фашистами – но подчинение есть подчинение, и для него используется вполне определённый инструментарий. Далеко не так кардинально изменившийся с тех давних времён, как изменилась жизнь людей.
Что касается остроготов, то у них это руководство постепенно закрепилось за династией Амалов. Именно в ней и появился грозный и ужасный Германарих, при котором готская держава и рухнула. И из некоторых её осколков и появились будущие славянские этносы.
Согласно Иордану, Германарих построил настоящую империю:

После того как король готов Геберих отошел от дел человеческих, через некоторое время наследовал королевство Германарих, благороднейший из Амалов, который покорил много весьма воинственных северных племен и заставил их повиноваться своим законам. Немало Древних писателей сравнивали его по достоинству с Александром Великим. Покорил же он племена: гольтескифов, тиудов, инаунксов, васинабронков, меренс, морденс, имнискаров, рогов, тадзанс, атаул, навего, бубегенов, колдов.


В скобочках заметим, что по именам этих племён походило уже немало энтузиастов. Власть Германариха иные из них продлили аж до Балтийского моря и Волги. Как же! – вон и «тиуды»-чудь, и «меренс»-меря, и «морденс»-мордва…
Не знаю, не могу об этом судить – не энтузиаст. Чем чёрт не шутит! – если дошли готы до мест обитания киевской культуры – а они дошли – то от Десны до Оки, то есть до мери и мордвы, победоносный поход устроить можно. Но судить об этом сколько-нибудь надёжно – трудно. Ведь опираемся мы лишь на один источник – Иордана. А тот мало того, что настроен по отношению к готам с явным придыханием, - так ещё и жил в двухстах годах позже описываемых событий. И вряд ли мог избежать искажений, передавая события дальних и уже чуждых времён.

Интермедия про покорённые Германарихом народы

В первоисточнике по-латыни это место звучит так:

Nam Gothorum rege Greberich rebus humanis excedente post temporis aliquod Hermanaricus nobilissimus Amalorum in regno successit, qui multas et bellicosissimas arctoi gentes perdomuit suisque parere legibus fecit. quem merito nonnulli Alexandro Magno comparavere maiores, habebat si quidem quos domuerat Golthescytha Thiudos Inaunxis Vasinabroncas Merens Mordens Imniscaris Rogas Tadzans Athaul Navego Bubegenas Coldas.

Попробуем – чисто из баловства – провести маленькую реконструкцию.
«Golthescytha» может восходить к готскому -

Gulþ – «золото»

«Thiudos» просто напрашиваются на –

þiu-d-a – «народ», «племя», а в некоторых случаях – и «королевство»

«Inaunxis» можно – при некотором желании и предположении, что за двести лет две буковки могли перепутаться - интерпретировать как

In-auk-n-an – становящийся многочисленным, умножающийся

«Vasinabroncas», если использовать в качестве составного слова, образует перспективное

was-jan in brak-j-a – одетые в битву

Ну, а раз пошла такая пьянка, то «Merens-Mordens» подходят в качестве -

mer-jan – «провозглашать», «объявлять», даже «проповедывать»

а -

maurþ-r – «смерть»

и особенно –

maur-þ-r-jan – «убивать» (причём больше режущими-колющими предметами)

И в этом качестве они образуют вполне внятное продолжение фразы.
Дальше идут, однако, непонятные «имнискары». Если снова предположить лёгкое искажение за двести лет, то приходим к

in-n + skar-j-a – сведённые в отряды.

«Rogas» из готского, правда, уже вовсе не объясняются. Разве что – «рожь», никуда не годная в этом смысловом ряду. Но нам этого и не надо – руги известный германский народ. Когда именно они были покорены готами, мы точно не знаем, но, согласно сообщению Прокопия Кесарийского (541 год), руги уже твёрдо входили в состав готской конфедерации -

Эти руги являются одним из готских племен, но издревле они жили самостоятельно. Когда первоначально Теодорих объединил их с другими племенами, то они стали числиться в среде готов и вместе с ними во всем действовали против врагов.

Так что если предположить, что речь идёт о каком-то покорении ругов Германарихом, то далее у нас снова выстраивается определённая логика: «Tadzans» от -

tau-h-t-s – «руководство», «вожди» -

близний родич известному нам из германских «герцог» - от heer-zog – вождь войска.
«Athaul» тогда от -

aþal-s – «благородные», -

- что становится закономерным.
«Navego», «Bubegenas» и «Coldas» я столь же просто из готского или латыни вывести не в состоянии. Это индейцы какие-то. Навахо с бубегенами.
Впрочем, если уж хулиганить дальше и представлять эти слова сборными, то есть когда-то перепутанными в переводе с готского, а затем так и закрепившихся в дошедших до нас, но начально енправильных формах, то –

nauh – «ещё», -

и

weig-jan – «биться», «бороться» (откуда weig-s – «борьба»)

дают искомых «навего». А вот такое милое –

bi-baur-g-ein-s – «лагерь, укрепление, замок»

приводят к «бубегенам».
Ну, а -

Coldas –

в таком случае вряд ли восходят к –

kal-d-s – «холод» -

а скорее всего являют собой искажённое -

hal-d-an – «держать, охранять».

