Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Глава 28. Славянская экспансия на Руси

Дулебы, не дулебы, но на Руси, в лесостепной части правобережной Украины – всё в той же лесостепной! – славянская пражско-корчакская культура к началу VIII века постепенно трансформировалась в лука-райковецкую.
Почему – не очень ясно. Я имею в виду – с точки зрения чисто археологической. На завоевания, ни смены этноса. Даже поселения VIII–IX веков по топографическим условиям не отличаются от прежних. Правда, число населённых пунктов растёт, растут их площади. Значит – увеличивается и население, значит – налицо и рост экономики.
Да, и землянки, наконец, начинают – правда, только начинают – уступать место срубным жилищам.
По керамике чёткой грани лука-райковецкой посудой и пражско-корчакской тоже не отмечается. Постепенное развитие к более профилированным сосудам. Появляются узоры и орнаменты. В IX веке появляется и посуда, изготовленная на гончарном круге.
По не очень понятным причинам в IX–X веках курганные погребения –

- полностью вытесняет захоронения в грунтовых могильниках.

Но тут тоже – никакой особенной смены ориентиров – курганная обрядность начиналась ещё у праго-корчакцев. По не очень понятным причинам. Сейчас эта обрядность победила. Возможно, местный языческий патриарх провёл церковную реформу…
То есть налицо тот редкий для нашей кипящей истории случай, когда одна культура эволюционировала в другую просто под влиянием экономического развития.
А может быть, в этом и дело? Я уже писал о том, что впервые за долгие века на эти лесостепные земли никто не вторгался ни с юга, ни с запада. Авары – не в счёт, с ними к VIII веку как-то сжились. Да и слабели они.
И народ просто зажил! И что характерно - лука-райковецкая культура получила распространение только в восточной части пражско-корчакского ареала! От верхнего течения Западного Буга до правобережья Киевского Поднепровья. Ещё бы! Там, на западе и юго-западе, бьются. Теряют и приобретают. Покоряют и покоряются. А здесь – живём, ребята! Кто же на ны? Когда нет тут никого, кроме ны…
А рост населения и экономики привёл к ещё одному закономерному явлению. Люди начали осваивать пространства, уже не слишком близко строя свои «соты» задружные. Расходятся по рекам, по поймам, расширяя свои пространства… и в то же время оставляя их между собой.
И вот мы сначала видим неравномерное распределение лука-райковецких памятников. А затем на месте различных областей концентрации памятников – появление различных племён.
Подметивший это В.В.Седов указывает в этой связи –

- четыре более или менее крупных региона концентрации памятников, отделенных друг от друга незаселенными лесными или болотистыми пространствами:
1) верховья рек Буга, Стыри и Горыни;
2) бассейны рек Тетерева и Ужа;
3) среднее течение Припяти (округа Турова);
4) киевское поречье Днепра с Ирпенью и устьем Десны.


И вот здесь мы уже стыкуемся с летописными нашими племенами:

Так, первый регион в общих чертах совпадает с областью волынян. Скопление памятников VIII–IX вв. в верховьях Ужа и Тетерева соответствует коренной территории древлян. Группа памятников VI–IX вв., сосредоточенная в той части Припятско-го Полесья, где позднее был основан племенной центр дреговичей – Туров, надежно связывается с ранними дреговичами. К полянам должен быть отнесен регион правобережной Киевщины.

Почему обособились? А потому, что между реками водоразделы, лесами густыми укрытые. Порядочному человеку там и делать нечего: пахать неудобно, воды из ручьёв не наносишься, а на каботажной лодке-однодеревке полноценный речной транспорт не разовьёшь. Да и не нужен он особо – что там продавать-то друг другу? Хлеба лишнего не бывает, мёд каждый сам добывает, серп на месте скуют. Разве что височные кольца для девок? О! Кстати, височные кольца.
Только ими тоже нет смысла торговать. У этих племён, прямых и непосредственных наследников славян, кольца практически одинаковые:

В курганах волынян, древлян, полян и дреговичей нередко встречаются эсоконечные кольца, которые… были характерны для славян раннесредневекового образования, вышедшего из пражско-корчакского культурного круга. В тех же курганах обычны и полутораоборотные височные кольца (сравнительно небольшие проволочные кольца, концы которых на пол-оборота, иногда несколько больше, заходят на кольцо так, что получается полутораоборотная спираль), которые следует рассматривать как этнографический маркер юго-западной группы восточных славян.


Впрочем, едины не только кольца:

Еще А. А. Спицын в работе, положившей начало археологии восточнославянских племен, писал о полном единстве элементов обрядности и вещевых инвентарей курганов IX–XII вв. этой группы племен. Действительно, этнографические черты женского убранства волынян, древлян, полян и дреговичей бесспорно общие. Для всех этих племен свойственны простота и скромность украшений, отсутствие шейных гривн, нагрудных привесок, малочисленность браслетов и перстней и малочисленность перстнеобразных височных колец общеславянского облика. Только крупнозернёные металлические бусы в составе шейных ожерелий выделяют дреговичей среди иных племен юго-западной группы.


Итак, вот мы и вышли на «подлинных» славян из списка «Повести временных лет». Чуть поподробнее об особенностях тех, кто в нём, поговорим в следующем обзоре.
Начнём с «банды четырёх», о ком речь шла только что.

Дреговичи
Название произошло от древнего слова «дрягва», «дрега» - болото. Племя обитало по реке Припять и севернее по днепровскому Правобережью до Западной Двины. Этноним, как считается, возник из «дрегва»(белорусск.- трясина в болоте; смоленское диалектное - болото, зыбун, трясина; украинск.-»дряговина»- болото; литовское - «dregnas»- сырой, влажный). Ну, это понятно: Полесье – земля болотистая. Племенным центром был позднее Туров.
Археология – практически та же , что у древлян, полян и волынян. Разве что в курганы часто клали крупные зернёные бусы.

Древляне
Их пространство - территория Полесья, бассейны рек Тетерев, Уж, Уборть и Ствига. Западная «граница» - по реке Случь, где начиналась земля волынян. Древляне былм восточными соседями волынян и западными – полян (если последние существовали).
Археологически – при всёй одинаковости лука-райковецких культур в целом – древляне отличаются тем, что на их курганах оставался тонкий слой пепла и угольков выше погребения. Есть часть погребений в бескурганных могильниках. В Х веке обряд сожжения сменился обрядом трупоположения – головой на запад. Это важно отметить, потому что чуть позднее мы увидим тот же обряд у культуры, которая нынешними археологией не признаётся вышедшей из пражско-корчакского «гнезда». Хотя летописец записывает её в славянские вместе с теми, кто из этого гнезда вышел.
Височные кольца - перстнеобразные височные кольца со сходящимися концами. Остальной инвентарь тоже подобен волынскому.

Волыняне
Жили на территории Волыни по обеим берегам Западного Буга и в истоках Припяти.

Поляне

Летописец наш русский в «Повести временных лет» именно полян вывел как «мужей смысленных», от которых, собственно, Русь и «стала есть». В смысле – началась. Он про них пишет Весьма Хвалебную Оду:

…а были те мужи мудры и смыслены, и назывались они полянами, от них поляне и доныне в Киеве…


Далее там про передовую мораль полян, потому что те перед снохами великую стыдливость имеют, а далее передаётся такой эпизод:

И наидоша я козаре, сѣдящая в лѣсѣхъ на горах, и ркоша козарѣ: «Платите намъ дань». Здумавше же поляне и вдаша от дыма мечь. И несоша козарѣ къ князю своему и къ старѣйшинамъ своим и рѣша имъ: «Се, налѣзохомъ дань нову». Они же рѣша имъ: «Откуду?», Они же рѣша имъ: «В лѣсѣ на горах, над рѣкою Днѣпрьскою». Они же ркоша: «Что суть вдалѣ?» Они же показаша мечь. И рѣша старцѣ козарьстии: «Не добра дань, княже! Мы доискахомся оружьемь одиноя страны, рѣкше саблями, а сихъ оружье обоюду остро, рекше мечи. Си имуть имати и на нас дань и на инѣхъ странахъ». Се же събысться все…


Какая круть! Хазары от Камы до Днепра всё контролируют, с самой Византией поваивают, арабов за Кавказ отбросили. А тут некакие старцы из леса показывают им меч (где, кстати, хоть один меч полянский – не знает о таких археология…) – и хазары немедленно сморщиваются, как лопнувший воздушный шарик. Нет, ну таких героев – только в родоначальники земли Русской!
Что постоянно и делается. В смысле – множество народу чуть ли не наперегонки именно полян записывают в «отцы» Земли Русской. Очень уважаемые люди, историки, публицисты, исследователи приписывают этому племени вообще создание Русского государства! Ой, нет! Даже больше! Недавно как раз прочитал что-то вроде: об этом народе слышали даже в Сирии, где было записано его имя hros. И дальше – обычный набор из мантр про народ «Рош», которым пугали пророки, про гигантских великанов, про героев штурма Константинополя и проч. И всё - поляне… Точнее, русы. Ибо поляне – русы и есть. У них рядом речка есть, Рось называется. И город у них – Киев. А город Киев, как известно, столица Руси. Значит, кто Русь создал?
Вот один из значительнейших исследователей этой темы А.Г.Кузьмин так и писал:

Поляне выступили инициаторами создания второго союза восточнославянских племен на среднем Днепре. Легенда, записанная в «Повести временных лет», рассказывает о полянском князе Кие, основателе Киева (по одной из версий, приблизительно 5-ый век н.э.). Поляне первые среди восточных славян стали использовать название «Русь».

Легенда эта о князе Кие вообще-то немного рассказывает:

Аще бы Кий перевозникъ былъ, той не бы ходилъ Царюграду, но сей Кий княжаше в роде своемъ.

Дополним её.
Славяне, конечно, на Царьград ходили. Но во главе всего лишь рода? Мягко говоря, отдаёт книжкой про Аэлиту. Когда два отважных космонавта на целой планете советскую власть устанавливают.
А значит, мог ходить Кий на Константинополь со своим родом только в составе большого войска. А в большое войско, которое штурмовало Царьград, могли набирать воинов из пражско-корчакского населения только авары. В 626 году.
Эпизод этот известен как по старославянским источникам XV-XVII веков, так и по древней грузинской рукописи 1042 года «Осада Константинополя скифами, кои суть русские». Восходят эти документы к византийской повести, написанной в VII веке очевидцем и современником событий Феодором Синкеллом.
Вот как это выглядело.
29 июня 626 года к стенам Константинополя подступил с войском аварский каган. Долгое время – месяц - авары стояли вокруг города, то ли кого-то ожидая, то ли серьёзно готовясь к штурму. Скорее всего, ожидая – напротив города, в Халкедоне, стояла союзная персидская армия. Но не на чем было её перевезти.
Наконец, к аварам подошли славяне – на лодках-однодеревках или, по-гречески, моноксилах. Подошли своеобразно – перетащили лодьи волоком, ибо в Босфоре стоял византийский флот.
Затем, 3 августа, отцы-командиры аварские то ли отправили славян к азиатскому берегу за персами, то ли приказали им атаковать город с моря, пока основная армия лезла на стены с суши. Но ничего хорошего из этого не вышло: подошёл греческий флот и всех перетопил. Выживших и выплывших мореманов-неудачников разозлённый каган приказал перебить. В назидание.
Так в этом походе Кий был?
Ну, ладно, допустим, что в других. В 551 или 585 годах, когда славяне Длинные Стены брали. Но это вопрос не главный.
Главный – в том, что нынешние историки вкупе с древним летописцем хотят внушить нам мысль о центральной, государствослагающей роли полян в генезисе Древней Руси.
А что - не так?
А вот что не так.
Хорошо, примем версию про полян, от которых пошла Русская земля, в качестве гипотезы.
Но куда деть остальных – северян, радимичесй, древлян, вятичей и десяток других племён? Точнее – куда они делись?
Их завоевали поляне? Вроде бы нет. Даже летопись до такого смелого утверждения не поднимается. Она говорит о «примучивших» всех вокруг русских князьях.
Может быть, славянские племена добровольно пришли под руку полян? Ага! – разорванный меж берёзками киевский князь и спалённый в отместку древлянский город Искоростень являются крайне яркими примерами несомненно братской любви. Конечно, это были уже русы и русский князь, а до них такой союз мог и существовать, скажет вдумчивый оппонент. Ну, ежели эти суровые древлянские мужики были сотворили такое с предводителем несомненно сильных русов, только что дважды ходивших на Царьград, - то с какой радости им идти под руку сидящих в традиционных славянских полуземлянках полян?
Возможно, славяне просто объединились в одно государство? Вот как северо-американские колонии Англии – собрались и проголосовали. Но что-то среди деятелей той эпохи ничего не слышно об аналоге Джефферсона. А во-вторых, -
- что могло объединить жителей Ладоги и, условно, Тирасполя? Какие такие общие цели и интересы? Каково должно было быть политическое содержание этого союза? Ведь союз всегда создаётся против кого-то. В некоторых случаях – даже против друг друга. Чтобы союзничеством обеспечить не превращение партнёра во врага.
С кем же воевали тогда славянские племена будущей Руси, чтобы хотеть такого союза? Ведь даже варягов ещё не было. Кроме тех случаев, когда славяне сами выжигают венедов, балтов или кривичей, - что-то ни о какой угрозе им, заставляющей объединиться в союз, археология нам не свидетельствует…
И, простите, отчего на учредительный съезд не прибыли вятичи, которых пришлось ещё примучивать до Х века, а князь Владимир Мономах и в XII веке ещё считал достойным гордости поступком пешее путешествие сквозь их земли? Им никто не угрожал? Ага! Особенно из соседней Степи. Хазары приезжали просто так: детишкам от своих детишек подарки передать…
Итак, никакого способа создания государства, принятого в те – да и наши – века, поляне не демонстрируют. Ни завоевания, ни привлечения, ни объединения под своею эгидой.
Да и кто они такие были, чтобы на это претендовать?
Нет, с одной стороны, почему бы и нет? Летописец – автор «Повести временных лет» про них пишет Весьма Хвалебную Оду:

…а были те мужи мудры и смыслены, и назывались они полянами, от них поляне и доныне в Киеве…


Поляне имеют обычай отцов своих кроткий и тихий, стыдливы перед снохами своими и сестрами, матерями и родителями; перед свекровями и деверями великую стыдливость имеют...

Золото, а не люди! Кроткие, тихие, стыдливые. Таким только государства и основывать! Рай будет на земле.
Одно пока неясно. Интересно, а что конкретно означает: быть стыдливым перед снохами? Матом не ругаться? Голым перед ними не ходить? В носу не ковыряться? А что такое – Великую Стыдливость иметь перед свекровями и деверями? Нет, тут уж точно – голой перед мужниным братом не шлёндрать. А перед свекровью? Ведь не про покорность мужниной матери речь – а про нечто, связываемое со стыдом.
Вот что нам говорит признанный мудрец – Спиноза – по этому поводу:

«Стыд есть неудовольствие, следующее за поступком, которого нам стыдно; стыдливость же есть страх или боязнь стыда, препятствующая человеку допустить что-либо постыдное. Стыдливости обыкновенно противополагается бесстыдство, которое на самом деле не составляет аффекта; но названия более показывают их словоупотребление, чем природу».

Что постыдного можно делать перед собственными родственниками?
С точки зрения истово верующего монаха той раннехристианской (каким был летописец) стыдливость была матерью добродетели: если ты не чувствуешь стыда, то делай, что хочешь. Правда, на том свете тебе за это воздастся. А значит, стыдливость – это, как говорят нам философы, -

- отказ от совершения порицаемого, воздержание от совершения чего-либо из страха перед последующим порицанием.


Иными словами, стыдливость равнозначна отказу от всего греховного и дурного.
А что такое греховное, летописец нам тоже расписал, не тая:

А Древляне живяху зверинымъ образомъ, живуще скотски и убиваху другъ друга и ядяхоу все нечисто, брака у нихъ не бываше, оумыкаху бо уводы девицы жены себе. А Радимичи и Вятичи и Северяне единъ обычай имуть, живяху в лесехъ, якоже и всякий зверь, ядоуще все нечисто, срамословие в нихъ предъ родители и племяни не стыдятся, брацы не бывахоу в нихъ, но игрища межи селы, и схожахоуся на игрища и на вся бесовьскаа плясаниа и тоу умыкааху себе жены, с неюже кто свечався, имяхуть же и по две и по три жены. И аще кто оумряше оу нихъ, и творяахоу трызну надъ нимъ и по семъ творяху кладоу великоу и возлежать на кладу мертвеца и сожгуть и, и посемъ, собравше кости, и вложать в судиноу малоу и поставляхоу на столпехъ на поутехъ, еже творять Вятичи и до сего дне. Сей же обычай имоуть и Кривичи и прочий погани, не ведуще закона Божиа, но творяще сами себе законъ.

Судя по этому списку, грех заключается в следующем:
а) жить скотски – что это означает, не разъясняется;
б) убивать друг друга – это понятно;
в) есть нечистое – верно говорят некоторые, что ранние христианские обычаи были во многом аналогом иудейских;
г) воровать девиц и уводить к себе – тоже понятно;
д) не иметь института брака;
е) срамословить перед родителями – таки да: стыдливость для летописца - чтобы матом не ругались;
ж) игрища между сёлами – ну, бесовство, конечно, нет бы молитовку сказать;
з) сжигать мертвецов – пометим себе, что этот обычай поляне в лице летописца отвергают;
и) не ведать закона Божьего и
к) творить его самим.
Пересчитайте, читатель. Не десять ли грехов получится?
Вроде бы сходится. Отсюда можно понять сразу несколько вещей. Не десять заповедей, а тоже очень важных.
Первое.
Поляне – те, кто явно утратил обычаи родового быта и заменил их на семейные. Глава рода в этом описании явно утратил функции владыки и начальника. Стесняются уже не его, стесняются, по меткому определению В.И.Ключевского, «домовладыку». Отца семейства. И стараются не нарушать уже новых, семейных правил и запретов.
Так, стеснительность перед снохами – это очевидный эвфемизм для пожелания (да, именно так, ибо пожелание это даже и в прошлом веке часто не исполнялось, пока большевики патриархальную деревню не искоренили, заменив колхозами)... Для пожелания, в общем, чтобы глава семейства не требовал от жён сыновей сожительствовать с собою. В общем, сноха неприкосновенна в идеальном обществе полян.
Аналогичным образом неприкосновенна жена брата. Если с ним что случится, её уже нельзя брать второй женою. Это уже стыдно.
Второе.
Поляне – те, кто не воюет родовым ополчением. Это – следствие пункта первого. Распад родового права в пользу семейного вызывает необходимость создания права общественного. Семьи должны как-то договариваться между собою по общим интересам. В условиях раннего средневековья такой «общественный договор» мог происходить только на основе воли и… воли некоей вооружённой верхушки. Сложившейся либо в процессе развития военной демократии в наследственную родовую, а затем и межродовую власть, либо в результате захвата власти внешней вооружённою же силою. А значит, у полян вместо ополчения общинников должна была существовать регулярная княжеская дружина. Что нам и пытается внушить летописец, вспоминая баснословного Кия:

Аще бы Кий перевозникъ былъ, той не бы ходилъ Царюграду, но сей Кий княжаше в роде своемъ.


Третье.
Поляне – те, кто не язычник. Они уже, как сказано в летописи же, не

Бяху же тогда погани, жроуще озеромъ и колодяземъ, рощениемъ, якоже и прочии погании.

Они не устраивают языческих игрищ, не сжигают мертвецов, не творят закона сами.
Четвёртое.
Поляне – те, кто соблюдает закон Божий. И как следствие из третьего – то есть они христиане. Причём соблюдают они закон истово: не едят запрещённой еды (и/или соблюдают посты), не срамословят, хоронят покойников в могилах, брак заключают официально – то есть через Церковь.
Пятое.
Собственно, вывод.
Полян не было.
Впрочем, не будем совсем неистовствовать. Скажем мягче: ТАКИХ полян не было.
Ибо не могли они быть христианами, коли Киев князь Владимир крестил лишь в 987 или 988 году. И не могли, следовательно, объединить славянские племена, коли те оставались язычниками ещё и во времена нашего христианнейшего летописца.
Не могли поляне обладать такой мощной княжеской дружиной, чтобы её силою объединять вокруг себя племена. Ибо нет археологических свидетельств ни наличия такой дружины, ни соответствующих захоронений.
Наконец, не могли поляне объединить страну вокруг своего княжеского домена, ибо при наличии такового летописец не пришпандоривал бы к рассказу полузабытую легенду о «боярах рюриковых» Аскольде и Дире, а знал имена собственных князей и историю о том, как они объединили Русь. А не знал бы истории – выдумал бы, как выдумал историю про Рюрика.
Но об этом – позже.
Хорошо, таких полян не было. А какие были?
И снова подмывает дать лапидарный ответ –
- а никаких не было!
Но мы попробуем этот ответ развернуть.
Строгая дама археология говорит нам, что ничем особенным поляне от других потомков «узких» славян, что жили на территории Руси, не отличались. Более того: невозможно даже определить границу их расселения – из-за полной идентичности захоронений с древлянами и волынянами. Лишь очень условно – по принципу «здесь их точно не могло быть» - землю полян определяют на Правобережье Днепра в пределах от Припяти на севере до Роси на юге.
Вообще-то и сам летописец отмечает:

Поляномъ же живоущимъ особь по горамъ


Какие горы около Киева? Вот эти вот холмы? Наверное, да. В эпизоде о якобы визите апостола Андрея на место будущей столицы Руси говорится:

И вниде въ оустье Днепрьское и поиде по Днепру горе и по приключаю же прииде и ста подъ горами при брезе. И заоутра въставъ и рече к соущимъ тоу с нимъ оученикомъ: «Видите ли горы сия, яко на сихъ горахъ восиаеть благодать Божиа и боудеть градъ великъ, и церкви многы имать Богъ воздвигнути». И вшедъ на горы тыа и благослови ихъ и постави крестъ и помолися Богу и сниде с горы, идеже есть ныне Киев.

На этих «горах» летописец великое племя полян и помещает:

Поляном же живущимъ о собе и владеющимъ роды своими, яже и до сее братии беаху Поляне, и живяху кождо на своихъ местехъ с родомъ своимъ. И быша три братиа: единому имя Кий, а дроугому Щокъ, третиему Хоривъ, а сестра ихъ Лыбядь. И живяше Кый на горе, где есть ныне оувозъ Боричевъ, и бе с родомъ своимъ. А братъ его Щокъ живяше на другой стране горе, где ныне зовется Щековица. А Хоривъ на третей горе, отъ негоже прозвася Хоривица. И тако сътвориша себе градокъ во имя брата своего старейшаго, якоже и бысть, и нарекоша имя ему градъ Киевъ. И бяше же около града лесъ и боръ великъ.

Так что, в общем, единственный известный нам источник по полянам – древняя русская летопись действительно отводит им куцее местечко на трёх холмах между лесом и речкою. Пусть чуть побольше – но на карте видно, что возможная территория возможных полян даже и не доходила на юге до реки Рось. Это всего лишь 70 километров. А на севере и северо-востоке по реке Тетерев уже сидели древляне. Это 50 километров. Так восславим же мощное племя, что объединило гигантские территориальные массивы древлян, дреговичей, полочан, словен новгородских... полностью уместившись сидя на трёх киевских горах и окружающих землях, равных по протяжённости расстоянию от Москвы до Можайска…
Не маловато то ли для «основы» русского народа получается? В то время как другие племена занимали территории, сравнимые с нынешними крупными областями – Новгородской, Житомирской, Гомельской, Витебской. Впрочем, что там – сравнимыми? Древлянские находки встречаются и на Волыни, кривичские – от Ростова до Ладоги, дреговичские по половине Белоруссии откапываются.
Полянских находок не встречается нигде. Даже там, где им место – на этом самом пятачке вокруг Киева, - полянской археологии нет. То, что есть, ничем не отличается от волынских, древлянских, дреговичских древностей и погребальных обрядов. Даже височные кольца те же - перстневидные с заходящими в полтора оборота концами.
Единственным наличием чего-либо собственно киевского являются трёхбусинные височные кольца. Но это уже типично городское женское украшение XII - середины XIII вв. То есть уже элемент древнерусской культуры. К тому же пришедший, скорее всего, из Ростово-Суздальской земли, где эти украшения получили сравнительно широкое распространение уже в XI в.
Добавим ещё: выдающийся исследователь А.А.Спицын, положивший, как про него справедливо говорят, начало археологии восточнославянских племен, писал о полном единстве элементов обрядности и вещевых инвентарей курганов этой группы племён даже в IX–XII веках (!):

Для всех этих племен свойственны простота и скромность украшений, отсутствие шейных гривн, нагрудных привесок, малочисленность браслетов и перстней и малочисленность перстнеобразных височных колец общеславянского облика. Только крупнозерненые металлические бусы в составе шейных ожерелий выделяют дреговичей среди иных племен юго-западной группы.

А Киев? - вмешается оппонирующий читатель! Зря, что ли, он мать городов русских? Вот он, искомый ваш княжеский центр, святилище и место, где есть яркие находки.
Всё верно. Маленькая проблема только в одном.
Киева не было.
В искомое время. Княжеский центр, государственный пантеон, яркие находки – это всё было. Только сильно позже. А вплоть до Х века на месте будущей столицы существовало лишь несколько маленьких, как эта проблема, посёлочков. Даже не городского типа.
Исследователь киевских археологических памятников М.К.Каргер отмечает, что в соответствии с легендой о трёх братьях существовали на территории города несколько (не менее трёх) «самостоятельных поселений VIII-X вв.». Эти самостоятельные поселения лишь в конце X в. объединились в один город. И тогда-то это ещё тоже никак не тянет на столицу могучего союза племён:

Археологические наблюдения подтверждают представление о небольших размерах первоначального города. Об этом свидетельствуют остатки древнего рва поблизости от Десятинной церкви. Этот ров и предполагаемый земляной вал ограждали Киев VIII-IX вв.
В этом же районе были обнаружены плохо сохранившиеся землянки того же времени.


При этом эти поселения не имели ещё будущего прибрежного квартала - «Подола», и -

- рост города как центра торговли и ремесла целиком падает на позднейшее время и только начинается в IX-X вв.

То есть уже при русах, после захвата Киева князем Олегом.
Так в какой из землянок какого из «Киевов» сидел вождь такого могучего племени, что заставило другие племена объединиться вокруг себя в союз… Или убедило? Один чёрт: чтобы заставить, надо воевать, чтобы убедить, надо покупать. И для того, и для другого надо иметь мощные свободные денежные и материальные активы. Следы которых не могла бы не показать нам археология.
И самый главный вопрос, на который нет ответа: а был ли мальчик? Существовали ли вообще эти объединители? Знает кто-нибудь из современников сильномогучее племя полян? Вот если убрать то, что о них написано в «Повести временных лет» - что от них останется? Представим, что нет ПВЛ, сожгли её татары! Не дошла она до нас. Давайте поищем полян… - найдём?
Найдём кривичей – хотя бы в латышском языке. Найдём волынян – у арабов. Найдём даже несчастных дулебов – у чехов и тех же арабов. Множество названий племён найдём в византийских и европейских источниках – даже дреговичей, только почему-то в Болгарии.
А полян не найдём. Даже там, где без них, казалось бы, и обойтись невозможно.
Вот, например, важнейший источник - труд византийского императора Константина Багрянородного «Об управлении империей». Писал он его своему сыну-наследнику, и представляет эта работа что-то среднее между конспектом сведений о происходящем вокруг Империи и окружающих народах и – инструкцией по правильному применению этих знаний в интересах государства. То есть это не дурашливые арабы, сдувающие друг у друга баснословные байки о дальних народах. Серьёзный государственный муж делает наставление будущему императору.
Вот что он пишет:

[Да будет известно], что приходящие из внешней Росии в Константинополь моноксилы являются одни из Немогарда, в котором сидел Сфендослав, сын Ингора, архонта Росии[10], а другие из крепости Милиниски из Телиуцы, Чернигоги и из Вусеграда. Итак, все они спускаются рекою Днепр и сходятся в крепости Киоава, называемой Самватас. Славяне же, их пактиоты, а именно: кривитеины, лендзанины и прочие Славинии - рубят в своих горах моноксилы во время зимы и, снарядив их, с наступлением весны, когда растает лед, вводят в находящиеся по соседству водоемы.

Зимний же и суровый образ жизни тех самых росов таков. Когда наступит ноябрь месяц, тотчас их архонты выходят со всеми росами из Киава и отправляются в полюдия, что именуется «кружением», а именно - в Славинии вервианов, другувитов, кривичей, севериев и прочих славян, которые являются пактиотами росов.

Итак, мы видим список Славиний:

Кривитеины
Лендзанины
Вервианы
Другувиты
Кривичи
Северии

Что сразу обращает на себя внимание? Кривичи упомянуты дважды, да к тому же по-разному. Какие-то вервианы, по поводу которых, впрочем, в науке мнение сформировалось единое: это древляне, просто ошибочно записанные, буковки перепутаны. Другувиты и северии понятны – северяне и дреговичи.
Кого нет?
Их – злосчастных «мужей мудрых и смысленных». Почему-то без них обошёлся император. Что, скажем прямо, странно: Киев есть, а его население куда-то делось.
Зато есть некие лендзанины. то за звери такие? Нет о них нигде упоминаний!
Или есть?
Есть.
Например, в «Баварском географе», который мы здесь уже анализировали, указано практически полное соответствие имени, названному византийским императором: Lendizi!
Кто же это такие? Да и затылок чесать не надо: древнее славянское добавьте гнусавленье в звуке, описываемом буквою «н» и получите – ляньдзи, лядьзи!
А это откуда? Этимология утверждает: общеславянское led- означает «необработанное поле». Что возводится к древне-индийскому (все мы где-то индоевропейцы) rЎdhati – «расти». И во многих индоевропейских языках «люди» и/или «народ» выходят из этого корня. Те же немцы людей называют «Leute» - от древне-верхне-немецкого liut – «народ». И идёт это даже не с индоевропейской древности – а с древности забытого уже нами товарища Гы. Ведь первое разделение на охотников и земледельцев было ещё наверняка у неандертальских людей. Пусть они землю ещё не пахали, - но уж собирательство было точно. Тем более это разделение всегда было актуально у нашего, кроманьонского человечества.
Одним словом, дихотомия: пахарь – охотник. Земледелец – ловец. Раститель – добытчик.
А с увеличением экономического веса «растителей» всё больший вес приобретало и их, так сказать, обозначение в обществе. Так что «люди» - это было вполне почётное звание. Как, например, у не доживших до наших дней бургундов - leudis «свободный муж (человек)».
И в этом нашем случае с Константином Багрянородным и неожиданно стакнувшимся с ним автором «Баварского географа» lendizi – это те, кто выращивает, работает на земле, на необработанном поле. Или, языком ПВЛ (вернём её) –

- полем же жившемъ ѡсобѣ и володѣющемъ … и до сеє братьѣ бѧху Полѧне

Вот и получается, что эти лензяне – старые наши братки поляне! Которых, как мы помним, нет ни в одном источнике, кроме ПВЛ. Но зато именно в ПВЛ они и выводятся из Польши, от ляхов. То есть – из той же локализации, куда их помещает «Баварский географ» .
И получается, что поляне – это просто лензяне в переводе на русский!
А что значит – в переводе? И на русский? Разве поле – не славянское слово?
Да в том-то, оказывается, и дело, что – нет! Не славянское! Или, точнее, славянское тоже, но из общего индоевропейского запаса. И если бы полян ещё кто-нибудь знал, кроме нашего летописца, то не стоило бы и огород городить. Но у нас вместо полян объективно имеются лендзяне. А это – пактиоты русов. А русы, как будет доказано во второй книге, говорили на древнескандинавском языке.
И потому возможным становится выводить этот этноним и из древнесеверного fol-d – «земля, равнина, пустошь». То есть слово у нас получается русское – из того же семейства, что и названия днепровских порогов. Более того: получается гораздо более точное соответствие понятий – «необработанное поле» = «пустошь». Просто поле (и, следовательно, поляне) – это всё же уже другое понятие. Подразумевающее обработанность.
Таким образом, «поляне» - это то, как русы могли назвать происходящую от славян часть местного населения, именующего себя ляндзи-ляхи и ставшего их пактиотами. И уж затем сами лендзяне стали себя так называть. Жалко, что ли! – всё равно слово понятное, общеславянское тож…
А теперь сведём кончики этого рассуждения.
Полян, кроме позднейшего летописца, никто не знает. Зато есть у нас пражско-корчакская культура. Cохраняя единый материально-культурный фундамент, но обособляясь по ландшафту, носители этой культуры утрачивают этническую идентификацию друг с другом. И называли себя по-разному. Кто «лесовиком», кто – «болотником». А кто сохранял и прежнее имя – люди, пахари. И если близко друг от друга не сидели, то в разных частях пражско-корчакско-лука-райковецкой общности названия эти не конкурировали. И жители уголка культурного ареала, настолько от всех далёкого, что неизвестно даже, кто их повоевал на днях, даже имени собственного не имели. И звали себя так же, как их далёкие родичи где-то на Висле.
А потом пришли русы и спросили: «Вы кто, люди?»
«Пше прошам пана?»
«Пше… Есте вы кто?»
«Люндзи, кто есче! Поля тут пашем».
«Понятно. А мы тут у вас столицу организуем. Вы как?»
«Да вроде и не против. Вон у вас мечи какие».
«Отлично! Парни! Значит с этими ребятами, которые по-нашему зовутся «жителями полей», договаривайтесь о харчах и постое…»

Tags: Откуда взялись русские
Subscribe

  • Русские среди славян

    3.3. Но и их – встраивали! Уже известный нам Торольв из "Саги об Эгиле" – не совсем "транзитник". Он – сборщик дани от имени своего конунга. Но…

  • Русские среди славян

    3.2. Как налаживаются контакты… Конечно, команда среднего норманнского корабля была в состоянии захватить любую местную деревеньку, а то и городище.…

  • Русские среди славян

    А с будущей челядью как быть? Нет, безусловно, за девками с парнями, положим, поохотиться можно. И даже с успехом. Если неожиданно и изгоном.…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments