Александр Пересвет (a_pereswet) wrote,
Александр Пересвет
a_pereswet

Окончание саги

Не настоящие славяне

Тут нам придётся исправить несправедливость нашего первого летописца. Точнее, говорить об «исправлении» пока рано. Но посмотреть, так ли не вписываются в «славянский язык» другие племена, что жили на Руси, нужно. Может, они и впрямь – не славянские?

Кривичи
Начнём с кривичей – коль скоро мы о них так много говорили. Правда, как раз потому, что уже много говорили, добавить про них остаётся относительно немного.
Их территорией стала огромная область - верховья Волги, Днепра и Западной Двины, южная часть Валдая, часть бассейна Волхова и часть бассейна Немана. По нынешней географии это вся северо-восточная Белоруссия, Псковская, Смоленская, часть Московской, часть Тверской, часть Новгородской и часть Петербургской областей. По сути, всё сердце Руси – не славянское! Славянское там – ниже пояса, то есть ниже Припяти. А здесь – кривичское. Ну, не считая словен новгородских.
Впрочем, словене – уже позднейшие насельники. И, судя по Ладоге и Любше, - насильники. Период же освоения народом длинных курганов главного ареала кривичей – Псковского региона (точнее, древнейшие длинные курганы найдены в бассейне реки Великой, озера Псковского и в верховьях Ловати) – относится к VI – VIII векам, на двести лет раньше славянской интервенции.
Кто был тем европейским предком кривичей в регионе провинциально-римских культур, сказать, видимо, невозможно. Если словене вышли точно с запада, из Чехии или Германии, то начальным пунктом кривичей иногда называют и Прикарпатье. Что не противоречит – связанные с Империей культуры там возникали с завидной регулярностью.
Двинулись кривичи где-то в VI веке. Не исключено, что под давлением славян – не словен! – что как раз в эту пору обтекали Карпаты как раз в направлении Византии.
Считается, что кем бы ни были предки кривичей, над их окончательным обликом немало потрудились местные финно-угорские и балтские племена. Точнее, трудились-то больше всего наверняка как раз кривичские мужчины, но результатом всё равно стала метисация. Тем более, что, судя по раскопкам в Пскове и Изборске, большой крови меж переселенцами и местными не случилось – они просто селились рядом:

В VIII-IX вв. в Нижнем Повеличье, заселённом в это время по преимуществу автохтонным прибалтийско-финским населением (в языковом отношении родственным предкам современных эстонцев), одновременно существовали два крупных несельскохозяйственных поселения. Одно из них - Псковское городище - являлось племенным центром автохтонов, а другое - Труворово городище - представляло собой внеплеменное торгово-ремесленное поселение, основанное группой славянских переселенцев.

Труворово городище – то, что впоследствии стало Изборском. Об обороне, однако, там тоже заботились: с двух сторон городище было защищено почти отвесными склонами обрывов, а там, где проход к городу был возможен – с напольной стороны - был сооружен немаленький дугообразный вал шириной до 10 метров. При этом сам городок не так чтобы уж очень велик был: его размеры составляли 7- на 90 метров.
Отличительными археологическими признаками кривичей являются длинные курганы - валообразные насыпи, где складировали покойников друг подле друга. Кремированных. Височные кольца – характерные браслетообразные. При всём влиянии финнов и балтов инвентарь, характерный для всех кривичей, явно относится к пражско-корчакской культуре. От неё же ведут своё начало и жилища - небольшие наземные срубные дома размерами 4 х 4 м. Печи также имеют свои прототипы в регионе верхнего течения Вислы..
В начале VIII века единое дотоле племя кривичей разделяется на две культуры. Почему – неведомо. Но с этой поры начинается отсчёт смоленско-полоцкой их группы.
Можно, впрочем, предполагать, что какую-то роль в этом разделении сыграли реликты венедов. Во всяком случае, ритуал трупосожжения на кургане, когда остатки пепла рассыпались по его поверхности, напоминает о тушемлинцах. Можно поспекулировать на тему того, что кривичей «разорвало» влияние разных культур. Возможно, те, кто более тесно контачил с венедами, вёл от них линию своих предков, не очень одобряли всё большую «финнизацию» псковских кривичей. Но это именно спекуляция, ибо следов таких «национальных» разногласий, естественно, найти через археологию мы не можем. Разве что принять во внимание –

- проволочные биэсовидные украшения, полусферические бляхи, металлические трапециевидные и грибовидные привески, привески в виде птичек, -


- что характерны для смоленско-полоцких кривичей, но имеют –

- многочисленные аналогии в балтских древностях более западных территорий.

То есть одни пошли в «финнщину», а другие – в «балтщину»…
Впрочем, височные кольца оставались едиными, браслетообразными –

- браслетообразные височные кольца с завязанными концами ... были этноопределяющими для смоленско-полоцких кривичей.

С кривичами, однако, тоже что-то происходит. В IX веке они начинают отказываться от прежнего обряда погребения, и после этого времени захоронений в длинных курганах не найдено. Объяснения этому у меня нет. Даже не спишешь на христианизацию – не пришёл тогда ещё её срок. Разве что остаётся предположить очень быструю ассимиляцию кривичей словенами и другими славянами. Ибо –

- в IX веке в области расселения смоленско-полоцких кривичей длинные курганы сменяются круглыми (полусферическими), по внешнему виду не отличимыми от синхронных насыпей других восточно-славянских земель.

Слабоват оказался корень у кривичей? Или просто отжил своё этнос, тихонько ушёл на покой, растворившись в новом, которому вскоре доведётся стать древнерусским?
Не знаю…

Вятичи
Очень похожа на роменскую боршевская культура. Но её специалисты относят уже к племени вятичей. Как принято у историков – не все. Но все признают, что культура вятичей по любому похожа и на роменскую, и на боршевсную.
Очень интересное племя, надо сказать! Наверное, самое независимое из всех, что сложились в русский этнос впоследствии. Покорить их удалось только Святославу, но ещё и сын его Владимир ходил на них войною, возвращать завоевания отца. Но даже в XII веке, как я уже говорил, великий князь русский Владимир Мономах с гордостью перечислял своим детям предпринятые им путешествия через земли вятичей. А поход в их землю на их племенного князя Ходоту и его сына называл в числе крупнейших своих военных предприятий.
Видно, было чем гордиться…
Первоначальный ареал - верхнее течение Оки и её притоков Зуши и Упы вплоть до впадению в Оку реки Проня. Затем, судя по распределению находок, границы вятичей стали выглядеть так:

На западе они соседили с северянами, радимичами и кривичами. Эта граница шла по водоразделу Оки и Десны. В бассейнах Жиздры и Угры выделяется пограничная полоса шириной 10-30 км, где вятичские курганы сосуществовали с кривичскими. Эта
полоса проходила по верховьям Жиздры и по притокам Угры - Болве, Рессе и Снопоти. Далее вятичская граница подымалась до верховьев Москвы-реки, а потом поворачивала на восток к верховьям Клязьмы. Вятичам полностью принадлежало правобережье р.Москвы. Частично они заходили и на левый берег на 10-50 км севернее, но здесь вместе с вятичскими курганами встречаются и кривичские. Примерно около впадения учи в Клязьму вятичская граница поворачивала на юго-восток и шла сначала по левобережью Москвы, а потом - Оки. Наиболее восточным пунктом с вятичскими височными кольцами является Переяславль-Рязанский. Отсюда юго-восточная граница шла к верховьям Оки, захватывая бассейн Прони, но не достигая бассейна Дона. Бассейн верхнего течения Оки был целиком вятичским.


Всю эту территорию, впрочем, вятичи освоили только к концу XIII века.
Височные кольца у них семилопастные, и это считается именно их этнографическим признаком. При этом на кольцах явно не экономили. Они найдены в сотнях женских погребений - от двух до семи в одной могиле.
Полагают, что в основе вятичских височных колец лежат семилучевые кольца раннего облика из южной части восточнославянских регионов. Далее они эволюционировали, испытывая восточное влияние.
Я уже говорил, что вятичи – загадочное племя? Напомню, что русский летописец «приводит» их вместе с радимичами «от Ляхов». На самом деле никакого западнославянского элемента в вятичских древностях не наблюдается. Потому если бы эта фраза была написана про словен или кривичей, все вздохнули бы с облегчением. Но с вятичами все только пожимают плечами.
Между тем, какой-то приход нового населения в область будущих вятичей явно был. Их культура действительно формируется здесь с VIII века и действительно несёт в себе явные признаки лука-райковецкой и роменско-боршевской идеологий. Но в то же время она не похожа ни на что, кроме самой себя. И… -
- киевской.
Точнее, посткиевской.
Снова вспомним погребения. Курганы. Кремация на стороне. Помещение пепла и кальцинированных костей на курганах в глиняных сосудах-урнах.
Кстати, в более поздних курганах пепел помещали –

- в домовины, сложенные из дерева, срубные или столбовые.

Те самые «столпы» автора «Повести временных лет»? Да, только, конечно, выглядело это не так глупо, как он описывал. Всё же эти камеры-домовины находились внутри кургана, где и сгорали.
Нет, виден киевский корень, виден! А уж что на эту венедскую основу наслоилось затем некое пришлое населения – в небольшом, чувствуется, количестве – так это нормально для времён славянской экспансии на Русь. Даже, кстати, и это «от ляхов» можно принять. Если от тех «ляхов», от коих «лендзанины-лендзяне-»поляне», - то вот вам и полное объяснение лука-райковецким элементам в вятичской материальной культуре.
Интересный обычай был у этих людей:

Мелкие земледельческие деревни вятичей часто носили временный характер и переносились на другие места по мере истощения небольших подсечных пашен.

То же самое, что делалось у венедов! Да, собственно, не могло не делаться, диктуемое климатом и уровнем сельскохозяйственной технологии. Но это не помешало, однако, более развитым, «подготовленным» в Европе культурам словен и кривичей на тех же венедских землях (и севернее ! и болотистее!) устроить более или менее осёдлый быт. А что заставляло вятичей в куда более благоприятных условиях брянских, рязанских, калужских земель заниматься подсекой? Не обычаи ли отцов? Те же, что заставляли их так долго сопротивляться попыткам втянуть их в Русское государство?

Радимичи
Вятичам близки радимичи. И по месту в летописи, и по географии, и по культуре.
Их территория - земли, лежащие в восточной части верхнего Поднепровья, по реке Сож и её притокам. Эта география хорошо представима по расположению позднейших радимичских городов - Гомий (Гомель) и Чичерск на Соже, Вщиж на Десне, Воробеин, Ропейск (Пропошеск), Стародуб и др. То есть стык Брянской области с Белоруссией и Украиной – место, где и сегодня этнографы неровно дышат, забираясь в глухие лесные деревушки.
Есть у них своя археологическая особенность, у радимичей. При нормативном славянском трупосожжении у кургана, они своих мёртвых кремировали на месте, прямо на основании насыпи.
Височные кольца родственным вятичским, но всё же специфичные чисто для радимичей - семилучевые подвески из бронзы или серебра. Щитки у них гладкие или орнаментированные дугообразными полосками. Интересно, что более ранние височные кольца, IX-X веков, украшены богаче, чем поздние. В XI-XII веках эти кольца часто вовсе без узоров.

Тиверцы
Это племя занимало территорию между Днестром, Прутом и Дунаем, а на юге доходило до Чёрного моря. При такой географии они очень требовательно просятся в потомки антов. Хотя с тем же успехом могут быть и потомками славян – тех самых, что вместе с антами осваивали будущую Румынию.
Как считают историки, -

- тиверцы в VI веке уже прочно владели Приднестровьем и отчасти Прибужьем.

Летописец это подтверждает:

уличи, тиверци сѣдяху по Бугу и по Днѣпру, и присѣдяху къ Дунаеви. И бѣ множество ихъ, сѣдяху бо по Бугу и по Днепру оли до моря, и суть городы ихъ и до сего дне, да то ся зовяху от Грѣкъ Великая скуфь.


Утверждается, что –

- греческий город Тира стал центром тиверско-уличской округи и получил имя Белгорода (Днестровского).

Кроме того, -

- в междуречье Днестра и Прута сохранились остатки нескольких групп славянских поселений и городищ (Алчедар, Екимауцы и др.), которые связываются археологами с летописными тиверцами: «за деревянным тыном и земляными валами их поселений обычно располагались небольшие полуземляночного типа жилища с глинобитными стенами, служившие также и мастерскими ремесленников: кузнецов, гончаров, оружейников, ювелиров.

Алчедарское городище - город Чёрн - был покинут славянами в XII веке.
При этом интересно, однако, что собственно тиверских черт в таком важном обряде как погребение археология не выделяет. Тела кремировались на стороне, а пепел хоронился в глиняных урнах.
Но в истории, в летописи тиверцы остались именно отдельным племенем и упоминаются в качестве толмачей-переводчиков во время похода князя Олега на Царьград.
Более про них ничего не известно.

Уличи
Иначе их зовут угличами и, если считать, что «Баварский географ» говорил именно о них, - унличами. Что вполне вероятно, ибо эта гнусавая славянская «н» могла одними приниматься как отдельный звук, а другими – нет.
«Баварский географ» же упоминает об их многочисленности –

- Unlizi populus multus civitates

Уличи жили когда-то «по Днепру вниз». Одна из древнейших, Первая Новгородская летопись уточняет:

И беша седяще уличи по Днепру вънизъ, и по семь преидоша межю Бъгъ и Дънестръ, и седоша тамо.


Некоторые исследователи считают, что они населяли область между реками Орель, Днепр и Самара. Это и есть в их понимании тот «Угол», от которого пошло название уличей-угличей-уголичей. Не знаю. Более убедительным кажется происхождение от «улучье» - излучина, изгиб. И тогда у нас без трения укладывается и излучина Днепра, и излучина Южного Буга, и лиманы у их устьев, и изгиб берега Чёрного моря, называемый Лукоморьем. И незлобивый, но слабовольный дедушка с золотою рыбкою был у нас, как оказывается, тоже уличем.
Во всяком случае уличи – потомки пеньковцев очевидные. И наличие среди них нескольких племён становится очевидно объяснимым. Так же, как понятно деление на племена славян лука-райковецкой культуры. Всё дело опять в реках и их водоразделах. Если вспомнить карту расселения пеньковцев, то сразу видно, как они облепляли реки и как мало они селились между ними. При тогдашних средствах коммуникации и отсутствии объединяющего всех телевидения, вскоре группы одной культуры неизбежно должны были обособляться. И вот мы и застаём по днепровскому «улучью» уличей, по Бугу – бужан (условно, ибо в таком случае они выпадают из списка «славянских языков»), по Днестру – тиверцев.
Подтверждение этой мысли находим у В.В.Седова, прямо указывающего, что –

- в ареале пеньковской культуры по географическим мотивам вычленяются следующие локальные группы: верхнеднестровская, средне-днестровская, южнобужская, днепровско-тясминская и днепровско-орельская, которые отделены друг от друга более или менее широкими незаселенными территориями.

Конечно, это похоже на «мы пахали», но мы оба с академиком приходим к одному и тому же выводу:

Среднеднестровский регион их координируется с тиверцами, южнобужский – предположительно с бужанами, днепровско-тясминский и днепровско-орельский – с ранними уличами.

К верхнеднепровской группировке Седов относит уже хорватов, о которых речь впереди.
Возможно, поэтому уличи долго не давались славянам, как бы зашедшим на них с севера под водительством русов, - что чувствовали себя продолжателями традиций прежней антской независимости. Потом воевали и с русами. Кажется, были даже союзниками хазар. Во всяком случае, покоряли их и Олег Вещий, и Игорь, и Святослав Игоревич и воевода Свенельд.
Главным их городом считается Пересечен (современное село Пересечина под Кишинёвом). Он был завоёван и освоен русами только в 940-950 годах (три года Свенельд его осаждал, но взять не мог). Впрочем, скоро вошли в силу печенеги, и эта победа во многом обессмыслилась. В состав Руси уличи так и не вошли. Нет, в принципе, город Пересечен ещё включался в список древнерусских городов XIV века – но сколь-нибудь заметной роли в политических процессах уличи уже никогда не играли.
Археология уличей, несмотря на вроде бы видимую из источников мощь, не ясна. В Поросье по реке Тясмин раскопаны поселения вроде бы их. Картина – типично пеньковская –

- посёлки с 5-6 полуземлянками с печками-каменками, лепной керамикой.


Могильники этого племени той поры неизвестны.
Интересно, что у уличей и тиверцев отсутствуют височные кольца. Что опять-таки отдаляет их от славян и сближает с антами-пеньковцами.

Хорваты
Хорваты – последнее племя, упоминавшееся в ПВЛ. Потому что вот из этого списка –

- а се ти же словѣне: хорвати бѣлии, серпь и хорутане –


- на территории Руси фиксируются только хорваты.
Нет оснований считать, что они не являлись частью большого народа, который и по сей день населяет Хорватию. Просто во время прежних дославянских и праславянских миграций части его, как всегда и у всех отделялись, оставались в полюбившихся местах или вообще уходили от основного потока в края дальние. ь его часть которого до сих пор сохранилась в Хорватии.
Кое-кто, впрочем, считает их не очень славянами. А скорее иранцами. Или племенем из времён –

- разъединения индо-иранцев и праславян.

Опираются эти построения, по сути, лишь на одно соображение: наименование племени не славянское, зато находит много аналогов в иранских языках.
Ну и что?
Мы уже видели: никакой особенной археологии под «ирано-славянских» симбиотов нет. Зато наличие височных колец у хорватов - перстнеобразных с заходящими концами – доказывает их вполне славянское самосознание.
Нет под это дело и генетики – практически не присутствует группа G3 в хромосомах славянских народов. И у хорватов, в частности.
Считается, что центром хорватов был город Краков. Именно оттуда они переместились в Далмацию, спасаясь от авар. Ну, а часть – как сказано выше, такая часть находится всегда – осталась на месте. И с Верхнего Днестра их вытеснили (точнее, ассимилировали) уже тиверцы. Которых самих очень круто прижали печенеги.

ФАЦИТ: VIII - XI вв. Пражско-корчакская культура на территории будущей Руси плавно перетекает в лука-райковецкую. А та уже переходит собственно в древнерусскую. Исторический путь носителей гаплогруппы R1a1 через ряд наследовавших друг другу культур вышел к русскому этносу.


Заключение

Итак, первая часть нашего расследования завершается. Происходение славян более или менее прояснилось. Суммирукем.
Всерьёз о начале цивилизации в Европе можно говорить, начиная с рубежа 3-4 тысячелетий до н.э., когда скотоводство стало приносить годный к отчуждению избыточный продукт. В результате появились войны в их экономическом понимании, материальное и, следовательно, социальное неравенство. Таким образом, значительные группы людей оказались связанными совместным отношением к собственности и необходимости её защиты. Что влекло за собой необходимость создания некой надобщественной организации. В сочетании с борьбой за пастбища это привело к разделению этих групп по комплиментарному/антикомплиментарному признаку. А это, в свою очередь, предопределило возникновение племен. (Конечно же, это не означает, что племена возникали вокруг стад; они вырастали, конечно же, из тех групп первобытных охотников, которые и до того сидели, образно говоря, вокруг одного костра. Но именно пра-национальное деление, как представляется, складывалось вышеописанным образом).
В первой половине минус 2-го тысячелетия происходило ещё брожение, когда расселявшиеся племена не образовывали стойких общностей. Да и сами еще были аморфны и легко перетекали одно в другое. Это – очень важно: ибо традиция эта не закончила свое существование и к моменту окончания расселения (зафиксированного образованием преимущественно земледельческой культуры курганных могил) примерно в минус XV веке. Постоянные примеры легкости смены самоидентификации мы видим и впоследствии. Когда массы отдельных культур быстро слеплялись в одну суперкультуру (например, кельтскую), а суперкультуры относительно просто распадались снова на отдельные – уже другие, не первоначальные! А те, в свою очередь, как стекляшки в калейдоскопе, запросто способны были образовать новый суперкультурный узор.
В этом, в частности, объяснение почти всех современных недоумений и споров по этногенезу. Это нам сегодня представляется, что та или иная культура – данность, законченная в себе. Предки же к этому относились куда легче. Сильный завоеватель почти всегда означал для «своих» сильного защитника. И покорённые «стекляшки» подчас чуть ли не с восторгом образовывали новый узор, создавая круг новой надплеменной общности. А нынешние историки извергают тонны слюны, споря, например, об этнической принадлежности многоэтничной черняховской культуры.
Думаю, уже понятно, к чему я веду. Славяне, говоря экстремистски, вовсе не имеют этногенеза! Это мультисоставная культура, узор, мгновенно образованный прилипшими друг к другу стекляшками. Отсюда – и объяснение неожиданности появления славян на исторической арене, и их быстрой распространенности, и их военным успехам. Естественно, пражско-корчакские обитатели тесных землянок не могли покорить Империю. А вот вкупе с другими племенами, принявшими их дело, цели и общее имя, - могли. И сделали.
Собственно, возвращаясь к началу, таким же образом возникали и другие известные этносы – кельты, италики, германцы. Просто славянский «калейдоскоп» сложился, можно сказать, у всех на глазах, в письменное, историческое время. Потому их и не фиксировали раньше – ибо фиксировали всяческих «венедов», «скирров», «хирров», «певкинов», «спалов» и т.д. А потом картонная трубка истории повернулась – и эти или другие племена, или части их составили новый этнический узор.
Не случайно нынешние исследователи соглашаются в том, что не было единого протославянского языка. Они говорят лишь о некоторой изоглоссной области, о некоем континууме диалектов, которые, оказавшись в нём, лишь развивались по неким общим правилам. И то – с оговорками. В эту изоглоссную область различные диалекты могли входить не одновременно.
А могли и выходить. Полагают, например, что древнепрусский язык, языки ятвягов и голяди первоначально входили в протославянскую изоглоссную область, но позже, оторвавшись от неё, примкнули к балтийской (летто-литовской). В свою очередь, летто-литовская, вероятно, в какой-то период примыкала к прагерманской изоглоссной области, оторвавшись от неё, примкнула к балтославянской. И была до новых встреч с германскими языками эпицентром иррадиации некоторых германо-общебалтских тенденций.
Таким образом, в предки славян, в прото-славяне, можно записать половину этносов Европы. В то же время по языковым данным первоначальное ядро тех, кто впоследствии «поделился» с другими стекляшками своей культурой и грамматикой (иначе говоря, ядро нового этноса) выделилось из индоевропейской общности около 4000-3500 лет назад. И проживало в зоне лиственных лесов и лесостепи, где были поляны, озера, болота, но не было моря; где были холмы, овраги, но не было высоких гор.
В конце концов, именно из них и вышли мы, русские. Группа R1a обрела непрерывную историческую связь между африканским товарищем Гы, предком всех людей, и нами, которые живут сегодня в этом прекрасном мире и этой прекрасной стране под названием Россия. Выяснилось, что мы не зря поём в хорошей песне, которая напрасно не стала гимном новой России:

Нам нет преград ни в море, ни на суше,
Нам не страшны ни льды, ни облака!


Льды мы пережили. Да не просто пережили, а хозяйственно, рачительно использовали, питаясь тем животным миром, который нагуливал себе бока в условиях тундры.
Наводнения мы пережили. Опять же с пользой для себя – распространили индоевропейство так широко, что теперь и прародину ищем, отыскать не можем.
Засухи мы тоже пережили. Повоевать пришлось, не без того. Зато Европу освоили. И в историю вошли. И в Библию.
И горы были не помеха. Прошлись и по горам, затем спустились в Индию и создали там роскошную цивилизацию.
Побеждали всех великих завоевателей, кто только осмеливался к нам заходить. Дария Персидского. Македонцев. Римляне не заходили. Гунны, готы – где они теперь? Перемогли и их. Татаро-монголов перемогли. Карла шведского победили. Наполеона. Гитлера.
А какие облака могут быть страшны нам, первым вышедшим в космос?
И вот ведь начинал я эту работу как скептик. «Казань брал, Астрахань брал…» Какие хетты? Какие арии? Раз ты, сегодняшний житель своей страны, представитель своего народа, не чувствуешь своей непосредственной, прямой связи с хеттами или скифами – то на что они тебе? Твоя история – с того момента, как ты сам, в себе, в своей личной культуре чувствуешь культуру своего народа и знаешь, когда она началась. Твой народ – это твоя культура, и его начало там, где начинается она. Китайцы – те, возможно, чувствуют за плечами все пять тысяч лет своей истории. А мы? Мы хоть свою лично русскую тысячу – чувствуем?
Так что какие, к чертям, хетты?
А вот теперь закончил я эту книжку – и какая-то иррациональная гордость эмоциональные крылья расправляет. Это же мы тут всегда были! На этой самой территории. Это ж, можно сказать, Россия, как дом русских, тут с самого Вюрмского оледенения стоит! Вот на ней, на территории нынешней России, и зародился народ наш ещё 12 тысяч лет назад! Кто-то уходил, кто-то приходил – а мы так тут и жили на своей собственной и вечной территории! И никто её не занимал так, чтобы нас тут не оставалось.
И уж не займёт.
Народу с такой долгой историей можно так заявлять…

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 3 comments