И тогда вся фраза становится у нас на диво интересной.
Повторим этот отрывок без заглавных букв:

quem merito nonnulli Alexandro Magno comparavere maiores, habebat si quidem quos domuerat Golthescytha thiudos inaunxis vasinabroncas merens mordens imniscaris Rogas nadzans athaul navego bubegenas coldas.

Что значит:

Оттого недаром некоторые видные сравнивали его с Александром Великим, (как если бы тот) владел именно (теми), которые (раньше) населяли Золотую Скифию – народами умножающимися, снаряжёнными для битвы, угрожающими смертью, (как) отряды ругов, ещё борющиеся за удерживаемые (ими) замки.
Впрочем, уже известный нам лингвист и знаток готской истории и эпоса wiederda приводит на это ряд существенных возражений – и своих собственных, и других учёных:

Интерпретация Golthescytha thiudos как Gotth[a]e Scytha-thiudos (лат.-гот. «скифские народы по-готски» или «... [подчинённые] готу = Эрманариху) – Гринбергер, позднее Коркканен и др.
Прочтение *Gulþa-þiudōs, гот. «золотые народы» предлагал Г. Шрамм [G. Schramm Die nordöstlichen Eroberungen der Rußlandgoten (Merens, Mordens und andere Völkernamen bei Jordanes. Getica. XXIII, 116) // Frühmittelalterliche Studien. Bd. 8. – Berlin, 1974. S. 4-5.], но зачем-то поместил их на Урал. В. Н. Топоров настаивает, что Golthe- – это ‘голядь’, хотя из балт. Galinda- (> слав. *golędĭ) мы ожидали бы гот. *Galindans (мн. ч.) vel sim.

Inaunxis < гот. ïnahsuggōs /~eis, соответствующее (калькирующее?) греч. ‘Αμαξόβιοι «амаксобии», букв. «живущие в повозках» – Гринбергер, Коркканен.

Athaul Navego < гот. *aþal- «род», «поколение» + библейские имена Ноя и Гога (в переводе Коркканен, должно получиться нечто вроде «[он покорил] Гога [из] рода Ноя» или что-то подобное (op. cit., p. 63). Б. А. Рыбаков интерпретировал Navego как (вай-)нахов [Язычество Древней Руси. – М., 1987. С. 34].

Merens & Mordens = Меря и Мордва практически у всех.

‘Бубегены’ (Bubegenas) по Коркканен = искажённые ‘Певкины’, а ‘Колды’ (Coldas) = кельты (откуда тут кельты? – я) – peucenas, celtas (op. cit., p. 73).

Ясно одно – все эти названия сильно искажены и поэтому допускают самые разные интерпретации.

Но самое существенное возражение – вот это:

> hal-d-an – «держать, охранять».

haldan в готском – «пасти [свиней]» (βόσκειν, ποιμαίνειν).

Убивает моё прочтение позорнейшим образом.
Да и в целом –

Приоритетное на нынешний день мнение таково, что источником для его списка северных племён послужил неизвестный нам итинерарий (дорожник), перечисляющий народы, через области которых пролегал путь от Балтийского моря к Уралу. Возможно также, что в тексте Иордана хаотически соединены сведения из разных источников, составленных первоначально на разных языках. Одним из этих языков, как видно из приведённых мною выше интерпретаций, был готский; другим, вероятно, греческий, откуда само выражение arctoi (gentes). Подробнее см. [В. П. Буданова. Готы в эпоху Великого переселения народов. – СПб.: Алетейя, 1999. С. 153 и след.]. Оттуда: «Таким образом объяснение названий arctoi gentes у Иордана является неоднозначным и противоречивым. Оно не позволяет сделать конкретные выводы о границах “государства Эрманариха”. В основном эти этнонимы тяготеют к районам Прибалтики, Поволжья, Приазовья и Балкан. Это скорее предполагаемый путь готов с севера на юг, включающий зоны локализации тех племён, с которыми они вступали в контакт в различные хронологические периоды. В литературе высказывалось предположение, что список arctoi gentes отражает освоение готами в северный период их истории, т. е. до II в. н. э., побережья Балтийского моря» (loc. cit., p. 159, со ссылкой на работы О. Хёфлера и Й. Свеннунга).

Так что не будем далее уподобляться так называемым «народным лингвистам», они же энтузиасты. Пошутили, обозначили возможность иного толкования инаунксов и васинабронков – пора вернуться к жалкому закату «Империи Германариха». Да, и при чём тут «лебединая песня»?
А при том, что даже с точки зрения какой-то исторической символики эти выдающиеся успехи Готской державы стали её последними успехами. И прощальную песнь им пропела действительно Лебедь…

Вероломному же племени росомонов, которое в те времена служило ему в числе других племён, подвернулся тут случай повредить ему. Одну женщину из вышеназванного племени, по имени Сунильду, за изменнический уход [от] её мужа, король [Германарих], движимый гневом, приказал разорвать на части, привязав её к диким коням и пустив их вскачь. Братья же её, Cap и Аммий, мстя за смерть сестры, поразили его в бок мечом.

Кстати, в германском эпосе есть отражения этой истории. В частности, в «Эдде» ((Hamðismál 3:8):

Systir var ykkur
Svanhildr of heitin,
sú er Jörmunrekkr
jóm of traddi,
hvítum ok svörtum
á hervegi,
grám, gangtömum
Gotna hrossum.


В переводе А. Корсуна:

«Сванхильд – имя
вашей сестры,
что Ёрмунрекк бросил
коням под копыта,
вороным и белым,
на дороге войны,
серым, объезженным
готским коням!»


Вообще, готским королям нередко трудновато бывало сохранить голову на плечах со своими подданными:

Getica 163: “... на третий же год, после того как покорил и Галлии и Испании, он [sc. король вестготов Атаульф] пал, пронзённый мечом Эвервульфа в живот, - того самого [Эвервульфа], над ростом которого он имел обыкновение насмехаться [что называется, донасмехался – моё]. После его смерти королём был поставлен Сегерих, но и он, умерщвлённый из-за коварства своих же людей, ещё скорее покинул как власть, так и жизнь [а Иордан был всё-таки язва :)]”. Перевод Е. Ч. Скржинской. Остготы не отставали. Теодахада сняли якобы за провизантийские симпатии во время войны, но убил его, по сообщению Прокопия некто Оптарис из-за личной обиды (= из-за бабы, конечно): «Он захватил его ещё в пути и, повергнув на землю, убил его, как бы принося в жертву какое-либо священное животное» (Bell. Goth. I. 11. Перевод С. П. Кондратьева). До этого сам Теодахад избавился от своей жены и соправительницы Амаласвинты. Те, кто душил её в бане паром, вспоминали своих родственников, казнённый ею ранее, и заботились только о том, чтобы ни капли божественной крови Амалов не было пролито. Преемник Теодахада Витигес успел сдаться в плен и, возможно, поэтому избежал судьбы Ильдибада, следующего короля остготов, убитого своим телохранителем из-за его невесты, которую король выдал за другого (та же история, что и с Теодахадом): “... Велас неожиданно ударил его мечом по шее, так что пальцы Ильдибада держали ещё пищу, а голова его упала на стол...” (Bell. Goth. III. 1.). Вот так, по бытовухе, и это в военное-то время! Следующего (Эрариха) ликвидировали за то, что, по мнению некоторых, он «... служит препятствием в совершении великих дел» (Bell. Goth. III. 2.). Замечательная формулировка! Тотила (пред-) и Тейя (последний вождь остготов) погибли в бою.

Кто-то ещё хочет быть готским королём? - как справедливо вопросил  </b></a>
Германариху тоже не было хорошо:

Мучимый этой раной, король влачил жизнь больного. Узнав о несчастном его недуге, Баламбер, король гуннов, двинулся войной на ту часть [готов, которую составляли] остроготы; от них везеготы, следуя какому-то своему намерению, уже отделились. Между тем Германарих, престарелый и одряхлевший, страдал от раны и, не перенеся гуннских набегов, скончался на сто десятом году жизни. Смерть его дала гуннам возможность осилить тех готов, которые, как мы говорили, сидели на восточной стороне и назывались остроготами.


Здесь также энтузиасты открывают большой простор для спекуляций на тему древности русских. Росомоны же! Значит, росы. То есть русы. Ross-mann. Русский мужик. А русский – значит, славянин.
Всё здорово, конечно. Беда лишь в том, что название это встречается лишь один раз. У Иордана. А мы уже знаем, что он спутать может.
А во-вторых, ни название племени, ни имена участников по-славянски ничего не значат. И даже из славянского не этимологизируются.
Может, из готского?
У Иордана «вероломное племя» обозначается как -

Rosomonorum gens

«Gens», кстати, может быть также и род, и народ. Если речь о роде – а, видимо, это так и есть, раз больше никто о таком племени не слышал, - то поиски здесь наших предков бессмысленны.
И само название – даже если это народ - «Росомон» не даёт нам ничего из готского. Его можно выводить и из -

röhsn-s – «двор», «придворье», -


и из -

rauþ-s – «красный».

То есть само наличие столь несовместимых вариантов наводит на мысль, что готской этимологии это племя не находит. А вторая часть слова – «…monorum» вовсе в готском никуда.
Впрочем, это я слишком категорично высказался. Версий на самом деле высказано много:

гот. *Rusmunans, ед .ч. *Rusmuna, производное от незасвидетельствованного *rusma (сущ. м. р. на -an), формально соответствующее д.-в.-н. rosamo = лат. rubor («красный цвет», «краснота»), aerūgo («ржавчина»), откуда с.-в.-н. roseme, rosem etc. «веснушки», прил. rosemic (rosmig) «веснушчатый». По структуре *rusma < *ruðsman-, от основы о.-герм. *reuð- : *rauð- : *ruð- («быть красным»). Эта словообразовательная модель подтверждается другими примерами. Данная версия была предложена датским германистом Софусом Бугге [Oplysninger om Nordens Oldtid hos Jordanes // Arkiv for nordisk filologi. Bd. I. – Christiania,1883. S. 1-21]. Согласно ему ‘росомоны’ буквально – «красные» («рыжые») или «покрытые веснушками» (saa maa hint Stammenavn betegne «de rødlige», med Hensyn til Haarets eller til Hudens – mulig til begges – Farve, eller «de Fregnede»). В поддержку своей версии он ссылается на символизм красного цвета в германской эпической традиции (где он, как кажется, иногда символизирует предательство и обозначает предателей – вспомним gens infida Иордана).

гот. *Hrusa-mans «люди льда» (?) – Гринбергер [ZfdA. Bd. 39., S. 159].

гот. *Rausa-mans «люди камышовых зарослей», от raus κάλαμος «камыш» – Маркварт [Osteuropäische und ostasiatische Streifzüge. – Leipzig, 1903. S. 353, 368]. Он связывает это название с берегами Меотиды.

= ‘Ρωξολάνοι «роксоланы» (с адаптацией первого элемента аланск. *rōχs- «свет» как *rōhs- и присоединением гот. -mans (ед. ч. manna «человек»)) – самые разные авторы, начиная, по-моему, с Ломоносова.


Не знаю, но всегда казались мне эти версии немного детскими. «Красные люди» - гиль. «Всадники» тоже не годятся - тогда множество мужчин были всадниками. Это вообще соответствовало дворянскому званию – откуда, кстати, в дворянские звания и попало. «Рыцарь», «шевалье», «кавалер» - это всё от «всадника». «Кмышовые люди» - роскошно, но для энтузиастов. Я бы из этого вывел позднейших бродников, что русских князей на Калке предали, а затем и казаков донских. Но если держать перед глазами реальность человеческого мышления - то сомнительно. В общем, объяснений с теми или иными допущениями так много, что ни одной корректной версии выстроить нельзя в принципе. А коли так, то можно,не противореча науке, упирать на человеческую логику.
Если это род - то отчего он так известно-враждебен ирад доставить неприятности. Если это враги, то почему они на службе. Если на службе, то отчего за сестру заступаются столь зверским образом, что это в саги вошло.
Словом, через одну точку можно провести бесконечное множество прямых - я провёл свою.
Может, что-то дадут имена? –

Sunilda… fratres eius Sarus et Ammius


Практически ничего. Ни Сар, ни Аммий из готского не этимологизируются, а уже при самом лёгком допуске - число вариаций переводов устремляется к бесконечности.
Кстати, и поведение их какое-то не готское. Что это за манеры такие – короля в бок мечом тыкать? Не в том смысле, что этого совсем нельзя было делать. Делали, как мы уже знаем. И считали, что так правильно.
Но не в данном случае. Германарих здесь совершал – и отвечал впоследствии – не королевский, а, скорее, судебный приговор. Он был в полном праве: по готским обычаям такую казнь можно было сотворить с водимой женой, изменившей мужу. Ибо тяжело мужчине и благородному воину переносить информацию, что твой сын – может, и не твой вовсе. И чтобы поводов к таким размышлениям рождалось меньше, девушек необходимо было воспитывать на положительных примерах. Потому что в отсутствие эмансипации и высшего образования в те времена оным барышням и так-то не оставалось никакого разумного занятия, кроме эксплуатации своей сексуальности. Что, понятное дело, иногда вдохновляет отдельных морально не стойких дам на рискованные эксперименты. А природа, в свою очередь, подчас дарит пытливым экспериментаторшам результат, который далеко не вся общественность готова принять с восторгом.
Это ещё хорошо, что в те годы не развился ещё империализм с его продажной девкою – генетикой. Вон у Рюриковичей теперь какой афронт вышел…
 
Tags: Откуда взялись русские
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments